85-летию Восточно-Сибирского УВД на транспорте посвящается

Дело 2000 года: Жажда легкой наживы

"Государственное — значит, ничье, а все, что плохо лежит, надо брать". Такой лозунг остался в сознании многих как наследство социалистических времен. Государственное имущество, правда, сейчас измеряется не в таких колоссальных масштабах, как раньше, но стереотип срабатывает до сих пор. Да и денег, сколько бы их ни было, всегда не хватает, а посему нужно уметь их заработать, желательно легко, быстро и сразу много. Примерно так и рассуждал Николай Солдатов, в сотый раз замечая на станциях вереницы цистерн с горючим. "Надо же, сколько там денег налито, вот разбогатеет же кто-то!" — думал он. "А почему не я? — закралась как-то в голову шальная мысль. — Почему не я?"

Машинист тепловоза Николай Солдатов был известен среди работников станции Зуй как веселый, общительный человек, балагур. Знаком со всеми, для каждого у него в запасе шутка, для женщин-коллег — комплимент. Николай запросто подходил к любому поболтать. Как-то утром он с улыбкой появился на пороге диспетчерской:
— Любушка-голубушка, ты одна любовь моя!
И добавил уже потише:
— Выйдем, разговор есть.
— Такое дело, Любаша, — начал Солдатов. — Ты, кажется, давно норковую шапку хотела? Ну, сапожки там новые, все такое.
— Что-то я не пойму, Коля, ты что, торговлей занялся? — прищурилась Люба.
— Да нет. Ты же у нас маневровый диспетчер, всеми передвижениями ведаешь, куда какие вагоны приходят и как долго стоять будут, знаешь. От тебя всего-то надо — выпустить меня на тепловозе на Суховскую и обратно запустить. Потом еще раз выпустить — и запустить. Я в долгу не останусь, купишь себе, что захочешь, хоть все сразу.
Макарова призадумалась.
— Ты, Любаша, не переживай, у меня все схвачено. Как только дело будет, я приду. А ты пока разведай, что да как. Мне цистерны нужны с горючим, которые день-другой до отправки стоят. Да не болтай, смотри.
И, уверенный в том, что договорился, Солдатов ушел.
Мысль о богатстве в цистернах никак не оставляла Солдатова. Украсть одну целиком — куда ее денешь? Да и заметят сразу. Вот как бы так сливать, чтобы и незаметно было, и прибыльно? Как-то, собираясь домой со смены, он встретил Мишку Игнатова. Они работали на одной станции и иногда заходили в ближайшую пивную пропустить по кружечке. Вот и сегодня решили выпить по одной. Слово за слово, и захмелевший Николай поделился с приятелем своей проблемой, мол, денег надо, и где взять, знаю, осталось придумать, как и куда сбыть ворованное топливо.
— Слушай, Колька, у меня сосед бизнесмен, у него фирма своя, он как раз бензин на заправки возит, — обнадежил приятеля Игнатов. — Надо вас с ним познакомить, может, и договоритесь до чего. Но только если выгорит — моя доля там тоже будет.
На следующий день Михаил позвонил Николаю на работу и назначил встречу с соседом, Александром Каменщиковым, в местной забегаловке. Выпив за знакомство, перешли к делу.
— Дело-то оно, может, и стоящее, только с бухты-барахты не делается, — остудил пыл Солдатова новый знакомый. — Надо точно знать, когда ты сможешь цистерны в тупик поставить, чтобы машины подогнать. Мне ведь тоже договориться надо. Не спеши, если что — звони.
На том и расстались.
"Новый ухажер"
Шло время. Солдатов до мельчайших деталей разрабатывал свой план: кто ему нужен, с какой целью, как договориться с этим человеком. В результате схема все-таки получилась: между станциями Зуй и Суховская расстояние небольшое, сгонять туда-сюда много времени не нужно. Сообщить, когда на Суховской будут стоять цистерны с горючим, а также выпустить со станции и запустить его обратно может только один человек — маневровый диспетчер. Любу Макарову он уговорит. Еще нужны двое помощников, чтобы топливо сливать. Игнатов уже в курсе дела, поможет. Вторым подельником Николай решил взять Лешку Леоненко. Они вдвоем с Игнатовым составители поездов, знают, какие винтики как крутить надо. Со сбытом вроде тоже все решено. Надо идти к Любке.
Каменщиков про бензин тоже не забывал и уже продумывал, кому бы продать его побыстрее и повыгоднее. На своем КамАЗе он даже съездил на место предполагаемого слива, засек время, посмотрел дорогу. Как только ему позвонил Солдатов и сообщил, что план разработан и операция вот-вот состоится, Александр отправился к своему давнему коллеге по бизнесу.
— Митрич, тут партия намечается, неплохая, дешево. Надо бы транспорт организовать.
— В чем проблема? Скажи когда, сделаем.
— Скорее всего, ночью. Точное время будет известно вечером в тот же день, когда ехать надо будет. Я позвоню, встретимся. Ты пока людей подыщи, кто в ночь поработать сможет.
Когда Солдатов вновь появился в диспетчерской, Люба сразу взяла его под локоток и молча вывела в коридор. Девчонки только посмеялись вслед:
— Нового ухажера нашла!
— Да не такой уж он и новый!
— Смотри, мужу-то расскажем!
— 29-го на Суховскую поступит состав из Ангарска, — без предисловий начала Макарова, — будет стоять двое суток. Завтра я в ночь, так что давай предупреди, кого надо.
— Любаша, ты прелесть! — просиял Николай.
"Свои дела"
Заступив на смену, Солдатов не мог дождаться, когда его вызовет Макарова. С того момента, как он обсудил свои замыслы с Игнатовым, прошло больше полугода. "Вроде все сделал, — мысленно прокручивал он все этапы операции, — Каменщикову позвонил, машины будут. Люба вызовет, как только выехать можно будет. Игнатов уже ждет в тупике. А Лешку Леоненко только позови, проблем не будет".
Митрич назначил встречу Каменщикову в придорожном кафе. Туда же и подогнал два бензовоза. Третий, принадлежавший ему лично, Александр одолжил для этой операции своему знакомому, которому был должен крупную сумму. Оговорив с Митричем в последний раз условия, Каменщиков сель за руль своего джипа, и колонна КамАЗов двинулась вслед за ним на станцию Зуй, к подъездным путям.
— Машинист Солдатов, позвоните в диспетчерскую, — наконец-то услышал по рации свои позывные Николай.
— Сейчас, Машенька, поднимусь, — откликнулся он дежурной по станции.
— Коля, через 15 минут порожняк пойдет, ты следом, — сообщила Люба.
— Куда это Колька помчался? — удивилась дежурная.
— Надо так, Маша, — опустила глаза Люба Макарова. — Свои дела.
— Лешка, тебе деньги нужны? — в лоб спросил Николай сидящего на крылечке Леоненко.
— Спрашиваешь, — протянул тот.
— Тогда поехали, по дороге расскажу.
Выехав со станции, Солдатов объяснил Алексею: сейчас они пригонят несколько цистерн с дизтопливом, всего-то нужно открыть воздушный клапан, слить немного через шланг, а потом клапан завинтить обратно. Никто ничего не заметит, потому что пломбы на люке нарушены не будут. Игнатов ему поможет. Когда они все закончат, Николай приедет снова и отгонит цистерны обратно.
Мастерство железнодорожников
"Пять хватит, наверное, — думал по дороге Солдатов, — даже если с каждой слить понемногу". На Суховской Леоненко помог Николаю отцепить цистерны, и на всех парах они помчались к месту встречи. КамАЗы Солдатов заметил сразу, хотя было уже темно. Спрыгнув из кабины, он поздоровался за руку с Каменщиковым:
— Часам к пяти подъеду — цистерны обратно отогнать надо.
— Успеют.
Игнатову и Леоненко Николай выдал заранее заготовленные ключи и на всякий случай ножовку по металлу.
— С какой начнем? — спросил Михаил.
— Да с любой, вот с крайней, что ли.
Забравшись на цистерну, без особых усилий они открутили болты. Мастерство, как говорится...
— Подавай шланг! — крикнул Игнатов водителям.
— Странный у них способ переливать бензин из цистерны, — говорил один водитель КамАЗа другому. — Ведь снизу нормальный кран есть. Зачем мучиться?
— Слушай, тебе деньги платят? — отвечал второй. — Сверхурочные дают? Так не суй свой нос, куда не просят.
Одна цистерна, вторая, третья. Под сильным напором бензовозы заполнялись быстро, шланг подрагивал. Через несколько часов машины были заполнены. Вскоре подъехал и Солдатов. Цистерны снова прицепили к тепловозу. Взревели в утренней тишине моторами бензовозы, и вскоре на путях не осталось никого.
Всем сестрам по серьгам
Через два дня, 31 мая, Солдатов появился на работе с туго набитыми карманами. Первым делом зашел к Любе Морозовой.
— Вот, на шапку принес, — улыбнулся он, — да на другие обновки хватит, — и вложил ей в руку пять тысяч рублей. — Когда повторим?
Затем подошел к Маше, дежурившей в ту ночь по станции.
— Машутка, ты у нас красавица, возьми вот, купи себе и своим ребятишкам что-нибудь.
— Зачем это? — удивилась женщина.
— Просто молчи, Машенька, вот и все.
Игнатову Николай отдал двадцать тысяч.
— На днях, возможно, еще раз дельце провернем, я позвоню.
Вторую "операцию" назначили уже на 2 июня, когда в ночное дежурство на станции Зуй вышел тот же состав сотрудников. Все, казалось, шло по плану. Только когда Леоненко с Игнатовым "оседлали" очередную цистерну, появился наряд милиции. Жаждавших легкой наживы взяли с поличным. Каменщикова арестовали два дня спустя.
"Мы не преступная группировка"
Как только задержали расхитителей, дежурный линейного отдела внутренних дел по станции Ангарск сообщил о произошедшем в Иркутск. Из областного центра на станцию Зуй отправили следственно-оперативную группу. Руководителем группы была назначена заместитель следственной части следственного отдела при ВС УВДТ, подполковник юстиции Татьяна Косова.
На допросах подозреваемые свою вину признали частично. Все как один в голос утверждали, что ни в какой преступной группе не состояли, никаких планов не разрабатывали, а кражи совершили, потому что случай подвернулся. Любовь Морозова сначала свою вину отрицала полностью: ничего не знаю, ничего не делала. Но под напором неопровержимых доказательств и показаний свидетелей вынуждена была признаться.
Дело рассматривалось в суде города Ангарска в сентябре 2003 года. Подозреваемые признаны виновными в совершении тайного хищения чужого имущества, совершенного неоднократно и в крупном размере. Преступники понесли заслуженное наказание.
После раскрытия преступления предохранительные клапаны у всех железнодорожных цистерн с горюче-смазочными материалами завариваются накрепко.

Метки:
baikalpress_id:  827
Загрузка...