Головных оправдан

В пятницу, 8 июля, Свердловский районный суд Иркутска оправдал по всем пунктам бывшего ректора Иркутского национального исследовательского технического университета Ивана Головных, которого обвиняли в превышении должностных полномочий: незаконной передаче земельного участка и в получении «лишней» премии. Более трех лет жизни у человека ушло на то, чтобы доказать невиновность. Кто их вернет?

Заказных дел мастера

История Ивана Головных со всей очевидностью доказывает, что в подобной ситуации может оказаться практически любой человек, если, конечно, сложатся так обстоятельства, как в его случае.

— Иван Михайлович, пройдя через все испытания, выпавшие на вашу долю за эти три года, какой вывод вы для себя сделали?

— Я не стал пессимистом. Борьба с несправедливостью только закалила меня. Я понял, что, несмотря на все трудности, надо всегда быть уверенным в том, что рано или поздно истина восторжествует. В данном случае это случилось благодаря суду!

— Когда вы сейчас слышите, что кого-то арестовали, возбудили уголовное дело, наверное, вы уже критически воспринимаете эту информацию, с учетом личного опыта?

— С долей скепсиса. Конечно. Одно дело банальный криминал: хулиганство, убийство, кража, разбой. По таким преступлениям, безусловно, необходимо возбуждать дела и тщательно их расследовать, привлекать виновных к ответственности. Люди из правоохранительных органов делают доброе дело, защищая наше общество. Но в некоторых случаях правоохранительные органы преследуют интересы, отличные от правосудия. И в результате суды вынуждены тратить свое время на распутывание таких надуманных дел.

Напомним, уголовное дело в отношении Ивана Головных было возбуждено в 2013 году. Его обвинили в превышении полномочий при передаче земельного участка в 3 га, расположенного в ведении вуза, одной из строительных фирм города под коммерческую застройку. Спустя год Иван Головных стал фигурантом еще одного уголовного дела — о незаконном получении завышенной премии.

— Был бы человек, а статья найдется. А какая у них была конечная цель?

— Цель была понятной – отстранить меня от должности ректора. А поскольку вуз успешно развивался и никаких претензий к моей профессиональной деятельности не было, то меня решили устранить через возбуждение уголовного дела. Я служил своей стране, государству, обществу, но никогда не преследовал корыстных интересов. После возбуждения уголовного дела Минобрнауки России, с подачи следственных органов, досрочно расторгло со мной трудовой договор, несмотря на презумпцию невиновности.

— Как все это сказалось на состоянии самого вуза?

— За последние три года университет по одному из важнейших рейтингов в системе образования и науки «Эксперт» с 54-го места спустился на 84-е. Откатился лет на десять назад. Сегодня его обошли очень многие вузы, не имеющие статуса национального исследовательского.

— Как вы и ваша семья все это пережили?

— Самым неприятным в этой истории был даже не страх, хотя мне грозило по предъявленному обвинению до 10 лет лишения свободы. Больше всего удручали клевета и искажение фактов. Некоторые мои знакомые и коллеги вдруг перестали мне звонить и отвечать на мои звонки. Обычная ситуация. Много всего было... Конечно, семья меня поддержала, я им очень благодарен, они горой за меня стояли и переживали больше, чем я сам. Вообще, многие замечательные люди протянули руку помощи.

— Академик Михаил Кузьмин боролся за меня, академик Евгений Велихов, крупный российский ученый, написал письмо на имя генпрокурора и руководителя СК России, знаменитый хирург Евгений Григорьев, председатель Совета ректоров Иркутской области Михаил Винокуров, Виктор Круглов, Олег Геевский, общественные организации: президиум иркутского научного центра, некоммерческое партнерство товаропроизводителей, ассоциация выпускников ИрГТУ, Союз дорожников, Союз строителей, Совет ректоров…

— А предательство было?

— Не без этого, но это единицы, и не стоит сейчас о них говорить. А некоторые просто отошли, не решались выразить поддержку, потому что опасались неприятных последствий для них.

Решение о полном оправдании Головных принято, но еще не вступило в законную силу. Впереди апелляция в областном суде. Иван Михайлович уверен, что люди, которые добивались его осуждения, обязательно воспользуются этой возможностью.

— К сожалению, иногда, как это случилось со мной, следствие не пытается установить истину, а, наоборот, ищет надуманные аргументы для оправдания своих действий. Судьба человека в таких случаях отходит на второй план.

— Иван Михайлович, почему вы отказались от закрытия дела за истечением срока давности? Ведь в вашем положении это было очень рискованно.

— Понимаете, иначе я не чувствовал бы себя человеком. Как бы я людям в глаза смотрел? Для меня самое страшное было потерять уважение родных, близких, друзей. Не мог я предать их доверие, не так воспитан. Если бы я согласился, это значило бы, что я согласился со всеми обвинениями, клеветой и наговорами в свой адрес. Это было исключено.

— А кто первый вас поздравил?

— Первой меня поздравила моя жена, которая всегда глубоко мне сопереживала. Очень многие поздравили. Звонков было гораздо больше, чем когда возбудили уголовное дело.

— Очень важный вопрос: а вы намерены требовать сатисфакции? Ведь то, что вам довелось пережить, измеряется не только моральными страданиями, но и материальными?

— Об этом я даже не думаю. Самое главное — это восстановление моего имени. Честь всегда стоит дороже денег.

— Каковы дальнейшие планы?

— Пока решение не вступит в законную силу, я никаких планов не строю. Все, что я мог отдать университету, я отдал. В день прений моего защитника Максима Орешкина и моего последнего слова в суде мне исполнилось 66 лет. Символично? Все три года моего уголовного преследования я старался поддерживать себя в форме, много читал, занимался спортом и даже участвовал в общественной деятельности. Если мой опыт и знания будут востребованы, я готов принести пользу обществу и государству.

  • Был бы человек, а дело найдется

Сегодня мы спросили у иркутян: «Легко ли в наше время невиновного человека оклеветать, оболгать, осудить, посадить в тюрьму?»

Дмитрий:

— Спокойно… Если надо, то и лжесвидетелей найдут, и доказательства, какие надо.

 

Евгений:

— А вы в этом сомневаетесь? Я думаю, без проблем.

 

Полина:

— Конечно… Был бы человек, а дело найдется.

 

Лилия:

— Ну, я думаю, это от адвокатов прежде всего зависит и от судьи. Хотя…

 

Михаил:

— Легко! Поэтому не дай бог.

Загрузка...