Зоя Космодемьянская: комсомолка, диверсант, героиня

62 года назад, 16 февраля 1942 года, 18-летней московской школьнице Зое Космодемьянской было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно)

Январской ночью 1942 года во время боев за Можайск несколько журналистов оказались в уцелевшей от пожара избе деревни Пушкино. Корреспондент "Правды" Петр Лидов разговорился с пожилым крестьянином, который рассказал, что оккупация настигла его в деревне Петрищево, где он видел казнь какой-то девушки-москвички: "Ее вешали, а она речь говорила. Ее вешали, а она все грозила им..." Рассказ старика потряс Лидова, и той же ночью он ушел в Петрищево. Корреспондент не успокоился до тех пор, пока не переговорил со всеми жителями села, не разузнал все подробности гибели нашей русской Жанны д'Арк — так называл он казненную партизанку. "Нужна фотография. Это поможет узнать, кто она такая", — решает Лидов. И вновь едет в Петрищево, теперь уже вместе с фотокорреспондентом "Правды" Сергеем Струнниковым. Вскрывают могилу, фотографируют.

В те же дни Лидов познакомился с партизаном из местного Верейского отряда. Посмотрев на фотографию казненной, боец узнал в ней девушку-диверсантку, встреченную им в лесу накануне разыгравшейся в Петрищево трагедии. Та называла себя Таней. Под этим именем и вошла героиня в статью Лидова. И лишь потом открылось, что это псевдоним, которым партизанка воспользовалась в целях конспирации.
Настоящее же имя девушки-партизанки из Петрищево в начале февраля 1942 года установила комиссия Московского городского комитета ВЛКСМ. В акте комиссии от 4 февраля констатировалось:
"1. Граждане села Петрищево (следуют фамилии) по предъявленным разведотделом штаба Западного фронта фотографиям опознали, что повешенной была комсомолка Космодемьянская З.А.
2. Комиссия произвела раскопку могилы, где похоронена Космодемьянская Зоя Анатольевна. Осмотр трупа... еще раз подтвердил, что повешенной является тов. Космодемьянская З.А.".

Диверсанты
За несколько месяцев до описанных событий 26 октября 1941 года Зоя была вызвана в Московский горком ВЛКСМ и получила направление для работы в тылу врага. Секретарь московского горкома Шелепин произнес перед добровольцами краткую речь: "Хорошо, что все вы согласились пойти в немецкий тыл сражаться с врагом. Но может случиться, что 95% из вас погибнут. От фашистов не будет никакой пощады: они зверски расправляются с партизанами. Если кто-то из вас не готов к таким испытаниям, скажите прямо. Никто вас не осудит. Свое желание биться с врагом реализуете на фронте". Однако отказников не оказалось.
Всего отобрали около двух тысяч человек. Времени зря не теряли — как вспоминала Зоина однополчанка К.А. Милорадова, "начались занятия. В комнату принесли гранаты, пистолеты... Три дня ходили в лес, ставили мины, взрывали деревья, учились снимать часовых, пользоваться картой".
18 ноября 1941 года командиры диверсионных групп получили задание "сжечь 10 населенных пунктов: Анашкино, Грибцово, Петрищево, Усадково, Ильятино, Грачеве, Пушкино, Михайловское, Бугайлово, Коровино. Срок выполнения 5—7 дней".
В районе деревни Головково партизаны наткнулись на немецкую засаду. Завязалась перестрелка. Группы оказались рассеянны. Часть бойцов погибла. Остатки диверсионных групп объединились в небольшой отряд под командованием Крайнева. В Петрищево они пошли втроем: Крайнев, Зоя Космодемьянская и Василий Клубков. Как вспоминала Клавдия Милорадова, "они вышли из леса. Василий пошел перелеском к школе. Зоя поползла к конюшням, Борис — к штабу. Крайнев видел вспыхнувшее пламя, слышал стрельбу и крики в деревне... Он ожидал их в условленном месте... Ни Зоя, ни Василий так и не вернулись".
Как выяснилось впоследствии, Зое удалось поджечь три дома. Однако после этого она не вернулась на условленное место, а, пересидев день в лесу, на следующую ночь вновь пошла в село. Данный диверсионной группе приказ — сжечь населенный пункт Петрищево — должен был быть исполнен.
Когда диверсантка стала поджигать сарай с сеном, ее заметил хозяин усадьбы Свиридов и побежал за немцами. Подразделение солдат окружило сарай. Зоя была схвачена. Свиридову благодарные оккупанты налили стакан водки.
Плен
Таким образом, 28 ноября 1941 года Зоя оказалась в руках врагов. Сначала девушку привели в дом Седовых. Познее, когда в освобожденном Петрищево начала работать следственная комиссия, 11-летняя девочка Валя Седова рассказала: "Одета она была в меховой пиджак коричневого цвета, сапоги у нее были холодные, подшлемник серый. На плечах у нее была сумка, на руках — овчинные варежки зеленого цвета, обшитые брезентом...
Они (немцы) ее прижали к печке и стали обыскивать... Сняли сумку, которая висела через плечо. В этой сумке нашли 3 бутылки (с бензином), которые открыли, нюхали, затем положили обратно в чехол. Затем нашли у нее под пиджаком на ремне наган, который рассматривали... С ней не разговаривали, вопросов ей не задавали. При обыске она стояла с опущенной головой, не улыбалась, не плакала, ничего не говорила".
Мать девочки, М.И.Седова, добавила к рассказу дочери: "Слышно было, как ее били по щекам — раз пять. Она при этом молчала... Волосы у нее короткие, черные, завитые, красивые. Чернобровая, лицо продолговатое, красивая девушка, губы толстенькие, маленькие".
Из дома Седовых пленную диверсантку перевели в избу, где размещался немецкий штаб. Рассказывает А.П. Воронина (67 лет): "Ее посадили возле печки... Начальник стал спрашивать по-русски: "Сколько ты домов сожгла?" — "Три". — "Что еще ты делала?" — Она сказала, что больше ничего не делала. Ее стали после этого пороть, 4 раза пороли ремнями... Ее спрашивали и пороли, она молчит, ее опять пороли. В последнюю порку она вздохнула: "Ох, бросьте... я больше ничего не знаю и больше ничего вам говорить не буду". Когда пороли, то начальник несколько раз выходил из комнаты и брался за голову (переживал). А те, кто порол, ржали во время порки. Всего ей дали больше 200 ремней. Пороли ее голой, а вывели в нижней рубашке. Крови не было... Держала она себя мужественно, отвечала резко... Когда я спросила у переводчика, что с ней будет, он ответил, что завтра часов в 10 будет виселица..."
Избитую девушку перевели в избу Куликов. Рассказывает П.Я.Кулик (33 года): "Ее привели и посадили на скамейку, и она охнула. Губы у нее были черные-черные, испекшиеся и лицо, вздутое на лбу. Она попросила пить у моего мужа. Мы спросили: "Можно?" Они сказали: "Нет", и один из них вместо воды поднял к подбородку горящую керосиновую лампу без стекла. Но затем разрешили ее попоить, и она выпила 4 стакана.
Босиком ее выводили с 10 часов ночи до 2 часов ночи — по улице, по снегу босиком. Все это делал один немец, ему 19 лет. Потом этот 19-летний улегся спать, и к ней приставили другого. Он был более сознательным, взял у меня подушку и одеяло и уложил ее спать. Немного полежав, она попросила у него по-немецки развязать руки, и он ей руки развязал. Больше ей руки не связывали. Так она уснула. Спала она с 3 часов до 7 часов утра.
Утром она у меня просила дать что-нибудь обуться. Немец спросил у нее: "Где Сталин?" Она ответила: "Сталин на посту". И после этого отвернулась и сказала: "Я больше с вам разговаривать не буду"... Ее перевели на нары. Она легла, и опять приходили сотни немцев (это было утром, в 8 часов). Они смеялись. Она молчала, смотрела на них...
В 10 часов 30 минут ее вывели из дома на улицу. Вышла вместе с офицерами, ее держали 2 немца под руки, так как она шаталась. Одета она была в ватные темно-синие брюки, в темной рубашке, носках серых, на голове ничего. И повели к виселице. Расстояние от нашего дома до виселицы — 4 дома. Вели до виселицы под руки..."
Хозяева домов, которые были сожжены Зоей, к пойманной партизанке отнеслись, мягко говоря, без сочувствия. 12 мая 1942 года жительница Петрищево обвиняемая А.В.Смирнова на суде показала: "На другой день после пожара я находилась у своего сожженного дома, ко мне подошла гражданка Солина и сказала: "Пойдем, я тебе покажу, кто тебя сжег". После этих сказанных ею слов мы вместе направились в дом Куликов. Войдя в дом, увидели находившуюся под охраной немецких солдат партизанку Зою Космодемьянскую. Я и Солина стали ее ругать, кроме ругани я на Космодемьянскую два раза замахнулась варежкой, а Солина ударила ее рукой. Дальше нам над партизанкой не дала издеваться Кулик, которая нас выгнала из своего дома.
На второй день... немцы установили на улице виселицу, согнали все население к виселице деревни Петрищево, куда пришла и я. Когда немцы привели партизанку к виселице, я взяла деревянную палку, подошла к партизанке и на глазах у всех находившихся лиц ударила ее по ногам. Это было в тот момент, когда партизанка стояла под виселицей, что я при этом говорила, не помню".
Суд счел действия Солиной и Смирновой предательскими, и обе женщины были приговорены к высшей мере наказания — расстрелу.
Казнь
Житель деревни Петрищево В.А.Кулик (1903 г. р.): "...Ей повесили табличку на которой было написано по-русски и по-немецки: "Поджигатель". До самой виселицы вели ее под руки... Вокруг виселицы было много немцев и гражданских. Подвели к виселице и стали ее фотографировать...
При ней была сумка с бутылками. Она крикнула: "Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать воевать! Эта моя смерть — это мое достижение". Затем она сказала: "Товарищи, победа будет за нами. Немецкие солдаты, пока не поздно, сдавайтесь в плен. Советский Союз непобедим и не будет побежден". Все это она говорила в момент, когда ее фотографировали...
Потом подставили ящик. Она без всякой команды встала сама на ящик. Подошел немец и стал надевать петлю. Она в это время крикнула: "Сколько нас ни вешайте, всех не перевешаете, нас 170 миллионов! Но за меня вам наши товарищи отомстят". Это она сказала уже с петлей на шее. Она хотела еще что-то сказать, но в этот момент ящик убрали из-под ног, и она повисла. Она взялась за веревку рукой, но немец ударил ее по рукам. После этого все разошлись..."
Целый месяц провисело в центре Петрищево тело девушки. Лишь 1 января 1942 года немцы позволили похоронить Зою.
...5 февраля комиссия МГК ВЛКСМ подготовила записку в Московский городской комитет ВКП(б) с предложением представить Зою Космодемьянскую к званию Героя Советского Союза (посмертно). 16 февраля 1942 года Зое это звание было присвоено.
"Выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунктов на холод в поле..."
(Приказ Ставки Верховного главнокомандования N 0428 17 ноября 1941 года)
"Необходимо лишить германскую армию возможности располагаться в селах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и теплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом...
Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40—60 км в глубину от переднего края и на 20—30 км вправо и влево от дорог. Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствами...
При вынужденном отходе наших частей... уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не мог их использовать".
Зоя была слишком юной, хрупкой и красивой"
Вспоминает начальник Центральной разведывательно-диверсионной школы при ЦК ВЛКСМ майор Артур Карлович Спрогис:
— Нам следовало набрать две тысячи добровольцев, а к кинотеатру "Колизей" пришло три тысячи. Зоя была слишком юной, хрупкой и... красивой. Представьте — появляется такая в населенном пункте, занятом врагами. Естественно, у немцев сразу проснется интерес. В наши планы такое не входит. Но Зоя оказалась настойчивой — она осталась на ночь возле нашего кабинета. Твердо мне заявляет: "Хочу воевать за Родину". Вздохнул я и зачислил Космодемьянскую...

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments