Баба Надя против змия

Махнув рукой на официальную медицину, жители Иркутской области едут лечиться от алкоголизма в Тулун.

"Сделайте что-нибудь: у нас в деревне пьют все поголовно, самогон или спирт можно купить в любое время дня и ночи. Страшно жить. Пропивают все". "Помогите! Муж начал пропивать доски с крыши!" "Что делается: если раньше пили только мужики, то теперь и бабы стыд потеряли". Письма с такими строчками постоянно приходят в редакцию.

Проблема пьянства входит в новую стадию. Подросток, потягивающий пиво из бутылки в самом людном месте, уже никого не удивляет. Жены и матери алкоголиков со стажем, натерпевшись побоев, краж вещей из дома и полного отсутствия любви, согласны на все, лишь бы их Петенька или Васенька завязал с выпивкой. Не в силах самостоятельно справиться с этой проблемой, женщины готовы поверить во что угодно и довериться кому угодно, кто пообещает спасти любимого от зеленого змия. Жители сразу нескольких районов везут своих благоверных к бабе Наде в Тулун. Она кодирует от алкоголя и курения, других напастей. Главное, чтобы человек захотел избавиться от напасти и поверил.

У синего обитого железом забора стоят люди. В нескольких метрах поодаль в такую же очередь выстроились автомобили. От мороза люди приплясывают, прикрывают носы рукавицами. Те, кто приехал на машинах, гостеприимно распахивают дверцы своих авто и зовут замерзших греться.

За синим забором живет баба Надя, последняя соломинка, за которую хватаются жены, матери и сестры пьющих мужиков. Уже более 20 лет баба Надя кодирует народ. Об эффективности ее лечения ходят легенды. Например, рассказывают, как один мужик до беспамятства напивался, детей чуть ли не до смерти забивал, а после бабы-Надиных сеансов — ни капли в рот вот уже 5 лет.

Надежда Сергеевна принимает всех, никому не отказывает. Ее адрес известен практически всем.

Ради эксперимента я спрашивала его у попутчицы в поезде — тулунчанки, в гостинице, у сотрудника ГАИ, у водителя местной маршрутки и в киоске около гостиницы. Как дойти, на пальцах объяснили все, а в гостинице даже план нарисовали.

Около дома целительницы всегда очередь, над крайним окошком висит распечатанное с компьютера расписание: "Прием ежедневно с 11 до 16 часов, кроме понедельника (от руки подписано — "и вторника"). Кодирование от алкогольной зависимости и табакокурения".

Чтобы попасть к чудо-бабке по заданию редакции, а заодно (что греха таить!) попытаться избавиться от давнишней привычки курить, мне пришлось простоять на улице больше часа. Женщины, мужчины, парни, девушки — все терпеливо ждут, когда откроется калитка, выйдет предыдущий посетитель, а затем выглянет бабушка в сером платочке, кивнет головой и скажет: "Заходите!"
Своими бедами в подробностях никто не делится. Рассказывают только о случаях чудесного излечения и обсуждают популярность бабы Нади.

— Я в августе сына своего привозила, — рассказала средних лет женщина из Нижнеудинска. — Пил он у меня сильно, долго его уговаривала, несколько месяцев. Как только согласился — сразу приехали. И вот с августа ни грамма не выпил. Праздник, не праздник — даже "не хочу" говорит. Желание вылечиться нужно обязательно. Летом здесь в очереди мы полдня стояли. Это сейчас холодно, народу меньше".

Чтобы излечиться от пристрастия к пьянке, нужно принести с собой чекушку, от курения — пачку сигарет.

Открылась калитка. Мужчина старательно прикрыл шарфом вылезшую из-под дубленки бутылку водки. Женщина уверенно взяла его под локоток и повела к бабе Наде.

Следующая очередь — моя.

Очередь несколько спутало подъехавшее такси, из которого вышел молодой мужчина с ребенком. По негласному закону, с детьми — без очереди. В качестве компенсации меня пригласили погреться в машину.

— Бедняга, — без предисловий начал разговор водитель, кивая в сторону пассажира, — закодировался, а вчера выпил. Так сегодня лес поехал рубить, а у него пена изо рта пошла. Хорошо, его сразу домой отвезли, а домашние сюда отправили.

— А вы верите в заговоры и кодирование? — спросила я у него.

— Не верю я в такие чудеса. Людей к бабе Наде много возил, а сам никогда не ходил. Я по-другому лечусь. Две недели пью; когда почувствую, что все, помираю, руки дрожат так, что закурить сам не могу, еду в стекляшку (наркологическое отделение при медучреждении на стекольном заводе. — Авт.). Там под капельницей три дня — и снова здоров.

Наконец нарушивший запрет парень вышел от бабы Нади.

— Заходите! — пригласила меня бабушка во двор и закрыла за мной калитку. — Проходите в избу прямо!

Баба Надя принимает пациентов в отдельном крошечном домике. Печка, кровать, тумбочка с телефоном да несколько стульев — все, что в нем помещается. Бабушке Наде уже 78 лет, и ходит она с трудом, поэтому принимает пациентов, сидя на кровати, а встречает их у ворот и провожает в дом ее сестра — бабушка Вера.

У Надежды Сергеевны добрая улыбка, платок на голове, очки, теплая кофта, ноги укутаны старым пальто. В долгие разговоры с людьми, пришедшими за помощью, она не вступает — другие ждут на морозе:

— Здравствуйте, что у вас? Не раздевайтесь.

Про себя баба Надя рассказывает так:

— Всю свою жизнь я работала, сначала в деревне, потом бойцом на мясокомбинате, а затем маляром пошла и 24 года белила, по колхозам ездила. Это сейчас больная вся стала — и давление за 200 зашкаливает, и диабет мучает, и глаз, видишь, — косит? Это медики кварцевой лампой сожгли. Сама больная вся. Кровь всю жизнь сдавала, 60 литров людям отдала, звание у меня — почетный донор СССР. Теперь вот лекарства бесплатно дают. А как на пенсию вышла, так и лечить начала. Молодая боялась — мало ли, колдовка скажут... Сила у меня в руках, дар есть. Я ведь не только от алкоголя и курения кодирую, я еще много чего лечу: и грыжу, и ущемление нерва, и испуг, и опухоли, и от мужской беспомощности. Все лечу, доча, все лечу. И молитвочки даю разные — чтобы на работу устроиться, замуж выйти, дом продать. Ко мне отовсюду приезжают, даже врачи: из Братска — стоматолог и хирург приезжали, из Иркутска — по сосудам врач, из Нижнеудинска — сам нарколог от алкоголя кодировался.

— Дар лечить у вас давно проявился?

— Давно. Я молодая была, за бабушкой больной ухаживала, она на нашей улице жила. Вот она мне этот дар по наследству и передала. Только раньше я его боялась применять.

— А своего первого пациента помните?

— Помню, доча, а как же. Коля его звали, из Куйтуна приезжал. От припадков его вылечила, от эпилепсии. Еще черта от молодой девушки изгоняла. Она по дурости книжку купила про нечисть всякую и спать перестала — по ночам ей черт снился, как душит ее и как в постель к ней лезет. Не выдержала она, ко мне пришла, а на книгу-то даже и не думала. Так вот, я эту книгу в печку бросила, а книжка как давай трещать. На следующее утро девушка ко мне пришла и говорит, что в первый раз спала хорошо. А перед тем как заснуть, голос слышала: "Ну ты, су... , и сильную бабку нашла!" Вот так, милая.

— А что делать, если человек закодировался от алкоголя, а у него, например, свадьба?

— Так пусть придет, я его на несколько дней погулять отпущу — кодировку не снимаю, а ослабляю сильно. После свадьбы снова усилить надо будет. А так кодироваться на сколько хочешь можно — на три года, на пять лет, на всю жизнь.

— Баба Надя, а разве вы сами себя вылечить не можете?

— Сама себя не могу, милая, вот только таблетками спасаюсь. Тяжело мне уже, а людям-то помогать надо. Вот сегодня в 11 как села, так еще и не вставала, и иногда и до вечера не встаю, и пообедать некогда бывает. Это сегодня народу мало, холодно. А летом машинами вся улица заставлена, от начала и до конца, так в такие дни люди даже думают, что я померла, раз народу столько приехало. Звонят спрашивать. Я говорю: "Нет, жива еще, все в порядке". Ну давай, милая, тебя закодируем, там ведь еще люди ждут.

Баба Надя велела снять шапку и сесть перед ней на табуретку. Затем сказала достать из карманы "папироски" и зажигалку и все отдать ей. Три сигареты она сломала, половинки дала мне в руку, половинки оставила в своей руке.

Наклонила мою бедовую голову, поднесла сломанные сигареты к носу и мне велела так же сделать. Ласково хлопая меня по голове рукой, баба Надя долго говорила какую-то молитву. Потом отдала мне пустую пачку, сломанные "папироски" и велела все выкинуть в ведро за печкой с определенными словами.

— Теперь садись, сейчас я тебе все расскажу, — снова усадила бабушка меня на табуретку. — Курить будешь — голова болеть будет, на сегодня конфеток себе купи, а завтра вообще папироску не захочешь. Все поняла? Ну иди с Богом!

Денег баба Надя с меня не взяла.

Обычные расценки: за кодирование от алкоголя — 300 рублей, от курения — 200 рублей, лечение детей — 50 рублей.

Бабушка Вера проводила до калитки. За ней стояли очередные пациенты.

Последовав совету бабы Нади, я купила 200 граммов "Взлетных". Уже через сутки, вернувшись из Тулуна в Иркутск, решила эксперимент продолжить и затянулась сигаретой. Ощущение смешанное: с одной стороны, долгожданное удовольствие, с другой — голова кружится и затылок действительно ломит. Может, оттого, что давно не получала дозы никотина? Не знаю. Решила проявить силу воли и все-таки не курить. Идет четвертый день без сигарет. Курить все равно хочется, а на конфеты уже смотреть не могу. Интересно, кто победит — я или привычка?

Метки: Жизнь, Тулун
baikalpress_id:  34 403