Иркутянин на крыше мира

Андрей Дульский стал пятым за всю историю покорителем Эвереста из Приангарья

Высочайшая вершина мира и первый по высоте восьмитысячник на Земле (8848 метров). Мечта всех туристов и альпинистов, но для подавляющего большинства недоступная и эфемерная. В силу огромных физических, моральных и материальных затрат. Сюда устремляются самые сильные и волевые люди со всего мира. За 60-летнюю историю на Эвересте побывали около 4 тысяч человек, свой покой здесь навсегда обрели 200 альпинистов. Но огромный риск получить травму, обморожение или вовсе погибнуть в Гималаях не останавливает спортсменов. Иркутянин Андрей Дульский предпринял вторую в своей жизни попытку и покорил Эверест.

Путь к мечте

Андрей Дульский убежден, что Эверест является мечтой любого нормального
человека, только для большинства — несбыточной. Ведь мечтают же мальчики стать
космонавтами, только в детстве не все понимают, насколько это сложно.

— Эверест — как сосредоточение всех мыслей. А если собрать все силы —
физические, моральные, финансовые — задача осуществима, — говорит Андрей. — Все,
что было в моей жизни до этого момента — спорт, нагрузки, горы, походы, — было
лишь подготовкой к достижению мечты.

К Эвересту Андрей Дульский шел всю жизнь. В школе — физкультура, легкая
атлетика и футбол, в студенческие годы — горный туризм, бег на лыжах, спортивное
ориентирование. Круглый год, каждый выходные он проводил в походах: летом на
велосипеде, зимой на лыжах. О курении и речи быть не могло, алкоголь — в
ограниченных количествах. Кроме того, он закалялся, занимаясь моржеванием —
плавал зимой в Ангаре. Активные выходные стали привычкой, теперь и семейной. В
этом смысле Андрею проще — его жена тоже занималась альпинизмом, поэтому
понимает потребности супруга. А дети гордятся успехами отца и стремятся быть
такими же спортивными, как он.

Не благодаря, а вопреки

Это была уже вторая попытка. 9 лет назад, в 2003 году, Андрей Дульский вместе
с товарищем из Иркутска Владимиром Белоусом пробовал покорить вершину мира, но
тогда этому не суждено было свершиться — помешала погода. Понять разочарование
альпинистов в несостоявшемся восхождении может только человек, разделяющий это
увлечение: столько надежд, денег и сил было вложено в подготовку...

Поэтому во второй раз решил: что бы ни случилось — не отступит. Стоически
переживал боль в ноге (сначала решил, что просто потянул, а через два дня уже не
смог на нее наступать), гипоксию — кислородное голодание — и давление. Из-за
него была постоянная слабость, пульс спортсменов во сне достигал 90 ударов в
минуту, тогда как дома, в спокойном состоянии — всего 65 ударов. Падают
работоспособность и сопротивляемость организма. Любая, даже самая незначительная
болезнь, например простуда, здесь может обернуться отеком легких и смертью.

— Если 5 тысяч метров — это высота для отдыха и акклиматизации, то на 7
тысячах ты не можешь ни есть, ни спать. Эта слабость и тяжесть превращается в
моральную усталость — ничего не хочется: только все бросить. Развернуться и
уехать домой. Но мы не позволили этого себе.

Есть не хотелось, приходилось буквально впихивать в себя каши. Порции еды на
восхождении были мизерными для мужчин. За время экспедиции Андрей потерял 15
килограммов. В первую очередь сошла мышечная ткань — похудели руки и ноги, и
только потом ушли запасы жира.

Плечом к плечу

Как правило, в горы, особенно серьезные, принято ходить с надежными,
проверенными напарниками. Но здесь сложилось так, что товарищей из Иркутска и
даже из России не удалось найти — слишком дорогое и рисковое предприятие. В
состав экспедиции вошел 31 человек, в том числе 25 участников проекта «7 вершин»
и «Альпари». Еще шестеро — автономные спортивные группы: трое украинцев из
Донецка, американец из Чикаго, шейх из Арабских Эмиратов и Андрей. Иркутянин
взошел на вершину один, без товарищей. Помогал ему местный шерп (носильщик),
который нес кислородные баллоны и сопровождал в пути.

Шерп Андрею достался неразговорчивый, поэтому за весь день могли
переброситься лишь парой фраз. На высоте более 7000 м палатки ставили на крутых
склонах, в них невозможно было ни лежать, ни даже сидеть нормально. Но
альпинисты терпели эти лишения, потому что гора была уже близко, да и спать
подолгу не приходилось.

Во время восхождения Андрею исполнилось 43 года. День рождения пришелся на
первый день восхождения, 17 мая — подъем на Северное седло (высота 7000 метров,
отсюда, кстати, решено было надеть кислородные маски). Отметили с шерпом
практически боевыми 50 г коньяка — для аппетита и крепкого сна. 18 мая они
осуществили подъем на 7200 м, 19 мая — на 8300 м, в ночь на 20 мая — штурм
вершины. «На каждую высоту я приползал из последних сил», — рассказывает Андрей.

Музыка души

В день штурма из лагеря выходили в 12 часов ночи, чтобы к рассвету оказаться
на вершине. Это уже стало тактикой последних лет. Считается, что это время суток
наиболее благоприятное — ночью стихает ветер и температура повышается.

— Когда мы вышли на штурм, валил нереальный новогодний снег, воздух был
теплым — где-то градусов 25. Правда, видимости не было. Мы шли в густой пелене,
никаких красот вокруг не было видно. Абсолютно сюрреалистическая картина —
теряется ощущение пространства. Только свет фонариков других групп где-то
сверху, почти на небе, дает понимание, куда нужно двигаться. Кажется, что идешь
и не ты вовсе, а кто-то другой.

Кислородная маска закрывала почти все лицо и мешала видеть, куда наступаешь.
Сама вершина оказалась маленькой — на ней могут одновременно находиться только
три человека. Там Андрей провел около получаса — успел сделать пару снимков до
того момента, пока не замерз фотоаппарат. Даже от перекуса и чая пришлось
отказаться из-за метели. В это же время на вершину с противоположного южного
гребня поднялись другие альпинисты. Они явились как космонавты — с горящими
фонарями-налобниками, в толстом слое измороси и инея — с их стороны вершины дул
жесткий ветер.

— Я много где был и много чего видел. Но ощущения на вершине —
непередаваемые. Последние 200 м представляют собой приятный пологий подъем по
снежному гребню, когда с обеих сторон от тебя — пропасть и бездна, а прямо перед
тобой — вожделенная вершина. В этот момент в душе начинает играть музыка. Все
виды — картины мира и лики смерти — открылись Андрею лишь на пути обратно, когда
небо посветлело и разъяснилось.

Дыхание смерти

Тут иркутянина ждала новая проблема. Первый раз за всю экспедицию он
почувствовал, что начинает умирать. Силы стали покидать, движения стали
медленными. «Наверное, это — все». Оказалось, что в баллоне закончился кислород,
но шерп, увидев это, решил повременить и поменять баллон метров на 50 ниже, на
обозначенном участке. Кажется, этого времени хватило иркутянину, чтобы
попрощаться с жизнью. Благо, что шерп все-таки прислушался к спортсмену. После
замены баллона самочувствие Андрея нормализовалось, и они продолжили спускаться.

Главным на этом участке пути было не сломать ногу, потому что, как известно,
с этой высоты людей не выносят. Поэтому человек, получивший травму ноги, будучи
в сознании, остается здесь замерзать.

— За день до нас по маршруту прошла огромная толпа. Один из них, немец,
запнулся, упал и повредил ногу. Двигаться дальше — ни вверх, ни вниз — он уже
больше не мог. Его соратники не смогли оказать ему помощь — все просто проходили
мимо. Так он просидел практически сутки на тропе. Когда мы возвращались, он был
еще жив, но помочь ему никто не мог.

Оказание помощи в горах выше 8000 м — это спорный вопрос, который переходит
из технической плоскости в плоскость моральную. Время пребывания человека на
такой высоте жестко ограничено количеством собственных сил и кислорода. Каждый
шаг — на пределе, и каждый может быть последним. Помогать другому просто нет сил
и времени. Если твой кислород закончится — ты сядешь рядом с умирающим. По
дороге обратно участники экспедиции насчитали шесть тел, оставшихся здесь за всю
историю покорения Эвереста. Они лежали рядом с тропой. В местах, где склон
крутой, тела принято сталкивать вниз, на плоском месте они покоятся в тех позах,
в которых их застала смерть.

— Все, кто собирается в серьезные горы, абсолютно точно понимают, что они
могут не вернуться. Что толкает каждого из альпинистов — всегда индивидуально.
Одни горячо мечтают осуществить мечту, другие — выполнить обязательство перед
спонсорами. У меня было всего одно обязательство — вернуться живым и желательно
здоровым. Мелкие повреждения и обморожения допускались.

Цена вопроса

Восхождение обошлось герою нашей публикации в 30 тысяч долларов. Из них на
экспедицию — 27 тысяч, на перелеты — 3 тысячи. В основном все восходители на
серьезные вершины — старше 40 лет. Потому что у молодежи нет таких денег. Андрей
работает инженером в клининговой компании, попутно занимаясь промышленным
альпинизмом. Поездка стала реальностью благодаря накоплениям за несколько лет.

ТАТЬЯНА ЕРМАКОВА target=_blank>tatyanae@pressa.irk.ru Фото предоставлены
АНДРЕЕМ ДУЛЬСКИМ

Метки:
baikalpress_id:  16 662