Иркутские диггеры изучают подземелье

Под видимой частью Иркутска лежит другой — скрытый город: теплотрассы, всевозможные хранилища, бункеры и тоннели.

Попасть туда совсем не просто. Диггерами (от англ. to dig — копать) называют себя люди, считающие своим хобби исследование подземных коммуникаций.

В Иркутске диггерское движение только развивается. Основал его молодой человек, который попросил не называть его имени и представился как Кенгуру (под таким псевдонимом в Интернете его знают единомышленники из других российских городов).

— К нам относятся подозрительно все — от полицейских до бдительных бабушек, — с улыбкой рассказывает он, — хотя мы как раз не наносим никакого вреда и не настроены что-либо ломать. Наша задача — прийти, посмотреть и после себя все закрыть, чтобы на эту территорию больше никто не попадал. Конечно, предложения вынести с объекта что-либо ценное к нам поступают часто. Как правило, нужны детали радиоаппаратуры, содержащие драгметаллы. Однако кодекс диггера гласит: «После тебя все должно остаться так, как и до твоего прихода». Разрешается только фотографировать.

Вообще, в Иркутске около трех тысяч людей, которые увлекаются различными молодежными урбанистическими движениями. Есть те, кому нравится исследовать промзоны, другие предпочитают прыгать по крышам. Диггеры отличаются тем, что передвигаются исключительно под землей. Ходят они небольшими группами, по 2—3 человека, в областном центре их сегодня не больше двадцати.

— Увлекся случайно, — рассказывает мой собеседник. — Однажды в гостях у бабушки в Красноярске я спустился в подвал за банками для консервирования и наткнулся на огромную железную дверь, в середине которой был расположен круглый штурвал. Попав внутрь, я был шокирован. Там оказалось бывшее бомбоубежище примерно на полторы тысячи человек. Везде стояли ящики с противогазами. На стенах висели инструкции по гражданской обороне — как надевать противогаз, как спасаться от радиоактивного излучения. На полу красные дорожки, в углу — бюст Ленина. История как будто остановилась: все было заброшено примерно с 70-х годов, и там буквально царил дух СССР.

С тех пор Кенгуру побывал примерно в 30 таких бункерах и бомбоубежищах. Говорит: на их существование указывают торчащие из земли вентиляционные шахты и эвакуационные выходы. Правда, не все они заброшены. Есть и действующие — там новые таблички по гражданской обороне, оборудование, амуниция. И сигнализация, которую приходится обходить.

Однако, даже если нет охраны, это не значит, что место безопасное: под землей действуют свои правила поведения, поэтому неопытному человеку туда лучше не соваться.

—- В подземных реках или коллекторах может затопить или смыть водой. В довольно глубоких подземельях можно упасть с высоты, — предупреждает Кенгуру.

Самые жуткие места — теплотрассы. Помимо крыс и мелких насекомых там можно встретить бомжей. Диггеры отмечают, что последние бывают не очень трезвы и относятся к пришлым неприветливо. Даже несмотря на то, что диггеры выглядят как работники ЖКХ (на них каски, рыжие жилеты, синие комбинезоны), обитатели теплотрасс ведут себя весьма агрессивно.

— Вообще, дренажная система в Иркутске неплохо развита, и там можно хорошо погулять, — продолжает мой собеседник. — Интересны подземные речки. Теплотрассы бывают двухъярусными и протяженностью более полутора километров. Да, там грязно и крысы — именно это обстоятельство отпугивает основную массу исследователей. Однако если мы находимся в убежище ныне работающего предприятия, то там, наоборот, все очень чисто, чуть ли не стерильно: электричество, вода, поддерживается постоянная температура.

Кстати сказать, города областные и даже районные могут похвастаться довольно интересными для диггеров объектами.

— Так, в одном из хранилищ Иркутского университета мы нашли массу холодильников, — рассказывает Кенгуру, — а в них несколько сотен банок, в которых в формалине плавали человеческие органы. И коробок двести с костями и черепами. Если честно, было очень жутко.

Кроме убежищ иркутские диггеры находят военные объекты — охраняемые командные пункты, бункеры...

Признаются, что на их счету уже не одно незаконное проникновение на территорию военных баз.

Подземелья старого Иркутска довольно хорошо изучены, уверяет Кенгуру. Известно, что когда-то центральную часть города связывали подземные ходы — такие большие, что по ним спокойно могла передвигаться повозка, запряженная лошадьми. Существовали казачьи подземелья, которые многие годы не давали покоя различным искателям, и межподвальные ходы на улице Урицкого, где в годы репрессий сотрудники НКВД складировали тела расстрелянных.

— Увы, мы выяснили, что сейчас от этих подземелий ничего не осталось, — говорит иркутский диггер. — Центр города перерыли на сто рядов, и все ходы завалены, затоплены. Попасть внутрь невозможно.

Кенгуру знает, что находится под Шелеховом, Братском. Под Москвой он спустился в подземную реку Неглинку и побывал в шоколадном бункере — самом большом хранилище этого лакомства в стране. В планах иркутянина — объехать (точнее, облазить под землей) другие города России. Он уверен, что исследование скрытых под асфальтом урбанистических широт — это возможность лучше узнать свою страну и ее историю.

Для рядовых горожан это просто вентиляционная шахта. Для диггеров — возможность проникнуть в подземелье
Для рядовых горожан это просто вентиляционная шахта. Для диггеров — возможность проникнуть в подземелье
Каждый город имеет свои особенности не только во внешней архитектуре, но и в ходах и тоннелях, проложенных под землей
Каждый город имеет свои особенности не только во внешней архитектуре, но и в ходах и тоннелях, проложенных под землей
Диггерство — сравнительно молодое альтернативное увлечение мужской части молодежи. За мужчинами преимущество, поскольку занятие это рискованное
Диггерство — сравнительно молодое альтернативное увлечение мужской части молодежи. За мужчинами преимущество, поскольку занятие это рискованное
Загрузка...