Иркутянин Стрельцов

Директор Иркутского драмтеатра — потомок донских казаков

Сегодня герой рубрики «Моя родословная» — Анатолий Стрельцов, почти 30 лет возглавляющий драматический театра имени Охлопкова в Иркутске. Уроженец города Азова, потомок донских казаков, он окончил Ростовское театральное училище, затем служил артистом в театрах Ростова-на-Дону, Таганрога, Новочеркасска, Ярославля и Архангельска. А в 1981 году был приглашен в Иркутский драмтеатр на должность заместителя директора по организации зрителя.

Рассказ о своей родословной Анатолий Андреевич начинает с воспоминаний о дедушке со стороны мамы. Пуд Иванович Крюков жил на хуторе Задонье Азовского района. Будучи верующим человеком, он пел в церковном хоре, был старостой, и ему выделили место под строительство напротив храма Александра Невского в Азове. Там он и построил маленький саманный домик (мазанку), в котором долгие годы потом жила семья.

Бабушка Прасковья Ивановна Крюкова была из казачьего рода. В семье живет легенда: когда Пуд Иванович пришел свататься к Прасковье Ивановне, родители были против такого жениха — слишком прост. Для своей дочери они хотели мужа познатнее и побогаче, из своих — казаков. Но дело решил дед Прасковьи (прапрадед Анатолия Андреевича), спросивший жениха: «Ну что, Пудька, нравится тебе Паша? Любишь ее?» Парень ответил утвердительно, и дед благословил их брак: «Ну тогда бери». Так в памяти потомков осталась эта история любви их предков. 

У Пуда Ивановича и Прасковьи Ивановны было восемь детей, и Анфиса Пудовна — мама нашего героя — самая младшая из них. Своих дядек и тетушек по обеим веткам Анатолий Андреевич помнит хорошо — судьбы их сложились по-разному.

— В период НЭПа выживали как могли, — вспоминает он. — У тетушек Нары и Поли в Ростове было свое ателье, а тетю Лушу сослали на Дальний Восток, где она работала в рыболовецком колхозе. Дядя Ваня потерял руку во время войны. А после работал техником — снабжал запчастями рыболовецкие суда.

От своих предков-казаков Анатолий Андреевич унаследовал страсть к рыболовству и огородничеству — на своем приусадебном участке он построил дом, возделывает землю, выращивает урожай. Там же разбил пруд, где разводит и удит рыбу.

Мама Анатолия Андреевича родилась в 1908 году, окончила церковно-приходскую школу и, когда пришло время, повстречала свою судьбу — Андрея Ивановича Стрельцова, с которым они построили семью и дали жизнь шестерым детям. Анатолий — младший из них, он родился в 1950 году, когда матери было 42 года, отцу — 52.

— У нас в семье царил матриархат, — вспоминает наш герой. — Все обращались к маме на «вы» — на Дону так принято. Она никогда не ругалась, хотя мы, конечно же, постоянно давали для этого повод. Она просто не разговаривала, и это было для нас самой жесткой воспитательной мерой — хотелось скорее все исправить, сделать что-то хорошее. А однажды она даже побила меня веревкой — за азартную игру в монетки. Помните, как у Распутина в «Уроках французского» пристенок? Вот наподобие того. Она нашла в карманах моего пальто много мелочи и поняла, что это нетрудовые деньги. В трудовой семье, которая живет по законам нравственности, дурных денег быть не должно, считали родители. Каждую копейку нужно было заработать трудом — выкопать яму или нарубить дров.
Отец Анатолия Андреевича окончил мореходное училище имени Седова и плавал на судах Азовской флотилии. Он был моряком, капитаном каботажного флота (суда которого ходят между портами одного и того же государства. — Прим. авт.). Это было престижно, особенно отцом гордились мальчишки. Но вот зарплата у него была скромная — денег едва хватало на прокорм большого семейства.

Спасало подсобное хозяйство.

— Мы всегда держали поросенка, кормили его целый год, чтобы потом, к Рождеству, забить, — вспоминает годы детства собеседник. — Раз в год к нам приходил дядя Линя, и мы, дети, не были ему рады, даже плакали с сестрой накануне его визита. Мама продавала на базаре сало, и мы покупали нового кабанчика, а мясо ели всю зиму. У нас был огород, держали подсобное хозяйство, держали корову.

Когда в 50-х годах городские власти пришли забирать корову в пользу государства, мама сказала: «Тогда и этих забирайте», — и показала на детей. Кормилицу оставили. На зиму всегда солили бочку огурцов и капусты, а к ней — яблоки и арбузы, варили варенье на всю семью.

Несмотря на это, а вернее, благодаря этому, Анфиса Пудовна и Андрей Иванович подняли всех детей и всем дали образование. А из-за большой разницы в возрасте между детьми старшие всегда помогали воспитывать младших и помогали матери финансово.

— Старшие братья и сестры были для меня стимулом в учебе, — вспоминает Анатолий Андреевич. — Мы все учились в одной школе, и они были отличниками — их фотографии висели на стендах. Поэтому мне было попросту стыдно получать плохие отметки. Так у меня получилось окончить школу с серебряной медалью. А когда уже был студентом театрального училища, братья и сестра помогали денежными переводами, хотя до последнего никто из них не понимал и не поддерживал меня в выборе профессии — в то время, когда в стране был строительный и промышленный бум, выбор быть актером казался им странным и несерьезным. Со временем они признали мой выбор правильным.