Счастливы вместе

«Пятница» побывала в гостях у свадебных юбиляров, отметивших более 50 лет совместной жизни

Вечная любовь — миф или реальность? Наверняка большинство читателей скажут, что не верят в любовь до гробовой доски, когда «жили они долго и счастливо и умерли в один день с улыбками на лицах», что сильные чувства угасают со временем и превращаются в привычку... Может, и так, но репортеру «Пятницы» невероятно повезло познакомиться с иркутскими семьями, в которых любовь и согласие между мужем и женой присутствуют, нет, даже царят, более полувека. Юбиляры поделились секретом счастливого брака и рассказали свои семейные истории.

Любовь на рельсах

Жанетта Наумовна и Борис Израилевич Пинус — учителя с большим стажем: он — доктор технических наук, профессор, академик, преподает в ИрГТУ и является советником ректора, она 45 лет обучает студентов Сибирского колледжа транспорта и строительства иностранным языкам. В 2013 году эта семейная пара отметила золотую свадьбу: позвали друзей в ресторан, приехали особые, дорогие гости из Америки — сын с семьей... В общем, хорошо погуляли. А вот 50 лет назад все было совсем иначе...

— У нас не было традиционной свадьбы с застольем, с белым платьем невесты, с гуляньем. Когда мы пришли в Октябрьский загс на регистрацию, это было летом, 28 июня, нам пришлось ждать в странной очереди: сначала зарегистрировали кончину коровы, затем смерть какого-то дедушки и только потом нас. Мы пили шампанское из поломанных фужеров без ножек, держали их, как пиалы, — вспоминает с улыбкой Жанетта Наумовна.

Скромная свадьба состоялась всего лишь через полгода после первой встречи будущих супругов. В январе 1963 года 18-летняя Жанетта познакомилась в гостях с 25-летним Борисом. Он держался просто, внимания особого девушке не оказывал, чем и задел девичью гордость. Жанетта решила проявить инициативу сама. Уже потом он признался, что просто оробел, боялся подойти к яркой и, словно бабочка, порхающей красавице.

— В тот же месяц он сделал мне предложение. Был трескучий мороз, мы шли по улице, замерзли и зашли в кирпичный дом погреться в подъезде. Он обнял меня и сказал: «Я буду согревать тебя всю жизнь так, как согреваю сейчас. Выходи за меня, не пожалеешь!» Потом он уехал на 2 месяца в командировку, вернулся с подарком: отрезом на платье и туфлями в цвет — голубыми. Туфли стоили 28 рублей и были на очень высоком каблуке, я таких ни до, ни после не носила, еще училась на них ходить. Туфли и чудные стихи, которые он сам писал и посвящал мне, меня покорили окончательно, — рассказывает Жанетта Наумовна. — Первые полгода семейной жизни мы жили в вагоне. Муж работал техническим директором вагона-пропаганды. Он должен был пропагандировать новые методы строительства железной дороги. Нас подсоединяли к последнему вагону какого-нибудь поезда, и мы путешествовали. Так мы объездили всю область! Останавливались в каком-нибудь населенном пункте, проводили лекции, показывали фильмы. Первое купе, в котором мы жили, было отделено от остального вагона, где располагался лекционный зал. Сейчас я думаю, что это были лучшие дни. Потом я забеременела, уехала к родителям, а муж продолжал колесить по области.

Первенец, дочка Аня, появился на свет, когда Жанетта Наумовна только оканчивала первый курс иняза. В академический отпуск молодая мама не пошла — пока она училась, с ребенком водился отец. Семья переехала в 2-комнатную квартирку на улице Чехова. Одну комнату занимал сослуживец Бориса Израилевича, вторая, 18 квадратных метров, была в распоряжении Пинус. В то же время к молодоженам переехал младший брат мужа Юрий, и все 5 лет, пока учился в госуниверситете, он прожил с ними. Вскоре на свет появился сын Дима. Жили дружно, работали слаженно, отдыхали весело. Все — как в советских черно-белых фильмах, только без политически-патриотического пафоса.

— У нас не было никогда больших разногласий, иногда ссорились по мелочи — например, если я покупала два стакана клубники вместо одного и бюджет приходилось перекраивать. У нас все было на бегу, видимо, некогда было ссориться. Я не знаю, есть ли сегодня такие мужчины, как мой Боря. Думаю, вряд ли. Я действительно счастливая женщина. Боря — великолепный отец и муж. Я часто болела, и всегда он меня поддерживал, помогал во всем. Он не принес мне за всю жизнь ни одной неприятности. Да и я жена неплохая, — юбилярша смеется, рассуждая. — Он — опора, а я создавала уют, чтобы ему всегда хотелось возвращаться домой. Научилась вкусно готовить, моя бабушка-одесситка великолепно готовила. А еще Боря говорит, что все его докторские и кандидатские — моя заслуга. Я его освобождала от всего, пока он писал и защищался, много переводила иностранной литературы для его работ.

За 50 лет брака Жанетта Наумовна вывела несколько правил счастливых отношений: в любом деле видеть светлые стороны; если поддаться унынию, это состояние засосет. И всегда беречь друг друга.

— Когда я расстроена, сажусь за рояль, чтобы выплеснуть негативные эмоции. Муж говорит: если возвращается домой и еще на лестнице слышит, как я играю, понимает, что у меня плохое настроение. Так и есть. А плакать не умею. Муж ни разу не видел моих слез. Если и плачу, то одна, никому не показываю. Это мой способ оградить его от расстройства, — делится секретами Жанетта Наумовна. — И еще, думаю, изначально мужчина должен любить женщину больше, чем она его, тогда со временем, когда страсть утихнет, как правило, легкий на подъем мужчина все равно останется со своей женой.

Любовь в полях

Ирина Ивановна и Геннадий Васильевич Рубцовы — классическая пара из походных песен. Помните, как у Визбора: «Милая моя, солнышко лесное, где, в каких краях встретимся с тобою»? Их история в чем-то повторяет этот напевный сюжет, да и саму песню они исполняли не раз у костра. Рубцовы — геологи, проработали в Сосновгеологии не один десяток лет, искали и нашли месторождение урана, исколесили все постсоветское пространство. Недавно пара отметила изумрудный юбилей — 55 лет вместе. В этой семье иголочкой был муж, а жена — верной ниточкой, всегда следовавшей за любимым.

— Мы познакомились в 1958 году в городе Оксае, это область Ростова-на-Дону. Я тогда окончил институт, получил распределение в Иркутск и приехал на 3 недели навестить маму. Ирина жила с подругой в соседнем доме, она приехала в наш город на практику перед выпуском из Львовского экономического института. В доме, который она снимала, не было водоснабжения, Ирина ходила за водой к моей маме. В один из ее приходов мы и познакомились. Она мне сразу приглянулась, мы сходили в кино, на танцы, съездили в соседний город... Перед отъездом я взял с нее обещание, что она попросит распределить ее в Иркутск и приедет ко мне. Так и получилось, — вспоминает Геннадий Васильевич.

— Если бы не этот товарищ (кивает на мужа), я бы распределилась в Донецк. Родные меня провожали в Иркутск со слезами на глазах, нам, южанам, казалось, что в Сибири и летом шуба нужна. Сейчас я думаю: как я могла так круто изменить свою жизнь из-за человека, которого знала всего-то три недели, неужто так сильно влюбилась? Не знаю. Наверное. Иначе как это объяснить? — добавляет Ирина Ивановна.

Когда молодая выпускница института прибыла в Иркутск, ее никто не встретил, влюбленный геолог был в полях в экспедиции. Встретились они спустя 3 месяца после запланированной встречи, а еще через месяц, в ноябре, уже расписались в загсе Иркутска II.

— После загса вышли на улицу, и Ирина Ивановна расплакалась, ей стало жаль свою девичью фамилию — она была Титова, как прославившийся тогда космонавт. Чтобы как-то отметить праздничный день, мы пошли в кино. Что показывали, уже не помню. Отметить свадьбу решили в начале декабря, позвали гостей, но меня отправили в командировку, так что гулянье пришлось еще раз перенести. Но и оно сорвалось, так как в тот день свою свадьбу отмечал мой начальник и все наши гости уже были приглашены к нему. А мы все равно до сих пор отмечаем две даты: ноябрьскую и декабрьскую, — рассказывает Геннадий Васильевич.

После свадьбы супруги пробыли вдвоем полгода, а потом настало время очередной летней полевой геологоразведочной экспедиции. Муж отбыл в командировку на несколько месяцев, а жена осталась дома, работала товароведом на торговой базе, ждала супруга из полей. Вскоре родился сын Сережа. Когда ему исполнилось три года, Рубцовы пришли к выводу, что жить в разлуке подолгу не хотят, поэтому в геологическую партию поехали вместе. Ирине Ивановне пришлось учиться жить в экстремальных условиях, вести в них же хозяйство и осваивать новую профессию.

— Нам всегда было интересно вместе, мы столько всего пережили и стали незаменимыми друг для друга. Сейчас, оглядываясь назад, мне становится страшно, как же мы жили. А тогда такие условия были нормой: например, жили мы зимой в деревянных домиках без удобств, в качестве воды нам привозили глыбу льда с реки, муж был в отъезде, а мы с детьми (через 7 лет после сына у нас родилась дочь Лена) ножами и ложками ковыряли лед и снег в тазы, разогревали воду, чтобы попить, сварить что-то, постирать и умыться... Жили как-то на болотах, ходили по гати все лето в сапогах-болотниках... Много всего было, но вокруг нас были верные друзья, которые нам помогали, работа была захватывающей. Представляете, мы ведь даже по ночам сами трудились над чем-нибудь и обедали иногда стоя, чтобы скорее вернуться в рабочий процесс, — говорит Ирина Ивановна.

На вопрос, что есть любовь и как с ней обстоят дела в семье Рубцовых, супруги сначала не отвечают: обмениваются взглядами и улыбаются. Оказывается, об этом романтики-походники как-то не задумывались, не говорили особо.

— Любовь — она есть и сейчас, и тогда была. Мы ведь до сих пор тянемся друг к другу. У нас общие интересы: театр, кино, танцы и пение, и мнения у нас совпадают часто по разным вопросам. А когда не совпадают, мы не ссоримся, расходимся по своим углам на какое-то время, а потом и не вспоминаем, о чем поспорили, — говорит Геннадий Васильевич.

Его жена молчит, но по взгляду-то все видно — есть она, любовь, и спустя 55 лет только крепче становится.

Любовь после войны

Железная свадьба — 65 лет вместе. Значит, супруги не то что огонь, воду и медные трубы прошли — в России такая семейная пара еще и страшное послевоенное время пережила. Оно только называлось мирным, а на деле приходилось воевать с голодом. Откуда тут взяться любви? Ан нет, и в тяжелые 40-е годы для светлого чувства у людей находилось местечко в сердце. Надежда Георгиевна и Георгий Григорьевич Руденко расписались в марте 1948 года. Познакомились за год до этого на танцах, закружились в венском вальсе да так и остались вместе. Она — бывшая фронтовичка, служившая в военно-морской авиации на Балтике, студентка горно-металлургического института (будущего политеха), он — старшекурсник того же вуза, перспективный и статный.

— У нас не было романтических ухаживаний, лирики и признаний в письмах, была проза жизни. Мы дружили год, прежде чем пожениться, за это время я поняла, что он — мой человек. Бывают яркие люди, но они быстро надоедают своей кипучей деятельностью и разговорами. Георгий Григорьевич никогда таким не был. Он молчал, но с ним я себя чувствовала хорошо. Когда мы дружили, он часто приезжал ко мне домой в частный дом в Иркутске II, чтобы помочь по хозяйству: пока я ухаживала за больной мамой, он топил печь, мел двор, перебирал картофель... Он стал своим в моем доме и в моей душе, — рассказывает Надежда Георгиевна.

Молодожены еще учились, когда у них родилась дочь Танечка. Академический отпуск не стали брать, сидели с ребенком посменно в буквальном смысле слова: муж учился с утра, жена — с обеда, подменяли друг друга постоянно. В итоге оба окончили вуз и через несколько лет, поработав на заводе и в исследовательском центре, вернулись в альма-матер в качестве преподавателей. К тому времени в семье произошло пополнение — в 1954 году родился сын Миша. Супруги успевали не только работать, но и заниматься общественными делами: Надежда Георгиевна писала в газету, занималась в кружках, а Георгий Григорьевич увлекся детской железной дорогой и стал первым начальником паровозной бригады.

— Когда были какие-то разногласия, куда уж без них, мы старались выяснить, в чем их причина, было желание понять друг друга. Взаимопонимание, уважение, компромиссы и доверие — без этого семья не сможет долго существовать. У нас с мужем друг от друга секретов нет, семейный бюджет веду я, но никаких расходных книг, заначек никогда не было, — делится секретами хранительница домашнего очага.

В семье Руденко все браки крепкие, печальная статистика разводов обошла этих счастливых людей стороной. А семья-то немаленькая: 2 детей, 5 внуков и 3 правнука. Для всех них Надежда Георгиевна и Георгий Григорьевич — пример для подражания. А сами юбиляры уверены, что семью нужно создавать, чтобы дарить свою любовь не только друг другу, но и своим детям, продолжать род, воспитывать новые поколения.

— Мой папа умер, когда мне было 5 лет, мама осталась с 5 детьми. Наверное, это сыграло большую роль в моем выборе спутника жизни. Я не хотела, не смогла бы оставить своих детей без отца, которого мне самой так не хватало. Поэтому мне особенно жаль матерей-одиночек, — говорит Надежда Георгиевна.

Красивые даты

За прошлый год в Иркутской области 221 пара отметила в отделах загса золотую свадьбу. Серебряную свадьбу отпраздновали 129 семей. Еще 145 юбилеев совместной жизни торжественно отметили жители Прибайкалья, среди которых жемчужные свадьбы (30 лет брака), полотняные или коралловые (35 лет), рубиновые (40 лет), сапфировые (45 лет), изумрудные (55 лет) и бриллиантовые (60 лет).

Загрузка...