Восстановят арку цесаревича

Арка цесаревича Николая, установленная в 1891 году на набережной Ангары в честь прибытия наследного сына императора, была снесена в советские годы. Теперь же ее собираются восстановить по сохранившимся эскизам иркутские меценаты. Проект уже разработан и одобрен на архитектурно-художественной секции градостроительного совета при администрации Иркутска.

АВТОРИТЕТ

Памятник как элемент воспитания

О том, какой символический смысл несут новые-старые памятники и каково предназначение уличных скульптурных композиций в городской среде, мы поговорили с Михаилом Рожанским, историком, философом и научным директором Центра независимых социальных исследований и образования.

— Михаил Яковлевич, у вас есть любимый памятник в Иркутске?

— Есть, но к скульптуре он отношения не имеет. Это тополя, которые были посажены в 1941 году школьниками, перед тем как они ушли на фронт. Аллея находится на Байкальской, в районе «Волжской». Об этой истории в Иркутске мало кто помнит, но это настоящая живая память.

— В своей работе «Имперский воск. Семь историй из жизни иркутских памятников» вы писали, что наша уличная скульптура обречена на монументальность...

— Да, в Иркутске попытки создать уличную скульптуру оборачиваются тем, что на улицах появляются квазимонументальные вещи. Вспомним памятник Вампилову: изначально был замысел, что он будет стоять среди идущих по улице людей, но в итоге его как бы приподняли над толпой. Если говорить о последних работах, эта тенденция сохраняется. Бабр задумывался Даши Намдаковым и Сергеем Элояном как интерактивная скульптура, которая одомашнила бы символ города и края, сделала бы бабра живым, своим для иркутян. Пока идея осваивалась, она изменялась, и мы получили очередную монументальную скульптуру: на постаменте стоит громадный зверь с имперским выражением «лица». Также был проект создания аллеи персонажей из фильмов Гайдая в парке на левом берегу, там, где с общественными пространствами очень плохо. Но скульптурная композиция появилась возле цирка, огромные фигуры, на лицах героев звериная серьезность, ирония, задуманная скульптором, не прочитывается...

— То есть большинство скульптур, которые появляются в Иркутске, созданы лишь для украшения города?

— У нас стала появляться уличная скульптура, в том числе вовлекающая людей в общение с ней, но общее смысловое поле таково, что доминирует идеология. Общепризнанная удача — «Турист». Удачи, по-моему: кошечка в сквере на пересечении Горького и Степана Разина, скамейка влюбленных, но это уже дело вкуса... Но наравне с этим у властей и представителей бизнеса остается какая-то потребность возводить имперские знаки.

— Сейчас в Иркутске собираются восстанавливать арку цесаревича Николая, говорят, что это делается для восстановления исторической справедливости.

— Если говорить о восстановлении исторической справедливости, то в отношении арки мне это слабо понятно, потому что это не монументальное сооружение на века и не то, что выросло из истории города. Арка цесаревича была установлена как знак приветствия высочайшему лицу: «Добро пожаловать», и вдруг речь идет о ее восстановлении. Многое ведь утрачено, но вос-становить все невозможно. Причина установки памятника должна быть другой: обретение городом своего неповторимого лица, связанного с его историей. Я понимаю только один серьезный аргумент в пользу восстановления Казанского собора: после того как его взорвали, разрушился ансамбль центральной площади города. А аргумент восстановления исторической справедливости звучит как отрицание истории XX века, советского периода, и новое торжество идеологии. Логическим продолжением этого будет: а давайте снесем то, что понастроили за время советской власти. Лучше наконец вернуть исторические названия хотя бы двум центральным улицам Иркутска и центральной площади.

— Мне кажется, что у восстановленных памятников появляется новый символический смысл, который говорит об отношениях власти и общества.

— Согласен, они имеют идеологический подтекст. Это социальная дидактика — стремление воспитывать посредством памятников. Хотя я не уверен, что памятники должны нести такую функцию. Город — место жизни, а не учебный класс, в котором власть не столько воспитывает патриотизм, сколько внушает почтение к власти в принципе.

А ЧТО ДУМАЕТ НАРОД?

Памятников у нас достаточно

Сегодня мы спросили у иркутян: «А вам какого памятника в Иркутске не хватает?»

Александр: — Мне кажется, в Иркутске не хватает памятника героям Великой Отечественной войны. Наши ветераны этого заслуживают.

Иван: — Не знаю, был ли такой памятник — нет, но мне бы хотелось, чтобы появился памятник медведю, как символу сибирской силы, могущества.

Ольга: — Мне больше всего нравятся скульптуры коров рядом со стоматологией на ул. Ленина. Дети там любят поиграть, взрослые — сфотографироваться.

Светлана Васильевна: — Мне в голову приходит только Казанский собор. Вот в Омске же собор восстановили, поставили его в центре, в сквере.

Ольга: — Живу в Иркутске лет 15, но интереса к памятникам не испытываю. Бабра видела только один раз, когда проезжала мимо.

Что именно восстановят?

122 года назад на набережной Ангары в Иркутске, где сейчас возвышается новый памятник основателю Иркутска Якову Похабову, была установлена 13-метровая кирпичная арка с шатром. Ее создали специально к приезду цесаревича Николая, сына императора Александра III — приезд монаршей особы, безусловно, был большим событием для провинциального городка. Но вот не стало императорской России, ее сменила Страна Советов, исчезла арка и многое другое, что напоминало о прежней власти. Сегодня, когда давно уже нет Советского Союза, арку вновь решили построить. Только проходить через нее будут не императоры и государи, а обычные люди.

— Организация «Восток-Центр Иркутск» составила обращение на имя мэра города с тем, чтобы согласовать проект воссоздания утраченного исторического объекта. 13 сентября на архитектурно-художественной секции градостроительного совета при администрации Иркутска проект был представлен и одобрен. Осталось решить несколько вопросов юридического толка, — рассказывает Ольга Владимировна Дьячкина, исполняющая обязанности начальника отдела архитектуры и дизайна городской среды администрации Иркутска. — Подобные проекты — частая практика наших меценатов, проявившаяся к юбилею города. Московские ворота, «Влюбленный», «Турист» — эти и другие скульптурные композиции за последние 2 года украсили наш город.

Если говорить о традициях, то нужно отметить, что арку цесаревича воссоздают по сохранившимся эскизам. Автором был известный иркутский архитектор Владимир Рассушин. Арка будет выглядеть точь-в-точь как до революции. Из исторической летописи известно, что она была сложена из красного кирпича, «была не оштукатуренная и поднимала на своих фигурных столбах островерхий шатер, завершавшийся государственным гербом России — двуглавым орлом. Тексты на лицевых сторонах гласили: от берега Ангары — «Да благосл-витъ Г-дь вхожденiе Твое», с противоположной стороны — «Да благосл-витъ Г-дь исхожденiе Твое», с запада — «От Иркутского городского общества». И дата — «1891г. iюня 23». На новой арке текст будет сохранен. Единственное видимое различие будет с местом расположения арки. Современное сооружение установят в конце Нижней Набережной, там, где река Ушаковка впадает в Ангару, и это будет заключительным акцентом в архитектурном ансамбле набережной.

Сколько будет стоить объект, пока неизвестно. Цена будет зависеть от многих факторов: используемых материалов, технологии строительства, работ по подготовке фундамента. Средства на первую арку собрали иркутские купцы. Сегодня история повторяется, и вновь иркутские меценаты собирают деньги на строительство архитектурного сооружения.

Восстанавливают традиции

Существует проект восстановления Казанского собора, но не на старом месте, а на территории чаеразвесочной фабрики. Проект планировался лет 5 назад, когда появилась идея перенести областное правительство в другое здание. Сейчас он пока приостановлен.

Метки:
baikalpress_id:  32 289