Переименовать нельзя оставить

Точку в нужном месте в этом заголовке «Пятницы» поставят депутаты городской Думы в начале будущего года

Публикация в прошлом номере нашего еженедельника о возможном переименовании сквера Кирова вызвала шквал читательских звонков. Напомним, с подачи председателя Иркутского регионального отделения Ассоциации юристов России Виктора Игнатенко к обсуждению предложен вариант переименования сквера имени Кирова в площадь имени Сперанского. Это обращение поступило в городскую Думу, и в итоге объектов стало два — помимо центрального сквера добавилась ул. Бограда, которую единомышленники юристов предлагают называть Чудотворской.

Решения по этим территориям будут приниматься в начале следующего года. По предварительным данным, вопрос вынесут на депутатские слушания в январе, а в феврале депутаты рассмотрят его на заседании Думы. А пока мы решили предоставить слово основным участникам дискуссии.

Депутат иркутской Думы Сергей Юдин разделяет мнение сторонников переименования. Он считает, что это поможет не просто восстановить историческую справедливость, но и создать гармоничную городскую среду: «К историческим названиям улиц нужно возвращаться, и в первую очередь с точки зрения создания гармоничной градостроительной среды. История создания большинства улиц в центре Иркутска начиналась с возведения православных храмов. Многие из них со временем были разрушены, но сейчас есть тенденция к их восстановлению. Мы воссоздаем памятники, возрождаем храмы, так почему при этом мы забываем про улицы, которые тоже являются важной частью города? Вряд ли у кого-то возникнут протестные чувства, если улица Бограда, получившая это название в честь революционера, будет переименована в Чудотворскую — по названию часовни, которая была здесь когда-то».

Один из аргументов, который всегда выдвигают противники смены названий, — слишком большие экономические затраты, как для городской казны, так и для населения. Но финансовую составляющую по скверу имени Кирова и улице Бограда Сергей Юдин уже просчитал: «По скверу затраты нулевые. Ведь это название территории — условное, оно не значится на картах, его нет на табличках на зданиях, там нет ни одного жилого дома. По улице Бограда предполагаются затраты только на изготовление новых табличек на здания. Это улица небольшая, домов на ней около десяти. Если прикинуть, что стоимость одной таблички — около одной тысячи рублей, то всего придется потратить примерно десять тысяч рублей. Вполне реальная сумма, которая не вызовет катастрофы в бюджете города».

Что касается путаницы в адресах, смены документов для жителей и юридических лиц, то депутат не видит в этом никакой катастрофы. В качестве примера он привел микрорайон Солнечный, где проспект Карл-Маркс-Штадт несколько лет назад получил новое название — Маршала Жукова: «Ни одного катаклизма, катастрофы или других подобных неприятностей после этого не произошло. Никто уже и не вспоминает, что проспект, названный в честь Маршала Жукова, именовался по-другому, хотя прошло не так много времени. Так же будет и с другими названиями. Люди привыкнут очень быстро, тем более названия красивые и не несут никакой политической окраски».

В противовес этому мнению высказал аргументы координатор Иркутского отделения Всероссийского движения «Суть времени» Михаил Ермаков, который считает, что смена названий не восстанавливает, а нарушает историческую справедливость: «Существующему названию у сквера имени Кирова больше восьмидесяти лет. То есть это тоже история. Так почему же мы должны поменять одну историю на другую? Я, как коренной иркутянин, привык к нынешнему названию. Меня оно устраивает. Думаю, у большинства горожан такое же отношение к современным названиям. Это тоже часть нашей истории — мы с детства слышали эти названия, никого они не раздражают, иначе сторонников переименования было бы намного больше, чем сейчас».

Однако Михаил не относит себя к ярым противникам смены названий: «Я уважительно отношусь ко всем этапам истории — и дореволюционным событиям, и советского, и постсоветского времени. Меня возмущает другое — почему решение о переименовании улиц будет приниматься определенным кругом лиц, без учета мнения горожан? Инициаторы говорят, что в свое время большевики назвали улицы по-другому, не спросив никого, а разве не по тому же принципу поступают сегодняшние власти? Перед тем как принимать решения, которые касаются всех жителей нашего города, давайте узнаем их мнения — пусть пройдет соцопрос населения, а потом, с учетом его результатов, возможность переименования обсудят депутаты».

Пока официальных сообщений о проведении социологического исследования в Иркутске не было. А раз так, активисты из «Сути времени» решили действовать на свое усмотрение. Семнадцатого ноября они провели пикет в сквере Кирова по сбору подписей против переименования центральной площади Иркутска. «Выяснилось, что многие иркутяне даже не знают о перспективе переименования. Большинство из тех, кому мы это сообщали, ставили подписи против такого действия, потому что не считают нужным менять привычное название», — сказал Михаил Ермаков.

За время пикета представители «Сути времени» собрали 143 подписи против. Они говорят, что эта акция будет продолжена. Итоговые результаты будут переданы в «организации, которые будут принимать решение по переименованию».

Почему Сперанский?

Центральной площади Иркутска, которую мы привыкли называть сквером имени Кирова, больше трехсот лет. Она существует примерно с 1670 года, и за это время ее названия менялись аж двенадцать раз. Дольше всего — почти 140 лет — она называлась Кремлевской. Имя графа Сперанского она носила восемьдесят лет. Также именовалась Спасской, Соборной, Церковной, Плац-парадной, Третьего интернационала и другими названиями.

Сторонники очередного переименования считают, что скверу нужно вернуть имя государственного деятеля Михаила Сперанского. Этот генерал-губернатор, прибывший в Иркутск в 1819 году, всего за два года сумел подготовить большой пакет законопроектов, которые стали основой реформирования Сибири. Так, именно граф Сперанский предложил разделить Сибирь на Западную и Восточную. Это административное разделение сохраняется и по сей день. Тем не менее даже среди сторонников переименования нет единого мнения по присвоению площади именно такого названия. К примеру, очень многие считают наиболее оптимальным вариантом название «Тихвинская площадь».

Мы предлагаем читателям «Пятницы» высказать свое мнение по вопросу переименования сквера имени Кирова.

1. Считаете ли вы, что сквер имени Кирова должен сменить свое название?

2. Если да, то какое название, на ваш взгляд, должна носить центральная площадь Иркутска?

Свое мнение вы можете высказать, позвонив по тел. нашей редакции 27-28-28 или отправив письмо на адрес электронной почты miol_2004@mail.ru. Ваши ответы мы опубликуем в одном из ближайших номеров еженедельника «Пятница».

Что думает общественность?

Нужно или нет переименовывать улицы в Иркутске? С таким вопросом мы обратились к известным горожанам.

* Леонид Павлюк, главный врач ГКБ № 1, депутат городской Думы:

— Уважать историю, конечно, надо. Но зачем идти на крайние меры, которые, помимо всего прочего, связаны с финансовыми затратами? Вполне достаточно разместить на зданиях двойные таблички, как сделано сейчас на нескольких центральных улицах Иркутска. Пусть будет под табличкой «Улица Бограда» еще одна — «Улица Чудотворская». Это самый идеальный вариант.

* Елена Кузьмина, директор иркутского лицея ИГУ:

— Вопрос очень сложный. С одной стороны, даже на ментальном уровне, если мы хотим снизить уровень агрессии, нужно убирать с городских улиц имена террористов и экстремистов. Если мы говорим, к примеру, про переименование сквера имени Кирова, то наилучший вариант, на мой взгляд, — Тихвинская площадь, потому что это название не несет никакой политической окраски. Хотелось бы, чтобы были переименованы и еще несколько улиц, названия которых вызывают негативные эмоции. Но, с другой стороны, решать такие вопросы надо во время общественной дискуссии, в которой могли бы принять участие представители общественной палаты, политологи, историки, сотрудник музеев. Перед тем как решаться на такой шаг, нужно получить наиболее достоверную информацию, рассмотреть ее с разных точек зрения. А просто взять и все поменять — это неправильно. Нельзя оставлять за собой руины.

* Константин Жуков, руководитель лаборатории гуманитарных и политических технологий ИГУ, заслуженный учитель РФ:

— Ответ на этот вопрос, наряду со специалистами в области истории, политологии, топонимики, обязательно должны дать жители тех улиц, которые собираются переименовывать. Ведь людям придется внепланово заниматься сменой документов, то есть тратить время на посещение разных инстанций. Поэтому все, что нужно сделать сторонникам переименования улиц, — подобрать правильные методики исследования общественного мнения, которые дают результаты с минимальной погрешностью.

* Виктор Самаруха, доктор экономических наук, профессор БГУЭП, член Общественной палаты Иркутской области:

— Лучше бы сторонники переименований позаботились о том, чтобы в Иркутске было достаточно указателей с существующими названиями улиц. У нас в городе не только иностранцы не могут найти нужный адрес, но и местные жители. Поэтому хватит маяться дурью, принимая решения, как назвать улицу, уж лучше ставить вопросы с пользой для горожан.

* Альбина Широбокова, член Общественной палаты Иркутской области, президент Байкальского регионального союза женщин «Ангара»:

— У меня сложное отношение к этому вопросу. В принципе, если это решение не несет больших финансовых затрат, то ради бога — пусть восстанавливают исторические названия. Но на самом деле в нашем городе есть проблема более важная, с которой я сама недавно столкнулась, — отсутствие логики на наших улицах. Я всю жизнь прожила в Иркутске и никогда не думала, что возникнут сложности найти нужный адрес в моем родном городе. Мне нужен был дом № 32 на улице Карла Маркса. Глядя на номера зданий, я вычислила, что, если дом № 28 находится в районе «Стратосферы», то, значит, и нужный мне адрес неподалеку. Знаете, где он оказался на самом деле? Почти что у завода имени Куйбышева. Когда я шла пешком, выискивая этот дом, пересекала очередной квартал, а его все не было, у меня складывалось впечатление, что я живу в городе сумасшедших. Я прекрасно понимаю, почему иностранные туристы остаются в шоке после посещения нашего города, здесь невозможно ориентироваться — нужно постоянно заходить в попутные павильоны, уточнять — где этот адрес. Наш город нужно сделать в первую очередь понятным и доступным. Это первоочередная задача. А как будут называться при этом улицы — уже вторично.

* Алексей Петров, президент Клуба молодых ученых «Альянс»:

— Мы проводим прогулки по старому Иркутску, и когда идешь по центру города, создается ощущение лукавства. Ведь улицы, названные в честь террористов, появились намного раньше. Многие из них не то что в Иркутске, в России никогда не были. А вот если улица появилась в советские времена и тогда же получила свое название, тогда исторически верно его сохранить. И вообще, это решение должно приниматься городским сообществом. А задача и сторонников, и противников переименования — отойти в сторону и дать людям самим определять, как поступать в таких ситуациях.

* Валерий Лукин, уполномоченный по правам человека в Иркутской области:

— Я не понимаю этого ажиотажа вокруг смены названий улиц. Есть более актуальные вопросы и проблемы, которые нужно решать. А при наблюдении за этими дискуссиями создается впечатление, что их устраивают для того, чтобы отвлечь горожан от других проблем, которые зависли и не решаются годами.

* Лев Дамешек, заведующий кафедрой отечественной истории ИГУ:

— Михаил Сперанский — несомненно, выдающийся деятель России в целом и Сибири в частности. Если сравнивать заслуги Кирова и Сперанского, то у Кирова они нулевые. Мы до сих пор, даже спустя два века, ощущаем преобразования, сделанные Сперанским, поэтому его имя очень созвучно современности. Ну а что касается улицы Чудотворской, то лично я в чудеса не верю. Должен быть какой-то принцип переименования, а не так: кому-то это понравилось, а других не спросили. То есть нужно выслушать мнение общественности и по улицам, которые нужно переименовать, и по вариантам названий.

* Ирина Ежова, главный врач Иркутского городского перинатального центра (роддом на Бограда), депутат городской Думы:

— Я не считаю эту тему актуальной. Зачем в очередной раз все менять. Ведь строятся же новые микрорайоны — называйте как хотите, а к существующим названиям привыкли целые поколения иркутян. Например, улица Бограда. Да как угодно ее можно называть, но люди будут всегда говорить: «Роддом на Бограда», хотя, кстати, официальный адрес у нас другой — Сурикова, 16. Или детская больница на ул. Советской. Как называли ее «Матрешкой», так и будут называть. Это уже стало городскими традициями, которые не изменятся из-за чьих-то решений.

* Сергей Шмидт, доцент кафедры мировой истории и международных отношений ИГУ:

— Я больше двадцати лет являюсь свидетелем дискуссии о переименовании иркутских улиц. И честно говоря, как горожанин уже устал от этой темы. Давайте уже всех сделаем победителями. Чтобы успокоились сторонники, надо взять и что-нибудь переименовать. Чтобы успокоились противники, надо взять и не переименовать какую-нибудь улицу. Например, сквер имени Кирова — почему бы не переименовать? Жилых домов там нет, паспорта менять никому не придется. А вот улицу Бограда я бы не стал переименовывать в Чудотворскую. Там все-таки роддом находится, еще начнут рожать от какого-нибудь чуда. Ну а серьезно, если мы хотим, чтобы у Иркутска было свое лицо, надо посмотреть на названия улиц. Все очень просто — забиваем в интернет-поисковик улицу Кирова — таких по стране несколько десятков, Тихвинских тоже немало, а вот имени Сперанского есть только в Тюмени. А лично я хотел бы, чтобы историческое название вернули улице Софьи Перовской — Матрешинская. Звучит красиво, и таких названий вообще больше нигде нет.

Между кем выбирают?

Сергей Миронович Киров, в честь которого названа центральная площадь Иркутска, — советский государственный и политический деятель. Кстати, его настоящая фамилия Костриков. Родился в Вятской губернии в 1886 году. В восьмилетнем возрасте остался сиротой. Осенью 1901 года уехал в Казань, поступил в механико-техническое промышленное училище. В 1904 году завершил образование, получив награду первой степени, оказавшись в пятерке лучших выпускников того года, и начал работать чертежником в городской управе Томска. В этом же году вступил в РСДРП. В 1905 году впервые участвовал в демонстрации и был арестован полицией. После выхода из тюрьмы возглавляет боевые дружины. В октябре 1905 года организовал забастовку на крупной железнодорожной станции Тайга. В июле 1906 года арестован и заключен в томскую тюрьму на полтора года. В 1908 после освобождения нелегально приехал в Иркутск. В марте 1909 году организовал забастовку печатников, окончившуюся победой рабочих. В этом же году уехал во Владикавказ, где возглавил большевистскую организацию. Здесь он получил документы на фамилию Киров. В 1934 году был убит в Смольном.

Михаил Михайлович Сперанский родился во Владимирской губернии в 1772 году. По окончании Александро-Невской семинарии в Петербурге был оставлен в ней преподавателем. Затем становится префектом семинарии, но вскоре уходит из нее и становится секретарем генерал-прокурора А.Б.Куракина, а с 1799-го — правителем его канцелярии. В 1801 году Александр I назначает Михаила Сперанского директором департамента Министерства внутренних дел. В 1819 году Сперанскому поручили возглавить ревизию Сибири и назначили сибирским генерал-губернатором. В короткий срок он объехал почти всю Сибирь, решительно боролся с произволом и казнокрадством местной администрации. К суду было привлечено 680 чиновников, с которых взыскано 2,8 млн руб. За два года пребывания в Иркутске он вместе с командой единомышленников подготовил пакет реформ преобразования управления Сибирью. Среди них «Устав об управлении инородцев», «Устав о ссыльных», административная и судебная реформы. В марте 1821 года Михаил Сперанский вернулся в столицу и был введен в состав Государственного совета. Первого января 1839 года Михаил Сперанский был возведен в графское достоинство, а через месяц скоропостижно скончался.

Как привыкли, так и называют

Сторонники и противники переименований улиц тратят на обсуждение этого вопроса огромные усилия, а между тем горожане даже после смены названий некоторых мест продолжают называть их по привычке. Вот несколько примеров:

* Иркутский государственный технический университет по-прежнему в обиходе политех;

* Байкальский государственный университет экономики и права — нархоз;

* Глазковский мост через Ангару остается в разговоре Старым;

* Остановку «Музей истории города Иркутска» на Кайской горе местные жители по-прежнему называют «Гараж»;

* Остановку «Кинотехникум» в Ново-Ленино — «Стройкой»;

* Остановку на ул. Карла Маркса перед торговым центром «Сезон» именуют «Сапожком»;

* Институт МВД в Студгородке так и остался пожарным училищем, или пожаркой.

Метки:
Загрузка...