И немножко бальных танцев

Мужчина был женатый, а Оля все равно ему — люблю, люблю.

Оля, кстати, и с женой его неплохо была знакома. Немного даже посмеивалась над ней до своего романа с этим пока еще чужим мужем. Говорила, что слишком безответная эта, как ее, Аня, чтобы жить с ярким мужиком. Она, значит, законная жена Аня, неяркая, а этот, как бы помягче сказать, яркий. Оля в тот период жизни тоже претендовала на яркость. Волосы там цвета моркови и макияж соответствующий. Чтобы так посмотрел кто один раз и сразу понял — женщина необычной судьбы. Тогда все они, подруги Олины, разведенки, на что-то претендовали. Курили длинные тонкие сигаретки, попивали шампанское, обзавелись автомобилями и катались на этих автомобилях компаниями.

«Ни стыда ни совести», — это уже Анина мать про Олю, когда Оля стала уже открыто на людях появляться с этим чужим мужем. Приедет к нему в конце рабочего дня и — вжик, чтобы смотрели и восхищались. Хохотала так громко и выразительно в ответ на все обвинения. Огрызалась, когда особо завистливые подружки к совести ее взывали. «Ой, да ладно, сама разберусь» — вот и весь Олин ответ. И вдруг он взял и развелся с бывшей Аней, а Олю в загс позвал. Ну надо же — разочарованно пожали плечами подружки. Таких завистливых набралась там целая толпа на свадьбу. Все они разрядились и ждали, что жених в последнюю минуту передумает, в загс не явится, банкет сорвет. Явился и на регистрацию, и в ресторан. Потом, конечно, все узнали, что платила за все Оля. Хотя сам не из бедных. И ресторан мог бы запросто оплатить, но Оля, ошалев вконец от такой чести, первая рванула в кассу. Все сама, все сама. Подружки, сбившись в кучку, нервно курили в холле ресторана и поеживались под презрительными взглядами родственников жениха. Олины родители на свадьбу не явились. «Ну и ладно», — привычно отмахнулась Оля и зажила счастливо.

Подружек Олиных новый муж, правда, сразу разогнал. Одной сказал — че-то ты глупая. Второй — че-то ты нищая. Третьей тоже какое-то замечание сделал. А остальные сами разбежались. Очень надо выслушивать чужое хамство. А Оля ликовала: «Вот как я вас сделала! Вы все в одиночках сидите, а я при муже! Законном!». Бывшая жена этого законного Олиного мужа очень удачно для всех сразу уехала, забрав с собой дочку. И ни на чем особо не настаивала. В смысле, на алиментах и прочем. Без претензий. Одно слово — неяркая. Другая бы, поярче, пришла бы к Оле домой да и разнесла бы ей полквартиры, в глаз бы засветила. А эта скромненько похватала вещички и свалила на Дальний Восток. И с тех пор ни слуху ни духу, глаза не мозолила, телефон не обрывала. Да Оля и не интересовалась: других дел полно. Другие занятия, поважнее. Она родила вскорости. Отличный мальчишечка! Толстый, крикливый, весь в отца. «Вот как я вас всех сделала, — так Оля думала о бывшей жене своего мужа. — Там дочка, а тут мальчик, наследник». Но Олин муж, Виталя этот, потерпел пару месяцев младенческие крики и сказал: «Че-то я подустал, ты пока тут с ребенком займись, а я к себе перееду. Не могу в таком крике жить». Оля думала, он так — на пару выходных, говорит: «Конечно, иди, отдыхай, выспись, пока я тут сама управлюсь». Вот он у себя на квартире, а Оля с ребенком у себя. Жили же у Оли. Там вообще полно было этих квартир. Плюс родительская дача. Плюс еще и у него дача. Полно недвижимости. Оля так день, второй прожила, а потом решила: уж сегодня он точно домой явится, отоспавшись. Приготовила ужин, а мужа нет. Нигде нет, а телефон отключил. Оля забеспокоилась, запсиховала, занервничала. А что? Любит и психует поэтому. В общем, нашла его через пару дней на работе. А у него такое лицо, когда он Олю увидел с ребенком в руках. Такая, не в себе, с беспокойствами в лице и с трясучкой в руках. Нечесаная и одета кое-как. Там у них офис, и все одеты как раз как надо, а тетки вообще чуть ли не все с укладками и на шпильках, а тут Оля… с младенчиком… «Домой, — говорит, — иди, вечером поговорим». Ну, и объяснил ей потом, что ему все эти несчастные лица и орущие младенцы еще в первом браке надоели. Так что выбирай. Оля, конечно, подорвалась сразу мать свою выписывать в няньки. Чтобы она с работы увольнялась и с внуком сидела. Олина мать рот открыла от удивления. С внуком сидеть наотрез отказалась. «Ребенку, — говорит, — два месяца, а ты что придумала. Гони этого придурка в шею, сами воспитаем». Оля никого гнать не пошла, а за «придурка» обиделась: «Ах так!». И няньку взяла. Одну, вторую, третью — все перебирала, искала варианты. Нужно же, чтобы муж с работы пришел — а у них все чистенько, ребеночек умытый, в кружавчиках. И в квартире пахнет не пеленками и подгоревшим молоком, а освежителем воздуха. И Оля при этом чтобы… Подергаться хорошо ей пришлось первые пару лет, пока с няньками разобрались, с режимом. Нервов помотали друг другу, это пока Виталя наконец не сел и не написал ей все по пунктам. Ну, список такой его пожеланий и предпочтений. Что там за чем должно следовать. Оля сдуру принялась, конечно, хохотать громко и вызывающе, когда он ей кое на что намекнул. Ну насчет маникюра-педикюра. Ладно, съели, хотя и обидно, что мужик тебе о таких вещах напоминает, но насчет всего прочего… Вплоть до визитов родственников! Чтобы регламент и по записи! Пусть приходят, конечно, но не чаще чем раз в месяц. На час-полтора. Раз уж невмочь, раз такая охота по гостям таскаться. А лучше бы все-таки где-то там, на их территории. Ну правда, чего ходить туда-сюда! У всех же работы своей полно, а люди на отдых право имеют, согласна? Нет, ты согласна, что человек имеет право на отдых? Его родственники им, кстати, не докучали. А если честно — вообще не совались, ни мать, ни отец, ни сестра Виталина — язва. Та сразу Олю невзлюбила, смеялась над ней почти в глаза. А потом и вовсе все они стали делать вид, что Оли не существует. И ребеночка ее нет в природе, точнее, есть, но они к нему отношения не имеют. Словно мальчик этот сам по себе на свет появился — не внук им никакой, не племянник.

А ребеночек покричал, покричал, а потом словно понял, что лучше ему все-таки как-то потише жить. Ну и Олина мать сжалилась наконец и к себе его забрала, чего-то помудрила с работой — на полставки, чтобы все успевать. А Оля опять своей работой занялась. Бизнес у нее и довольно успешный насчет что-то купить и где-то продать.

Но бизнес бизнесом, а муж — главное.

Она ему в глаза преданно смотрит, она смотрит, а он доволен. Но строго так все-таки — что-то ты, Оля, будто не в форме? И в спортзал отправил. Придет туда и смотрит, следит, как она руки-ноги качает. Посмотрит, запомнит, а вечером замечания делает. Сам Виталя, конечно, не очень чтобы совсем уж в спортивной форме, но женщин любит подтянутых. Он и за первой женой строго следил, чтобы не обабилась, не распускалась. В общем, соответствовать надо. 

Подружки вокруг ржут, конечно:

— Это как же он тебя, Оля, заездил, света белого не видишь. И фитнес у тебя, и бассейн. И в глаза все смотришь своему Витале, одобрения ждешь.

Но Оля старалась. Во вкус, правда, не вошла, но все равно приятно, когда муж доволен.

Но там много над чем нужно было работать во внешности. Денег, конечно, куча уходит на всех этих стоматологов, тренеров, стилистов, парикмахеров и визажистов. Но оно того стоит. Во всяком случае, муж доволен. Но ненадолго.

Говорит:

— Ладно, с этим разобрались. А вот что, интересно, ты мне на ужин подала?

— Картошка, — говорит Оля, — с мясом.

— Ах, жареная! — И хлобысь все в унитаз. — Ты знала, как я к жареным продуктам отношусь.

— Вчера же все нормально было, сам попросил добавки, — лепечет Оля.

А у Витали теперь диета. То ли врачиха ему участковая чего насоветовала, то ли сам телевизора насмотрелся, то ли в Интернете чего нарыл, только он теперь за здоровый образ жизни. Совсем чтобы паровое все. В общем, принялись они калории считать и полезное меню составлять. На сегодня, на завтра и на неделю вперед. Оля на кулинарные курсы пошла — с упором на лечебное питание. Всему научилась. А он тогда говорит: «Надоела твоя преснятина, хочу кухню народов мира». Каких-то таких народов, где много-много перченого мяса. Сделали. Плюс параллельно ремонт идет, плюс дизайн жилых помещений. Между тем принимаем критику по поводу шмотья, что с чем носить, а что с чем — ни в коем случае. Разные стили прорабатываем — от классики до модерна. И в смысле шмоток, и в смысле покупки новой мебели в его родительскую квартиру, и кое-что новое узнаем о ландшафтном дизайне.

— В конце концов, что, мои родители не заслужили нормальных условий? В том числе и на своей даче? А?

У Оли же бизнес, Оля платит. Чтобы кусты на даче и биотуалеты по всему периметру. Даже кота он захотел, но кот принялся драть обивку, пришлось отдать. Собачка какой-то редкой породы тоже не прижилась, забрали знакомые.

Остались вдвоем. Оля и Виталя.

Он так один вечер посидел с ней, второй, а потом встал и ушел. По телефону потом только сказал: «Надоела ты мне». А про ребеночка своего — ни полслова. За вещами сестру послал. Два грузовика вывезли. Сестрица еще и покрикивала: «Почему все не упаковала?». Это пока Оля плакала и рыдала, рыдала и плакала — за что, за что.

Так что невеста теперь Оля, по сайтам знакомств бродит, а где еще познакомиться нормальной женщине? Не на улице же. Но попадаются все какие-то шутники. Или сами не знают, чего хотят. Нет чтобы хорошо подумать и сказать все четко по списку: бассейн, силовые тренировки, кардиотренировки. И немножко бальных танцев!