На всю оставшуюся жизнь

Иркутский художник Сергей Элоян хочет все свое время посвятить оформлению Князе-Владимирского храма

В ближайшее время в одной из самых красивых церквей Иркутска — Князе-Владимирской в предместье Рабочем — начнется установка лесов, а затем художники приступят к росписи стен, впервые с момента основания здания, то есть с 1888 года. Пока авторы идеи не берутся сказать, сколько лет уйдет на воплощение замысла, но точно не год и не два, скорее — лет 15 или даже 20. Стены и своды храма украсят сюжеты Нового и Ветхого Заветов. Впервые одному мастеру — заслуженному художнику России Сергею Элояну — доверено оформление помещений и их наполнение, для чего ему придется разработать эскизы аналоя, алтаря, иконостаса, который, кстати говоря, будет выполнен из фарфора.

Отсчет масштабного проекта начался в начале двухтысячных годов, когда Сергей Элоян вместе с писателем Валентином Распутиным и издателем Геннадием Сапроновым (ныне покойным) отправились в творческую командировку на север области. В Саянске Валентин Григорьевич и Геннадий Константинович познакомили художника с настоятелем храма Благовещения протоиреем Алексеем Серединным. Вскоре священника перевели в Иркутск, в Князе-Владимирский храм, и отец Алексей предложил Элояну расписать эту церковь.

— Я даже несколько растерялся, — вспоминает Сергей Элоян. — С одной стороны, наверное, каждый художник мечтает поучаствовать в столь масштабном проекте, но с другой стороны, к такой работе необходимо серьезно готовиться, настраиваться. Я знал, что в храме каждому изображению отведено свое место, поскольку все структурировано и систематизировано, в сложную систему включены даже запахи, звук, свет, цвет, поэтому нельзя просто так от себя взять и чего-нибудь где-нибудь нарисовать. В храме пределы творческой свободы художника кардинально разнятся, например, с работой над пейзажем, натюрмортом, портретом. Поэтому только через два года, перелопатив много богословской, художественной литературы, решился и дал свое согласие. Все это время батюшка терпеливо ждал, но потихонечку подводил к положительному ответу, снабжая книгами.

К отцу Алексею обращались другие художники, готовые приступить с росписи храма, но получали отказ. Думается, весомую роль здесь сыграли ранние работы Сергея Нориковича, с которыми настоятель был знаком: «Преподобный Серафим Саровский», «Ангел, играющий для звезды», «Звон». «Элояну интереснее ничего не придумывать, а полноценно — во все легкие и глаза — жить в лучших частях главного Божьего творения — в Библии», — написал в одном из предисловий к выставке художника поэт Анатолий Кобенков, и точнее вряд ли кому удастся высказаться о его творчестве. Кажется, что внутренне Элоян давно был готов к работе на стенах храма.

— С декабря позапрошлого года занимаюсь эскизами и уже готов выйти работать на стенах, — рассказывает художник. — Сейчас пока выполнена примерно четвертая часть эскизов в масштабе 1:10. В классическом храме все строится по вертикали, а в Князе-Владимирском — по горизонтали, к алтарю, в этом уникальность проекта, в этом его сложность, потому что неоткуда взять пример, на который можно было опереться. Поэтому и внутреннее убранство будет несколько неожиданным, например на месте главной иконы — витражное изображение Иисуса Христа. Проектируя роспись, параллельно приходится заниматься наполнением храма малыми архитектурными формами: иконостасом, жертвенником, киотом, аналоем и так далее. Разрабатывая эскизы, Сергей Норикович решил обратиться к древней традиции: изобразить среди святых — людей, сыгравших ключевую роль в становлении церкви. В данном случае это архитектор Владимир Кудельский и купец Василий Литвинцев, пожертвовавший значительные суммы на строительство.

— Фотографий этих уважаемых людей пока не нашли, возможно, они и не сохранились, но это не беда. Художник-иконописец не стремится к полному физическому сходству, он показывает духовную сущность человека, представшего перед Богом. При этом, безусловно, сохраняются характерные черты, поэтому вы без труда узнаете на иконах, например, Николая-угодника. К тому же по церковным канонам изображение всегда подписывается.

Среди всевозможных техник росписи сводов авторы проекта рассматривали несколько вариантов, в том числе фреску (роспись по мокрой штукатурке) и яичную темперу, основанную на натуральных минералах и природных пигментах. Фреска считается сложной технологией, требующей помимо особых навыков художника тесной связи, например, с отделочниками, которые тоже должны обладать высокой квалификацией. При этой технике расписывается еще не высохшая штукатурка, а после уже ничего исправить нельзя. Не менее сложна и работа темперой, поэтому иркутяне решили остановиться на красках немецкой фирмы Remers, отличающихся великолепным качеством и гарантией до 50 лет.

Работа художнику предстоит масштабная, поэтому он намерен со временем обратиться к помощникам, поручив им оформлять относительно несложные узоры и орнаменты, не требующие авторской руки. Витражами займется группа выпускниц технического университета. Конкретно о сроках мастер предпочитает не говорить, определенность появится, когда удастся расписать хотя бы часть одного из приделов.

Дав согласие на роспись храма, Сергей Элоян сознательно отказывается от многих других проектов, в том числе и выставочной деятельности.

— Я уже практически отодвинул в сторону живопись; правда, сейчас появился небольшой пробел, понемногу работаю. Но когда начнется роспись в храме, тогда окончательно придется сделать выбор в пользу проекта, который может занять всю оставшуюся жизнь. Да и может ли настоящий художник мечтать о чем-то другом, если не о произведении на долгие года или даже века? Выставок у меня было достаточно много, в том числе в столице и за границей. Их количество уже непринципиально и не имеет решающего значения для меня. А возможность расписать храм бывает не у каждого и дается, может быть, один раз в жизни.

О храме

Князе-Владимирский храм в Иркутске основан в 1888 году в честь 900-летия крещения Руси на средства купца Василия Литвинцева по проекту архитектора Владимира Кудельского. При храме был мужской монастырь, церковно-учительская семинария и мужская школа. В 1905 году школа на 50 учащихся была преобразована в семинарию и разместилась во вновь отстроенном здании. Кроме семинарии при монастыре располагалась двухлетняя образцовая школа на 75 учащихся. В нижнем этаже храма на средства сестры Литвинцева Агриппины Андреевны устроили церковь во имя cвятой мученицы Агриппины. Иконы для этой церкви писали в Киеве, копируя иконы Киевского Владимирского собора. Здесь, в нижнем этаже церкви, был погребен и ее создатель — Василий Литвинцев.

Мужской монастырь в Князе-Владимирском храме просуществовал до 1922 года. Потом в нем разместился полк НКВД. В 1928-м в здании размещался детский дом. В 1960-е в церкви была устроена лаборатория геологического управления. Лишь в 1990 году церковь была поставлена на государственную охрану. К этому времени состояние храма было ужасным. На куполах росли деревья, фасады покрылись травой. В конце 1990-х постройки монастыря переданы Иркутской епархии. В апреле 2001 года на купола храма воздвигли кресты. В сентябре 2002-го реставрация Князе-Владимирского храма была завершена.

Метки:
baikalpress_id:  18 504