Замужем в Америке

«Пятница» продолжает публикацию дневниковых записей иркутянки, уехавшей в США

Иркутская журналистка Марина Лыкова знакома давним читателям «Пятницы» — она не раз публиковалась в нашем еженедельнике. Четыре года назад она вышла замуж за американца после знакомства по Интернету на одном из брачных сайтов и пяти (!) лет общения. Марина продолжает рассказывать читателям «Пятницы» любопытные вещи о жизни в США и о своем замужестве с американцем.

*Любимый анекдот многих белых американцев: опрос населения Америки. Вопрос: «Не слишком ли много иммигрантов в США?» 17% населения ответило: «Да, слишком много понаехало!»; 11% сказали свое твердое: «Нет!»; 72% произнесли с ярко выраженным мексиканским акцентом : I am not understanding the question please. Me no speaka engrish («Повторите вопрос. Я нет говорить английский»).

*На днях в новостях прошел кадр: в один из супермаркетов США (я в таком вот тружусь) заглянул совершенно голый (!) мужчина весом фунтов так триста и... украл носки. Я таким фактам уже не удивляюсь. Первое, что пришло в голову, когда услышала эту «новость», было: «Надеюсь, он только что из душа!». Америка — страна удивительная. Я бы даже сказала, что страна эта — страна крайностей. Черное — белое. Чистое — грязное... Никогда и нигде в жизни своей я не встречала столько безумных, глупых, откровенно тупых, невежественных, немытых и неухоженных особей, как здесь. Таких странных. Вонючих. Грязных. Но бесконечно гордых тем, что живут они в этой замечательной стране и зовутся американцами.

...Недавно смотрела программу про «хоардерс». «Хоардерс» — это такой тип людей, которые, говоря рус-ским языком, загаживают собственные дома, забивая их мусором до самого потолка. Людям не остается места в доме, потому что хозяева стаскивают туда все, что попадется под руку: чей-то мусор, старые газеты, картонные коробки, грязное тряпье все с тех же мусорок, пищевые отходы и даже бес-призорных кошек. Сотни кошек! Программа построена на сюжетах, снятых в потерявших человеческий облик домах таких вот странных американских людей. Одна из героинь телепередачи, моложавая дама, которая испоганила собственный дом так, что его просто-напросто разломали, выглядит, к моему великому удивлению, вполне по-человечески.

Чистенькая на вид, в платочке. И как ей удается не испачкаться в собственном жилье, заселенном полчищами тараканов, заваленном давно испортившейся и воняющей едой, кипами старых газет, загаженном полчищем котов и кошек лежбищем, сооруженном из картона (которое она зовет кроватью) и... четырьмя тысячами (!) пар обуви? Дама, выяснилось, не просто, мягко говоря, грязнуля. Она еще и больна шопоголизмом. У женщины есть пятнадцатилетний сын, который не ходит в школу, а просто, зарываясь в тоннах вонючего хлама, спит сутки напролет. Есть у нее и муж, который чем-то давно и тяжело болен и безвылазно находится в одной из заваленных до потолка мусором комнат. Не удивлюсь, если он давно уже умер, а женушка так и не решила, где начать откапывать собственного супруга: в какой из комнат и с какого конца. Но главное, что меня шокировало, — тетенька даже ходит на работу и она, можете себе представить, профессиональная домработница!!! То есть чужие дома она тут, в США, убирает. Поистине «сапожник без сапог»!

*Больные люди есть повсюду, не только в Америке. А вот гулять по магазинам в любое время не только ночи, но и дня в провонявших псиной пижамных штанах как женщины, так и мужчины здесь могут, не задумываясь. Это что-то такое, с чем эти люди, подозреваю, выросли. Американца среднестатистического (к коим, оговорюсь, никак не относится мой супруг и его окружение) можно узнать легко: когда американец зевает, то в 99% он никогда не прикроет рта рукой. Они, как мне кажется, даже не знают, что рот надо бы прикрывать. Американцы не станут разуваться в доме (и не только в своем) даже под страхом смерти. Более того, если вы все-таки сумеете убедить американца разуться, то непременно обнаружите только что снятую обувь... водруженной на ваш обеденный стол! И утюг вы в доме среднестатистического американца отыщете вряд ли. Просто потому, что одежду тут не гладят.

Она такая, что и гладить-то — только время терять. Потому что одеваются американцы нарочито просто и гладить там вроде бы как и нечего. Мне поначалу казалось, что американцы помешаны на чистоте: они в основной массе не моют руки, как мы, мылом, после, например, посещения туалета, зато чуть ли ни ежеминутно протирают их специальным антибактериальным гелем. Так, на всякий случай. «Береженого Бог бережет» даже в Америке. Мне даже казалось поначалу, что «грязь» ассоциируется у местного населения с такими понятиями, как «болячки» и «смерть». Так уж они тут боятся микробов! Но только здесь, в Америке, я увидела, как и дети, и взрослые могут запросто в туалете кинуть на пол не только сумку, но и, например, куртку. У самого, фу, унитаза! Если американская среднестатистическая мамочка меняет ребенку памперс в автомобиле, то, будьте уверены, полный дерьма памперс окажется прямо на асфальте. Машина уехала, а дерьмо осталось... В общем, картина понятна.

*А теперь представьте на фоне всего этого хаоса — новенький музей чистоты. Да-да, именно так! И не в каком-то мегаполисе типа Нью-Йорка, а в маленьком городишке с населением всего в шестьдесят тысяч человек, более половины которых (по американским меркам) живут за чертой бедности и которые, как мне кажется, никогда в жизни не вылазили из пижамных штанов. Музей (пятиэтажное здание, построенное в 1916 году, площадью в 50 000 квадратных «ступней», — именно так американцы измеряют длину и площадь, «ступнями») был реконструирован и открылся совсем недавно, и не на пожертвования редких борцов за чистоту пижамных штанов (и помыслов), а на личные накопления человека по имени Дон Ашлет. Хранитель чистоты по-американски рассказывает, как его мать вышла замуж за его будущего тогда отца: «Мама рассказывала нам, детям, что наш отец выгодно отличался от других претендентов на ее руку и сердце тем, что всегда выглядел опрятно и был чисто вымыт. Позже, когда родители поженились, наш дом, наша одежда, наша еда, наша лужайка, окружающая дом... все содержалось в идеальной чистоте! Могу уверенно сказать, что родители находили упоение в том, чтобы сделать нашу жизнь хоть чуточку лучше.

Я полюбил убираться в доме с самых ранних лет и свято верю, что главные враги чистоты — неорганизованность, чрезмерное потребление и нежелание жить простой, непритязательной жизнью. Убежден, что жизнь в чистоте — это и есть решение многих социальных проблем. Однажды, путешествуя, я увидел в каком-то помещении допотопный пылесос выпуска, кажется, 1800 года и подумал: у нас в Америке есть музей машин, музей лошадей, музей аэропланов. Почему бы не быть тогда и музею чистоты? Я размышлял над тем, в каком городе открыть такой музей. Думал и о Солт-Лэйк-Сити, и о Сиэттле, и о Дэнвере, но пришел к выводу, что экспозиция этого музея настолько уникальна, что место расположения не играет никакой роли». На создание музея у Дона Ашлета ушло шесть лет. И вся жизнь.

*Пятьдесят лет назад тогда еще восемнадцатилетний, выросший на ферме Дон Ашлет, будучи студентом местного университета, начал собственное дело, открыв вместе с двумя закадычными друзьями компанию по уборке помещений. Началось все с незамысловатого объявления в местной газете вроде: «Уборка помещений, телефон 00-00-00». Шли годы. Дело росло. Сейчас бизнес этого спокойного и никогда никуда не спешащего степенного человека оценивается как минимум в 250 миллионов долларов и имеет ветви по всей Америке и в Канаде. Уборкой Дон уже давно не занимается. Предпочитает писать книги о, конечно же, чистоте. Им написано тридцать семь книг «про чистоту» и уже продано несколько миллионов экземпляров, а одна из книг Дона Ашлета так и называется: «Как я промел себе путь на вершину».

Также господин Ашлет прочел более восьми тысяч публичных лекций все о той же чистоте. На музей автор идеи и ее же воплотитель уже потратил добрые шесть миллионов зеленых. Сад на крыше здания будет орошаться дождем, оседающим в специальных накопителях. Дождевую же воду планируется использовать и для сантехнических нужд. Солнечные панели, установленные на стене музея, будут согревать помещение в холодные времена. Многие сегодня говорят об экологии, но немногие, в отличие от Дона, что-то делают. В экспозиции — шесть тысяч любопытнейших предметов из нашего, человеческого быта, среди которых — самый огромный в мире антикварный пылесос; римская «сантехника» в возрасте двух тысяч лет; туалет-«трон» самой Елизаветы Австрийской...

Продолжение рассказа о музее чистоты — в следующем номере «Пятницы».

Метки:
baikalpress_id:  47 498