И привез рыбак женщину…

Иркутяне-островитяне добираются до своих дач на лодках

Остров Елизовский хорошо, в подробностях, виден с нового Академического моста — так же, как и соседний Кривой и крошечный Журавлиный. Все три острова обжиты дачниками садоводства «Елизовское». Горожанам, глядящим с моста, острова кажутся райскими кущами среди городского шума и смрада. И, хоть дачная жизнь на островах не так уж проста, кущами их считают и сами островитяне. Они выращивают сакуру, абрикосы, ловят хариуса. И оставались бы зимовать, если бы переправа позволяла: зимой Ангара вокруг острова не замерзает, но ледяная корка образуется у берегов, и дачникам приходится совершать рискованные прыжки из лодки на лед. Пустыми острова стоят меньшую часть года, только пять месяцев, — последние жители выезжают с острова в ноябре, а первые дачники заезжают в апреле. Они счастливы. От государства им здесь ничего не надо, не имеют они к нему претензий. Главное, чтобы их острова не трогали…

Чуть не пустили на гравий

Сорок лет назад, как рассказывают местные старожилы, председатель горисполкома (на современном языке — мэр) Салацкий намеревался разобрать Елизовский на стройматериалы — пустить его на гравий, как некоторые другие острова в черте города. Тогда остров выглядел по-другому. Здесь росла степная трава, а также ивы и редкие березы, и жили здесь в большом количестве жаворонки. Нога человека в то время на остров уже ступала — рыбаки заворачивали сюда в поисках ночлега. Особо страстные поклонники рыбалки поставили по берегам несколько крошечных зимовьюшек, чтобы пережидать грозы. С этих домиков все и началось.

Почему остров не пустили на гравий, почему Салацкий передумал, история умалчивает. Но с тех самых пор Елизовский начал обрастать зимовьями рыбаков. Их становилось здесь все больше и больше.

— Хибарки были устроены одинаково: невысокие, они обязательно имели предбанник, где располагалась кухонька, и комнату для проживания, — дачница Елена Анатольевна показывает одну из таких старых хибарок, которую хозяева теперь используют как кладовую.

Но есть такие старые домики, в которых и по сей день живут, поддерживая в них идеальный порядок. У Инны Павловны, соседки, зимовье выкрашено в нежно-голубой цвет. Электричества в домике нет.

— А мне не надо. У меня фонарь отличный. А телевизор и в городе надоел…

Инна Павловна с мужем купили домик с участком у военного человека, пристроили веранду. Вырастили на дачных урожаях пятерых детей.

Женщины потеснили рыбаков

Превращение степного островка из рыбацкого в буйно цветущий было связано с женщиной. Однажды какой-то рыбак привез на остров жену. С того момента судьба острова была определена.

— Привез рыбак женщину. А она его попросила сначала одну грядочку ей сделать, потом другую. И началось…

История возникновения садоводства звучит одинаково из уст любого островитянина. В 1988 году решением горисполкома на острове площадью 7 гектаров зарегистрировали садоводство и начали нарезать участки желающим.

Рыбалку здесь, конечно, не забросили, да и в очередь на участки вставали в основном рыболовы-любители. Среди любителей рыбалки есть, кстати, и женщины.

Участки тогда давали крохотные — по три-четыре сотки. Далеко не все они имели выход к большой воде. Самые козырные были, конечно, по берегам. Но внутри острова плескалось озеро, которое правильнее было бы назвать лагуной, — оно соединяется с Ангарой каналом, достаточным для того, чтобы по нему проходила неглубокой посадки лодка. Так что и участки в глубине суши были кое-как связаны с водой. Правда, в маловодные годы, как, например, нынешний, озеро больше напоминает большую лужу и зарастает травой. Но о том, насколько оно бывало полноводным, свидетельствуют огромные стволы лиственниц, которые использовали для сооружения озерной пристани. Есть и еще одно озерцо, рядышком, неподалеку, тоже полностью заросшее. Оно также соединяется с Ангарой, но только более длинным и непроходимым для лодки каналом.

— Стали мы, женщины, углубляться в центр острова со своими грядками. От нашей жадности все и засохло, — пеняет Елена Анатольевна.

С той поры, как государство начало наделять рыбаков сотками, многие свою землю продали соседям. Соседи расширили свои владения, а точнее, если следовать островной географии, удлинили их к центру острова. Садоводческие участки на острове представляют собой неправильной формы куски земли, часть из которых выходит к воде. У воды стоят домики.

У каждого домика своя пристань, у каждой пристани — лодка. Мужчины острова и сейчас говорят, что они здесь ради рыбалки. А женщинам и хорошо: муж порыбачил рядышком — и сразу домой. А если и отлучается, то в пределах острова, который за полчаса весь можно обойти пешком.

— Раньше рыбаки рыбку продадут, возьмут бутылочку — и к озеру, на бережок, — вспоминает Руфина Ткачева, заслуженный учитель, а ныне пенсионерка. С мужем они уже 50 лет ведут дачное хозяйство на Елизовском. Ее супруг, Анатолий Петрович, из тех самых первых рыбаков.

Привыкнувшие к своему дачному отшельничеству жители натерпелись страху, когда проектировали Академический мост. Было предложено шесть проектов, и один из них предполагал мост с заходом на Елизовский. Остров, согласно этому проекту, должен был стать парком. «Обошлось!» — и по сей день вздыхают с облегчением островитяне.

Чужие здесь не ходят

У островитян налаженный быт. Он, конечно, особенный. У каждого есть своя пристань, своя лодка. На лодках завозят перегной, строительные материалы и все остальное. В Ангаре вдоль берега установлены насосы, которые качают воду на огороды и в душевые. Раньше воду носили с реки ведрами, но теперь огороды разрослись, укрупнились, а посему воды нужно много, да и носить далеко. Централизованного электричества нет, у дачников работают генераторы. Хибарки, какие остались, используют в основном под кладовки, понастроив более благоустроенные жилища.

Как повелось издавна, улиц на острове нет. Есть тропинки, порой малозаметные. Но для кого делать их более заметными, если на острове все свои? Чужие здесь не ходят. Краж на островах теперь нет — после того, как отец сыновей-наркоманов продал свой участок. Традиционно на Елизовском не жалуют и заборов, разве что невысокую рабицу.

— Хотя сейчас стали появляться и заборы — чувство собственности у людей появилось, — показывает на деревянный частокол, примыкающий к участку, Владимир Кудашов, председатель садоводства, а по службе начальник острова Мокрого — лодочной станции, которая расположена на острове.

С Мокрого самый прямой путь на Елизовский. На станции зимуют лодки островитян. Владимир Кудашов — владелец нескольких участков, на которых он развернул большое хозяйство, включающее гусей и кур.

Осторожно спрашиваем у председателя, разводят ли на острове сакуру. Лет десять назад была здесь дачница-экспериментаторша, которая успешно культивировала японский кустарник на степной почве.

— Конечно, разводят! Андрей, у тебя есть сакура? — кричит председатель мужчине с соседнего участка и рассказывает, что есть тут и груши, и абрикосы, и вишни, и много чего еще. — Жил тут дачник, все его звали агрономом. Оказалось, был кандидатом биологических наук, распространял сельскохозяйственные знания и саженцы. Говорил, что у нас микроклимат, что жалко здесь землю использовать под выращивание картошки.

Сосед Андрей охотно демонстрирует деревце сакуры и показывает фотографии местной достопримечательности — семейства сов:

— Две молодые совы. Старая птица, ушастая. Видимо, отец. И еще мать, но она в отдалении держится.

Появляются на острове дачники, которые не хотят выращивать картошку, желая иметь уголок для отдыха. Владелец крайнего, в сторону плотины ГЭС, мысового участка Игорь Булыгин говорит, что хочет выращивать на острове лес. Свой кусок земли он не собирается пускать под грядки, высадил среди уже имеющейся растительности крохотные кедры. Кстати, все благородные хвойные деревья, которых на острове достаточно, высадили дачники.

Не все участки на Елизовском находятся в блестящем состоянии. Видно, что кое-где хозяева появляются редко. Но продается земля в этом садоводстве весьма нечасто. На продажу, как говорит председатель садоводства, выставляют один, максимум два участка в год.

Мы, воспользовавшись тем, что сильно обмелела Ангара, вброд перешли с Елизовского на крохотный кусок суши, в котором садоводство не заинтересовано. Однако там стоит один давным-давно заброшенный домик — должно быть, самый заброшенный на всех трех островах. Построил его работник железной дороги. На острове Журавлином, где с некоторых пор селятся чайки, которые любого непрошеного гостя стараются атаковать, домик вообще всего один. Все вокруг так густо заросло кипреем, что дойти до домика можно только по берегу. Он закрыт. На его стене — красный спасательный круг и выразительная табличка: «Не влезай — убьет!» Кроме того, строители моста бесхозяйственно забыли здесь огромные бетонные блоки — с одной стороны острова и с другой. Островитяне с других островов говорят, что дым из его трубы не идет уже лет десять. Вот это, говорят они, настоящий домик отшельника…

Загрузка...