Дебет с кредитом пенсионерской жизни

Уже десять лет сводит ангарчанка Анна Спешилова

Августа Григорьевна Спешилова на пенсию уже давно жить научилась. Чтобы избежать ненужных трат, записывает все расходы, а потом сводит дебет с кредитом семейного бюджета. Расходные книги у Августы Григорьевны сохранились с ноября 1994 года. Недавно она принесла их к нам в редакцию. За столбиками цифр — целая история: что ели, что пили, во что одевались, чем интересовались... И не только Спешиловы.

97-й — самый сытый
Если прикинуть по собственному опыту, каждый из нас больше всего денег тратит в декабре. Во-первых, кое-что удается скопить за год. Во-вторых, в предпраздничные дни список покупок значительно расширяют всевозможные деликатесы. Сравнивая декабрьские траты между собой, можно проследить и динамику цен, и уровень жизни.
У Спешиловых за 8 лет самым сытым оказался 1997-й. Тогда в декабре семья израсходовала 3 160 700 рублей (неденоминированных, а по-современному — 3160 рублей 70 копеек; далее так и будем писать рядом с фактической цифру после деноминации, чтобы сравнивать легче было). Не потому, что столько получали (пенсия была меньше миллиона на брата). Просто продукты стоили очень дешево. Булка белого хлеба обходилась в 2,5 тысячи рублей (2 руб. 50 коп.), килограмм говядины — в 16,2 тысячи (16 руб. 20 коп.). И это был не супнабор, а мясо на фарш.
Цены на продукты с 94-го по 97-й поднимались "на цыпочках". Тот же хлеб в декабре 94-го стоил 1,1 тысячи рублей (1 руб. 10 коп.), в начале 95-го — 1,7 тысячи (1 руб. 70 коп.). C июня 95-го за буханку пришлось выкладывать уже 2,3—2,5 тысячи (2 руб. 30 коп. — 2 руб. 50 коп.). Но такая цена держалась целых три года!
К декабрю 97-го Спешиловым удалось скопить достаточно на покупку не только продуктов, но и накидок на диван и кресла за 160 тысяч рублей (160 руб.), ковра за 24 тысячи (240 руб.), покрытия для пола за 300 тысяч (300 руб.), портьер на окна и двери за 165 тысяч (165 руб.), люстры за 350 тысяч (350 руб.), стиральной машины "Малютка" за 550 тысяч (550 руб.), одеяла за 80 тысяч (80 руб.) и 10 метров ситца на пододеяльник за 65 тысяч рублей (65 руб.).
Цены ложились веером
1994-й год примечателен тем, что полки книжных магазинов и уличные развалы стали ломиться от художественной литературы. Спешиловы ежемесячно покупали 3—4 книги, в среднем по 4,5 тысячи рублей (4 руб. 50 коп.) за том. В декабре 94-го пристрастие к чтению обошлось семье в 147,3 тысячи рублей (147 руб. 30 коп.).
В 95-м в списке трат появляются киндер-сюрпризы и чупа-чупсы (раньше внуков баловали печеньем). За шоколадное яйцо Спешиловы тогда платили 4,5 тысячи рублей (4 руб. 50 коп.) — столько же, сколько за три буханки хлеба. Чупа-чупс стоил 2,1 тысячи (2 руб. 10 коп.). Но даже на этом фоне цена 200-граммового пакетика кругленьких карамелек выглядит астрономической — 3 тысячи (3 руб.). Килограмм печенья тянул на 5,4 тысячи рублей (5 руб. 40 коп.). Самой затратной в этом году стала покупка машины шлака на дачу — 100 тысяч рублей (100 руб.). Шуба (правда, искусственная) обошлась Спешиловым в 60 тысяч (60 руб.). В декабре семья разорилась на 710 525 рублей (710 руб. 52 коп.).
1996 год удивил "веерностью" цен. На одни и те же товары они настолько разнились, что просто удивительно. Например, 9 тетрадей на 18 листов в одном месте были куплены за 9 тысяч рублей (то есть каждая по обошлась в тысячу рублей), а в другом — уже 40 штук за 26 тысяч (всего по 650 рублей). Квартплата за двухкомнатную квартиру в апреле 96-го составляла 44,31 тысячи рублей (44 руб. 31 коп.). Ее повышение в расходных книгах Спешиловых отмечено только в середине 1998-го — 63, 81 уже деноминированных рублей. Декабрь 96-го выудил из кошелька супругов-пенсионеров 661 555 рублей (661 руб. 55 коп.).
Дефолт души и тела
Если 1997 й год год был для россиян праздником души и тела (цены не кусались), то следующий, 1998-й памятен прежде всего августовским обвалом рубля, а с ним и экономики каждой семьи. Сразу после "черного августа" список трат Спешиловых резко сократился. Из него исчезли книги, ткани, одежда, предметы быта. Остались одни продукты. Расходы не вписывались в доходы. В гроссбухе Августы Григорьевны после 16 сентября стоит запись: "Нет денег". Появились гроши только после 29 сентября. В этот день куплено 2,4 говядины за 41 рубль, маргарин — за 3 руб.75 коп., банка кильки — за 4 рубля, килограмм пшена — за 4 рубля. В декабре 1998 года было потрачено 1327 рублей 36 копеек исключительно на продукты и... лекарства. Их потребовалось особенно много. Единственное, что в тот год подешевело, так это хлеб. Он стал стоить 2 рубля 20 копеек, на тридцать копеек дешевле, чем прежде.
2:1 в пользу Черемхово
В 99-м финансовое положение семьи немного пришло в норму. Научились на чем-то экономить, пенсию опять же немного добавили (как труженик тыла Августа Григорьевна в то время получала около 1600 рублей). Вновь появились в списке расходов книги и газеты. К 8 Марта был куплен халат за 35 рублей, к 23 Февраля — футболка мужская за 35 рублей. К праздникам на столе появлялись балык кеты (350 граммов за 25 руб. 50 коп.), пол-литра водочки за 27 рублей. Спешиловы люди непьющие, поэтому отследить динамику цен на спиртное по их книгам нам не удалось.
В этом году супруги стали чаще ездить на рынок в Черемхово, потому что там сметана стоила 25 рублей за литр, творог — 15 рублей за килограмм. В Ангарске та же сметанка обходилась в 50 рублей, творог — в тридцатку. Как на дрожжах поперли вверх цены на хлеб: 3 рубля за буханку в июне, 3.70 — в июле, 4.10 — в августе и 4.30 — в сентябре. Так и балансировали до конца года: где четыре рубля, а где и все пять. В декабре израсходовано 1350 рублей 25 копеек.
Все выше, выше и выше
В 2000 году — новая запись о квартплате. В марте она вместе с платежами за газ и прочее впервые зашкалила за сотню и составила 102 рубля. Читали в это время Спешиловы повести Серовой и Марининой (18—30 рублей за книгу), газету "АиФ" (5 рублей номер). До "полтинника", против 35 рублей двумя годами ранее, подорожала химическая завивка. Говяжья нога обходилась в 25 рублей, две свиные лыточки весом кило восемьсот — 15 рублей; 1,15 кг мяса свинины потянуло на 33 рубля. По-прежнему за молочными продуктами ездили в Черемхово, где сметана стоила 28 рублей, а творог даже дешевле, чем годом раньше, — 11 рублей. Цена на хлеб весь год продержалась на уровне 2 руб. 50 коп. В предновогодний шопинг Спешиловы потратили 1706 рублей.
2001-й год сравнялся по тратам с 1997-м — за декабрь улетело 3717 рублей. Не оттого, что Спешиловы стали жить так же хорошо. Просто все очень подорожало. Цена на сливочное масло подскочила до 62 рублей за кило (после прежних 50), на пельмени — до 43 рублей (были — 36 рэ), масло подсолнечное с 20 рублей дошло до 26, за литр сметаны в благословенном прежде Черемхово запросили аж 80 рублей... Опять деньги шли на одни продукты, из промышленных товаров записаны только моющие средства и обои.
Подальше поедешь — дешевле возьмешь
В 2002-м Спешиловы, как и многие другие пенсионеры Ангарска, стали затариваться на месяц вперед и только на "Сатурне" (местный мелкооптовый рынок), реже — на "шанхайке" и в Черемхово. Потому что жизнь такая пошла: покупать продукты в магазине пенсионер (даже с химкомбинатовской пенсией и ветеранскими надбавками) себе позволить уже не мог. Рядом с домом теперь берут только хлеб (6 руб. 70 коп. за буханку; в магазине рядом, кстати, на следующий день примечен тот же "Дарницкий" за 6 рублей). Яйцо тянет уже на 22 рубля за десяток, литр сыворотки — на 3 рубля, пакет кефира — на двенадцать с полтиной.
Значительную часть пенсии съедают лекарства. В конце 2002-го Августа Григорьевна сильно заболела, в магазин сама не ходила и потому записей не вела весь следующий год. Пережили Спешиловы то нелегкое время лишь потому, что и супруг Августы Григорьевны, и дети на ее примере деньги считать научились. Не экономить (в рационе Спешиловых всегда есть мясные и молочные продукты, конфеты или печенье), а именно считать. Ведь когда контролируешь цены, они, даже если резко подпрыгнут вверх, неожиданно тебе на голову все равно не свалятся. Обидно только, что за восемь лет практически ни один товар из списка Спешиловых не подешевел...

Загрузка...