"Имею собственный самолет"

Свою мечту братчанин Владимир Седых собрал в гараже. Впереди — полет на Байкал

То, что в доме поселился замечательный сосед, жильцы поняли сразу. Нет, он не играл на тромбоне и трубе, как в известной песне. Но после работы и по выходным уединялся в гараже, из которого доносился то свист сверла, то буханье молоточка.
Не подумайте, что Владимир Романович Седых был нелюдимым, — напротив, он охотно откликался на просьбы соседей что-либо починить, подладить или просто дать совет. Очень быстро о нем сложилось мнение как о человеке с умелыми руками и светлой головой. Вот только о том, что он так упорно мастерит, Владимир распространяться не любил, точно боялся, что сглазят. Но шила в мешке не утаишь — места для конструкции в гараже становилось маловато, и однажды ее пришлось выкатить на улицу. Это был гидроплан.

"Хочу собственный самолет"
Любовью к технике особенно не удивишь, даже если любовь эта с детства и даже к самолетам. Но Владимир увлекся не просто самолетами, а теми, что способны садиться на воду — гидропланами. Как сам считает, сказались семейная традиция и частые воспоминания отца о войне.
В 1939 году молодого Романа Седых призвали в армию. Из маленького сибирского села под Качугом он попал на флот, в подразделение, обслуживающее огромные гидропланы, как их еще тогда называли — летающие лодки. Сперва это были наши отечественные, а с началом поставок по ленд-лизу — американские. Как вспоминал отец Владимира, самое сложное было вытащить гидроплан на берег. Для этого надо было подвести под брюхо летающей лодки шасси. Естественно, прямо в воде. А дело происходило на Охотском море, где вода и летом-то не подарок, а весной и осенью вовсе приходилось работать в ледяном крошеве.
Войну Роман Седых прослужил на Тихоокеанском флоте авиамехаником, и, наверное, поэтому, выбирая профессию, его сын Владимир решил идти в морскую авиацию. Впрочем, этим мечтам не суждено было осуществиться.
Однако связать свою жизнь с крылатыми машинами младшему Седых все же удалось. Он окончил Иркутский политехнический институт и стал инженером по эксплуатации летательных аппаратов. Потом долго работал в Братском аэропорту по специальности. Вроде бы никогда не мечтал стать пилотом — и тем не менее 15 лет назад решил построить собственный самолет.
Двигатель — за пять бутылок водки
— В общем-то, мой аппарат — это не самолет. Это экраноплан, — сделал первое пояснение Владимир.
А затем дал короткую справку об этом представителе авиационной техники.
В середине шестидесятых годов прошлого столетия об экранопланах довольно много говорили и активно обсуждали его достоинства в популярном журнале "Техника — молодежи". Прежде всего привлекала грузоподъемность летающих аппаратов. Например, знаменитый "Лунь" помимо персонала и оборудования мог одновременно принять на борт до полутора тысяч раненых и несколько корабельных ракет! Правда, и взлетал этот крылатый госпиталь на высоту не более трех метров над поверхностью воды.
— Мой экраноплан может подняться на высоту до трех тысяч метров, — продолжает свой рассказ Владимир. — А сопки и возвышенности в несколько сот метров он преодолевает с легкостью. Но расход горючего при этом вырастает вдвое.
— А почему именно экраноплан?
— Во-первых, водохранилище рядом. А потом, дело в том, что для инженера-эксплуатационника эти конструкции очень интересны. Еще в Иркутском политехе мы увлекались именно экранопланами. Для некоторых они так и остались увлечением студенческой поры, а я вот не смог остановиться.
Хлопот, как водится, было много. Пятнадцать лет собирал. Можно сказать — он вся история авиации нашего города. История, конечно, в кавычках: корпус из остатков Ан-2 собран, фонарь над кабиной — от Ил-14.
— А двигатель?
— Лет примерно тридцать пять назад сняли с производства чешскую модель Л-200. Эти аппараты еще назывались аэротакси. Сняли, а двигатели распихали по ДОСААФам, аэроклубам. Один такой двигатель я обнаружил в деревне за 150 километров от Братска и, смешно сказать, приобрел за пять бутылок водки. Правда, намучился, покуда восстановил. Особенно с поршневой: подавай ему родную и все тут. Крылья — фанера, стеклотканью обтянутая. Поплавки, чтобы на воду садиться, — металлические, полые, с пенопластом внутри. Теперь надо будет к лету как следует корпус загерметизировать.
— С регистрацией, наверное, возникнут проблемы?
— Не думаю. Я же на больших высотах летать не собираюсь. Над самой водой, метрах в трех, как экраноплану и положено. Так что воздушные коридоры мне не нужны. А главное, автогражданку оформлять не надо.
Нештатные ситуации экраноплану не страшны
Экраноплан Седых стоит на стоянке в местном яхт-клубе. Небольшой самолетик внешне очень похож на знаменитое "летающее крыло", вот только пропеллер расположен позади пилотской кабины и развернут в сторону стабилизатора, как у аэросаней. И еще — две лыжи строго под осевой линией. Они наглядно опровергают мнение о том, что для устойчивости самолету при взлете и посадке нужно как минимум три точки опоры. Во всяком случае, эта самоделка стоит на льду весьма уверенно.
Владимир открыл небольшой багажник в самом носу своего аппарата, вынул веник, щетку на длинной рукояти и привычными движениями навел лоск: смел с крыльев и фюзеляжа снег, обмахнул стекла. В кабине, рассчитанной на троих, оказалось достаточно просторно.
— Я уже налетал на нем десять часов. Летал с пассажиром. Первый полет — незабываемые ощущения. Разогнал самолет по заливу: 60 километров в час, 80 километров, 100. От земли оторвался как-то незаметно. Просто разом прекратились раскачивания и подрагивания на неровностях, и гонка по льду превратилась в полет.
Жаль, что мне не удалось напроситься в пассажиры к Владимиру, — экраноплан находился в процессе модернизации. Пилот собирался внести некоторые изменения в его конструкцию, и поэтому аппарат не был подготовлен к полету.
— Две недели назад я добрался на нем от мыса Пурсей до деревни Шумилово, это 120 километров. Когда возвращался обратно, забарахлили бензофильтры. Пришлось делать посадку с заглохшим двигателем. Приземлился без проблем, разобрался с неисправностью в моторе и полетел дальше. Так что убедился на собственном опыте: если экраноплан попадает в нештатную ситуацию, то все равно летать на нем безопасно.
Сейчас Владимир готовит свой аппарат к летнему сезону. Он собирается приступить к освоению отдаленных уголков Братского водохранилища, особенно стремится побывать на островах, расположенных в верховьях Ангары. В этих местах из-за отдаленности по-прежнему в изобилии грибы и ягоды и можно встретить участки нетронутой тайги.
Эти намерения Владимир обязательно осуществит в скором времени. Но есть и планы на перспективу: он мечтает совершить длительный перелет с мыса Пурсей до порта Байкал. В своих силах и технических возможностях экраноплана Владимир полностью уверен. Старт намечен на конец августа нынешнего года.

Метки:
baikalpress_id:  1 179
Загрузка...