Из колонии — с «Надеждой»

В Бозое в ИК №1 открыли первый в Сибири реабилитационный центр, в котором отбывающих наказание женщин научат готовить и модно одеваться

На прошлой неделе женскую колонию посетила президент Фонда помощи заключенным, член Совета по развитию гражданского общества и правам человека при президенте РФ Мария Каннабих, с чьей подачи подобные центры открываются по всей России; сейчас их четырнадцать.

Взрослые дети

— Впервые в женской колонии я побывала случайно, — рассказывает Мария Каннабих. — Это было сильное впечатление: стало понятно, что здесь не все одинаково плохие, многие запутались, попали по глупости, им действительно нужна помощь.

Благотворительный фонд помощи заключенным, который возглавляет Мария Каннабих, существует уже 20 лет. Первый реабилитационный центр — «Автора» — открыли в Москве в 2007 году, затем во Владимирской, Тверской, Самарской областях… Иркутский — 14-й по счету центр, а ближайший находится в Челябинске.

— Вопросу реабилитации осужденных, без преувеличения, несколько столетий, — говорит Мария Каннабих. — Длительная изоляция от общества губительно сказывается на развитии личности. В России первый тюремный комитет для мужчин появился в 1819 году, двумя годами позднее — для женщин. В советское время существовал институт квотирования рабочих мест. В Иркутске, например, 26 предприятий предоставляли рабочие места лицам, освободившимся из мест заключения, 9 организаций обеспечивали их жильем.

Поскольку государство этим вопросом сейчас практически не занимается, заботу об освободившихся берут на себя общественные организации. В Иркутске в числе таких — центр социальной адаптации и реабилитации «Свобода».

— Людей, которые недавно вышли из тюрьмы, приходится буквально брать за руку и ходить с ними как с детьми, — говорит руководитель центра Александр Усов. — Мы учим их элементарному: передвигаться общественным транспортом, посещать врачей, оформлять документы, пользоваться компьютером и телефоном. Но было бы лучше, если бы они выходили на волю уже подготовленными.

Небольшую работу в этом направлении проводят также волонтеры — люди, которые добровольно посещают заключенных в колонии.

— За забором они день за днем, год за годом видят одних и тех же людей, — говорит волонтер Оксана Зверева-Каминская. — Так теряются элементарные навыки общения. Я сама впервые побывала в колонии в 2005 году — по просьбе подруги, чей знакомый отбывал наказание. Читала заключенным стихи, после чего меня попросили делать это постоянно. Спустя некоторое время я возглавила ансамбль, который образовался при ИК-6. Сейчас продолжаю проводить подобные мероприятия по собственной инициативе. Понимаете, волонтеры у нас есть везде — в детских домах, домах для инвалидов, даже в приютах для животных! Но помогать заключенным мало кто хочет. А ведь эти люди потом возвращаются в наше же общество. Проблема особенно актуальна для Иркутской области, где остается жить, по разным данным, от 30 до 50 процентов осужденных.

Школа жизни

 По статистике, 30—40 процентов освободившихся из тюрьмы становятся рецидивистами. Причина проста: люди не могут устроиться на работу, им негде жить, зачастую у них утеряны социальные связи. Итог печален и закономерен — преступление и новый срок, колония.

— Поддержка очень важна, — говорит осужденная Ольга Хохлова. — Я в свое время это не осознавала, отталкивала помощь близких. Но теперь я поняла, что хочу счастливую семью, родить ребенка. Хочу поменять жизнь, но сил, похоже, нет — ведь мне уже 37…

Ольга оказалась в числе первых 16 женщин, которым предстоит пройти курс реабилитации в центре «Надежда». Три года назад она попала в колонию по 228-й статье УК РФ — за распространение наркотиков. Когда-то у Ольги были большие планы на жизнь: она окончила Иркутский медицинский техникум, получила специальность зубного техника, работала по профессии. Но подсела на наркотики. Девять лет оказались вычеркнуты из жизни, женщину посадили в тюрьму за распространение дурмана.

— Я не знаю, чем буду заниматься после зоны, — признается Ольга. — Здесь я научилась шить, но переживаю — смогу ли найти работу на воле. Поэтому я и попросилась в этот центр — надо ведь заново учиться грамотно говорить, составлять резюме. За три года забываешь даже, как пользоваться телефонами и ноутбуками. А тут и телевизор как дома, и мебель, уютно по-домашнему. Не лишним будет общение с психологами, социальными службами.

 Сотрудники ГУФСИН по Иркутской области признаются, что 16 мест в центре явно недостаточно. В ИК № 11 находятся 779 женщин, большинство в возрасте от 23 до 40 лет.

— Пока все упирается в наличие свободных помещений, — говорит Анатолий Киланов, начальник ГУФСИН России по Иркутской области. — Кандидатов для реабилитационного центра приходится пока отбирать. Прежде всего это те, кто отсидел большой срок, у кого на свободе нет родных и близких. Проживать в центре они будут в течение двух месяцев.  

В центре предусмотрены две спальни, каждая рассчитана на 8 человек, туалетная комната с душевой, комната для воспитательных работ, кухня оборудована бытовой техникой. У женщин появилась прекрасная возможность научиться готовить, сервировать стол, обустраивать домашний быт. Для них организуют различные курсы (парикмахерские, кулинарные, компьютерные), чтобы восстановить забытые навыки и приобрести новые.

— Заключенные часто признаются, — говорит Мария Каннабих, — что после отсидки мир кажется им враждебным и опасным. Они начинают бояться даже машин! Да и люди на улице выглядят и говорят по-другому. Поэтому в таких центрах мы учим девочек многому, в том числе говорим о моде, косметике, красоте. Важно, чтобы они в дальнейшем ничем не отличались от обычных граждан. Наша главная задача — сделать так, чтобы они никогда больше сюда не вернулись.

По словам Анатолия Киланова, в Иркутской области аналогичный центр планируется создать в ИК-40.

Фото автора

Метки: Общество
Загрузка...