На «Койке» с Соколовым

Знаменитый актер привез в Иркутск срежиссированную им антрепризу

Его называют скандальным, эпатажным, самым модным спектаклем столицы. Критики плюются, зрители идут валом — и так 13 лет подряд: именно столько исполняется в этом году театральной постановке «Койка». В Иркутск нашумевшую антрепризу привезли впервые. Действо происходило в концертном зале филармонии 23 мая. Несмотря на будни, публики было много, особенно женского пола: дамы, что уж тут скрывать, пришли посмотреть на любимого актера — секс-символа отечественного кинематографа Андрея Соколова. Поседевший мачо исполнял сразу две роли: на сцене был актером, а за кулисами — режиссером.

Беспросветная драма, где по замкнутому кругу от рождения до смерти движется
главный герой — обычный мужчина. Он не ищет смысла жизни, не читает убийственно
длинных монологов, не дерется с коварными противниками. Все вроде бы предельно
просто: родился, учился, женился, завел ребенка, ходил налево, развелся, умер —
судьба типичного бабника-неудачника. Однако режиссер Соколов говорит, что в его
спектакле бытовщине не место.

Через рядовые образы и события он показывает отношения между мужчиной и
женщиной в разных их ипостасях: матери и сына, мужа и жены, любовника и
любовницы; раскрывает понятие любви. Но от его трактовки мурашки бегут по коже:
единственным светлым чувством в нашей жизни, оказывается, является материнская
любовь, изначально обреченная на безответность, ведь получаем мы от мам всегда
больше, чем отдаем. При этом понять до конца родителей никогда не можем: разница
в возрасте и нехватка времени не дают даже выслушать близкого человека. Все
верно, правильно, сурово, и все же краски явно сгущены, от безысходности на
сцене в зале воцаряется потерянность. И хочется срочно позвонить маме, и это
хорошо, но это не самоцель спектакля.

Спектакль сам по себе очень динамичный, хотя, возможно, если бы в нем было
меньше событий, он только выиграл бы. Чтобы зритель не уходил в собственные
гадкие воспоминания, актеры танцевали и говорили высокими голосами, растягивая
слова — высоким стилем. Не совсем понятно, почему постановку окрестили
скандальной: секс на сцене был лишь однажды, целомудренно зашифрованный темнотой
и каким-то полуакробатическим движением. Не было нецензурной брани, пошлого
стриптиза, что обычно показывают нам, провинциалам, раскованные столичные
артисты из современных сериалов, правительство осталось нехаяным. Разве что
возмутила иных пожилых зрителей фраза о несостоятельности мужчин после 40 лет,
так ведь на правду не обижаются...

В общем, все запретные темы и приемы не нашли места в «Койке». Зато было
много философии, доказывающей Дарвинскую теорию происхождения человека: от
животных страстей герои антрепризы (мужчины, конечно, женщины и тут остались
светлыми существами) метались и разбрасывали реквизит. Кстати, реквизит был не
впечатляющим: для актеров нашли вешалку и велосипед, а вот самого главного —
кровати — нет. Вместо койки были стулья, на которые актеры сиротливо
укладывались, как в зале ожидания на вокзале. Таким образом, происходящее
смахивало на «Догвиль» Триера: и по декорациям, и по завихренности и
психологичности сюжета. Зато актеры сыграли хорошо, и те, кто пришел посмотреть
на любимого Соколова, не пожалели: он по-прежнему в форме, и все тот же
герой-любовник — вечное амплуа.

Сергей Варчук на сцене преображался то в ребенка, то в юношу, то в зрелого
мужчину, в конце спектакля предстал в образе души — такого неприкаянного
призрака отца Гамлета, правда, без жажды мести. Все его превращения
воспринимались легко, и ему как-то верилось. Ярко и самобытно сыграли свои роли
Анастасия Борисова и Татьяна Солнцева: актрисы показали грани женского характера
— бессмысленно святого и дурного одновременно. «Лучшее лекарство — это женщина»,
— отметил в одном из монологов Соколов, и с ним трудно не согласиться.

Герои и награды

«Койка» — первая режиссерская работа Андрея Соколова по современной, острой,
необычной пьесе по сценарию Андрея Яхонтова. В первом варианте Соколов играл
отца. Во втором — сына. Также в спектакле были в разное время заняты Анна
Терехова, Сергей Варчук, Ира Черниченко, Яна Аршавская, Алена Юганова, Алена
Бабенко и Сергей Безруков. Антреприза получила признание и награды: в 2000 году
на премии IV национального фестиваля искусств «Южные ночи» в номинации «Лучшая
мужская роль в антрепризе» победил Сергей Безруков, а «Лучшая женская роль в
антрепризе» досталась Анне Тереховой.

Метки:
baikalpress_id:  31 565