И началась новая жизнь!

Наша коллега решилась на пластическую операцию и рассказала о своих впечатлениях

Мы уже неоднократно рассказывали о пластической хирургии. Более того, газета «СМ Номер один» одна из первых в Иркутске вообще подняла эту тему. Но все предыдущие материалы были, что называется, от третьего лица: врачи нам рассказывали о возможностях той или иной операции, мы добросовестно записывали. Все газетные публикации по этому поводу вызывали повышенный интерес читателей, а лет 15 назад, на рубеже веков, когда пластическая хирургия только начала практиковаться в Иркутске, так вообще ажиотаж. Для полноты картины не хватало одного: взгляда изнутри. Мы несколько раз пытались пообщаться с пациентами, но всегда нам вежливо отказывали — все-таки тема очень деликатная, далеко не каждый готов ее обсуждать. И вот наконец нам повезло: наша сотрудница, находящаяся в декретном отпуске (видимо, уже безвозвратно, поскольку год назад родила третьего ребенка), согласилась рассказать о своем опыте обращения к пластическим хирургам.

Условия было два. Первое: мы сохраняем инкогнито нашей сотрудницы (хотя тем, кто давно читает нашу газету, не составит труда догадаться, кто это). Второе: мы не задаем никаких вопросов, а она рассказывает сама о том, что считает нужным.

— Желание обратиться к пластическому хирургу возникло у меня после того, как я родила третьего ребенка. Я всегда гордилась своим плоским, упругим животиком, и даже после вторых родов он выглядел вполне достойно. Но когда я вернулась из роддома прошлой осенью и встала перед зеркалом, то поняла: случилась катастрофа. Живот не выдержал третьей перегрузки. Я смотрела на обвисшую, сморщенную кожу и плакала. Я говорила себе: «Это не мое!»

Помню, два дня я вообще избегала смотреть на живот, потом вернулась к зеркалу, приподняла футболку в тайной надежде, что там все нормализовалось само собой. Нет! В зеркале отражалось совершенно чужое и чуждое мне тело, которое, к сожалению, было моим.

Я опять ударилась в слезы. И не знаю, сколько времени я так горевала бы, если бы на следующий день в женской консультации не встретила свою подругу. Вы ее, наверное, знаете — она работала в газете «Аргументы и факты», потом родила двойню и ушла в длительный декретный отпуск. У нее была другая проблема: после родов она начала полнеть. Причем жир откладывался у нее в основном на талии. Она ходила к врачам, они советовали какие-то упражнения, диеты, но ничего не помогало.

И тут я увидела ее совершенно стройной! Вот прямо как она была до беременности и даже лучше.

— Диета? — спрашиваю.

— Нет, — отвечает, — липосакция.

— Препарат какой-то модный, что ли? — говорю.

— Ну ты тундра! — говорит подруга. — Это же операция такая. Пластическая хирургия.

Помню, как я заставила ее пойти в туалет, чтобы она показала мне свой живот. Молодое, упругое тело моей подруги поразило меня.

— Больно было? — первое, что спросила я.

— Так это же под наркозом делается. Причем наркоз модный какой-то, современный. Я ничего и не почувствовала. Пока спала, мне специальным прибором весь жир удалили.

— А швы-то где?

— Ну, так меня же не резали. Делают проколы и через них жир отсасывают.

— А почему кожа не висит? — спрашиваю я о своем, о больном.

— Ну, так мне не так уж и много жира убрали, чуть больше трех литров, как мне врач потом сказал. Вернулась кожа на место, потому что молодая еще, упругая. Но в случае, если кожа отвисает, это все корректируется.

— А жир обратно не вернется?

— Нет. Однажды удаленные жировые клетки обычно не восстанавливаются. Такова физиология. Бывают исключения, но редко. И повторное отложение жира тоже, как правило, не происходит. Ну и я вообще следить за собой собираюсь.

— Долго от операции отходила?

— Дня три-четыре — и все. Ну и компрессионное белье месяц носила. Хорошо, что операцию весной делали. Не так жарко еще. А летом тем более. В такое, как в этом году, компрессионное белье не очень комфортно таскать.

— Где операцию делала? — неожиданно для себя спросила я. Неожиданно — потому что всегда с предубеждением относилась к разного рода вмешательству в организм, а тут вдруг я осознала, что мне тоже хочется вернуть себе красивое тело.

— У пластического хирурга Игоря Куклина. Я была у него на приеме в клинике эстетической медицины на улице МОПРа, 3. Это прямо возле меня, в соседнем доме. Еще он принимает в отделении реконструктивной и пластической микрохирургии — это правое крыло института ортопедии на улице Борцов Революции, 1. А ты чего интересуешься? У тебя же все нормально.

— Да так, — соврала я, — подружку вспомнила. У нее проблемы.

Не стала я свой живот показывать — стыдно было.

В тот же день, пока не прошла решимость, я записалась на прием к Игорю Куклину, на самое ближайшее время.

И вот захожу в кабинет. Сидит мужчина с усами, приветливо смотрит, улыбается.

— Мне липосакцию бы сделать, — говорю, даже не поздоровавшись.

Мужчина заметно удивляется, здоровается. В отличие от меня, представляется. Это и есть Игорь Куклин, пластический хирург.

— Ну, показывайте мне свои проблемы, — говорит он, — а потом мы вместе решим, липосакция вам нужна или что-то другое.

Показываю живот.

— А кто сказал, что вам липосакция нужна? — спрашивает. — Липосакция — это удаление избытков подкожно-жировой клетчатки. У вас же совершенно нормальная, стройная фигура. А вот кожу действительно подтянуть нужно. На самом деле в этом ничего страшного нет. У женщин часто после родов появляется такая проблема. По-научному эта операция называется абдоминопластикой. Эта процедура не только позволит избавиться от ненужных складок кожи, но и поспособствует укреплению мышц брюшной стенки.

— То есть резать будете?

— Да, вокруг пупка делается разрез. Избыток тканей от пупка и до лобка удалится. Для пупка будет новое место. Сблизятся прямые мышцы живота, разошедшиеся при беременности, и подтянется лобок. При необходимости проведем липосакцию.

— Рубец останется?

— Ну, совсем-то без рубца не получится. Но все последствия мы сведем к минимуму. Разрез делаем по линии бикини. Если после операции будете соблюдать все рекомендации, а они несложные, рубец будет малозаметным.

— Все равно страшно, — говорю. — Я укол-то боюсь делать, а тут резать придется…

— Это абсолютно нормальное чувство, — подтверждает Игорь Куклин. — На самом деле боятся все. И я, например, тоже. Вот мне периодически надо сдавать кровь из вены, поскольку хирурги должны регулярно обследоваться. И каждый раз перед этим я провожу небольшой аутотренинг. У человека три основных инстинкта: самосохранения, питания и размножения. Мы часто говорим про третий и второй, а вот о первом забываем. А ведь именно инстинкт самосохранения и мешает нам решиться на операцию. Давайте попробуем эту проблему решить так: представьте себе весы, на одной чаше которых лежат сомнения и страхи, а на другой проблема и потребность в ее решении. Если перевесили сомнения, то операция не нужна или пока не нужна. Если перевесила проблема, то операция необходима.

Я представила себе весы, и проблема как-то сразу перевесила. Даже думать долго не пришлось. И я решилась!

Доктор поинтересовался, собираюсь ли я еще иметь детей. Я отрицательно замахала головой — и так трое, куда больше? А потом осторожно спросила:

— Ну а если вдруг как-то случайно получится? Тогда что — живот по шву расползется?

— Да ничего, — ответил доктор. — Рожайте себе на здоровье! Просто если вы твердо намерены рожать, то операцию, конечно, лучше делать после крайних родов.

— Не-не, — говорю. — Не буду больше рожать.

Потом мы обсудили время операции. Главное условие — чтобы на этот день я была абсолютна здорова. Даже если зуб заболит, оперироваться не стоит. Понятно, что тут не угадаешь. Поэтому единственное, о чем попросил меня Игорь Александрович, — это заранее предупредить, если подхвачу какую-то болячку. Деликатно поинтересовался о месячном цикле. Оказывается, за два дня до критических дней, в сами эти дни и в течение двух дней после них оперироваться нежелательно из-за повышенной кровоточивости. Дольше операция — чаще осложнения.

— И еще важный момент, — добавил Игорь Александрович. — Распланируйте свое время так, чтобы после операции вас хотя бы две недели никто не доставал. Никаких авралов, срочной работы и прочего! Операция обычная. Можно восстановиться за три-четыре дня, но лучше подстраховаться и отдохнуть подольше.

Собственно подготовка к операции была недолгой: кардиограмма, флюорограмма, анализы мочи и крови. Ее, крови этой, я сдала кучу: общий анализ, биохимический анализ,  на группу крови, резус-фактор, RW,  ВИЧ и еще что-то мне неведомое и трудновыговариваемое.

Обследоваться можно там, где удобно: в поликлинике по месту жительства, в том числе и здесь, на МОПРа, или в институте ортопедии.

За день до операции — консультация анестезиолога. Его зовут Виталий Александрович, и он расспрашивал меня про аллергию и непереносимость лекарств. За мной вроде ничего подобного не замечалось, о чем я ему и сообщила. Наркоз делали, но в детстве. Ничего не знаю и не помню.

Сама в свою очередь спрашиваю:

— А больно не будет?

— Не будет, — успокаивает Виталий Александрович. — Операция будет проходить под перидуральной анестезией с добавлением медикаментозного сна. Это укол в спину и обезболивание необходимого участка тела. Для пациента такая анестезия максимально комфортна.

Понятно, что слово «перидуральная» я уже после операции по буквам записала, а тогда не запомнила его, конечно. Не до этого было.

В день операции я появилась в клинике в половине восьмого утра. Переоделась. Меня сфотографировали, а Игорь Куклин нанес прямо на живот схему операции.

— Все правильно? — спрашивает.

Я машинально киваю, а на живот почему-то смотреть боюсь.

А дальше ничего не помню, хотя понимаю, что я куда-то шла, ложилась. Возможно, меня даже вели куда-то. Не помню — и все. Потом я спросила Виталия Александровича: это от этой самой перидуральной анестезии? Нет, отвечает, от нервов.

Пока два дня лежала в больнице, отзывы читала, потому что книжки и газеты забыла взять.

«…Сердечно благодарю операционную бригаду в составе пластического хирурга Игоря Александровича Куклина, анестезиолога Виталия Александровича, сестру-анестезистку Ольгу Николаевну и операционную медсестру Наталью Михайловну за оказанную мне помощь в проведенной операции. Восхищена Вашим профессионализмом! Спасибо Вам за прекрасную работу, тепло и внимание, которые я ощущала каждый раз, когда приходила к Вам».

«…Особенная благодарность и низкий поклон Вам, мой замечательный и добрый доктор Игорь Александрович! Спасибо Вам за Ваш профессионализм и благородство, за грамотный подход к моей проблеме, за Ваши золотые руки и очаровательную улыбку, за Ваш талант! Понимаю, что основные эмоции (надеюсь, только положительные) будут позже. Однако уже сейчас хочется выразить удовлетворение уровнем Вашего профессионализма! Также надеюсь, что та маленькая операция-реставрация изменит мою жизнь к лучшему!»

Когда все отзывы прочитала, сама отзыв написала. Ну а потом в солнечный ясный день я вышла из клиники — и началась новая жизнь.

Реклама

Загрузка...