В Китай за обедом

Шоп-туры в Маньчжурию перестали быть выгодными

Поездкой в Китай и Маньчжурию в Иркутске уже никого не удивишь. Там побывали, хотя бы по разу, уже очень многие иркутяне — все-таки самая близкая заграница. В городе немало киосков, бутиков и ремонтных мастерских, владельцы которых собрали первоначальный капитал как раз благодаря челночным поездкам в Поднебесную в начале 90-х. Но все же среди журналистов «Пятницы» нашелся человек, первый раз побывавший в Маньчжурии только этим летом и не увидевший того города с молочными реками и кисельными берегами, о котором он так много слышал от знакомых. Нет больше номеров в фешенебельных отелях за 200 рублей, посиделок в ресторанах компанией в 5—6 человек с кучей еды и выпивки за 300 рублей, бытовой техники за копейки. Изменился в сторону укрепления курс юаня, да и наш подход к качеству приобретаемого товара.

В Маньчжурию на машине

К пограничному переходу в Забайкальске мы подъехали ночью. Позади день дороги через забайкальские степи и заброшенные военные городки — Борзя, Даурия, Безречная. Упершись в границу, мы увидели сверкающий город с небоскребами, выстроенный по европейскому образцу, кое-где очень напоминающий Нью-Йорк. Еще каких-то 20 лет назад Маньчжурия была деревней из одноэтажных глиняных домов. Теперь это современный город из 20—30-этажных зданий. С 1992 по 1997 год в него было инвестировано 2 млрд долларов. Это грандиозная сумма, если учесть, что за все 50 лет до этого в строительство было вложено в 2 раза меньше средств. Расцвет Маньчжурии произошел благодаря приграничной торговле с Россией.

На территории китайского пограничного перехода, гордо именуемого «Маньчжурский международный дорожный порт», нам пришлось простоять 5 часов, на обратном пути — 28 (!). А вот большие автобусы с туристами пропускаются вне очереди. За это время мы сходили в полицейский участок, где молодая китаянка в униформе, перебегая от одного компьютера к другому и сфотографировав нас в двух разных кабинках, вклеила в наши паспорта визы. Кстати, с собой хорошо иметь юани, так как комиссию в рублях на границе берут по очень завышенному курсу.

На пограничном переходе у нашего водителя забрали паспорт и документы на машину. Возвращают их только после того, как в Китае в любое удобное время приедешь в офис турфирмы «Сюрприз» и оплатишь пошлину за въезд на автомобиле. Как мы потом узнали, у всех она разная, от чего это зависит — неизвестно, но за въезд на «Калдине» 2002 года мы отдали около 300 юаней (курс 4,5 рубля за 1 юань). Некоторые платили 100 и 200 юаней. Также при въезде пассажиры автомобиля оплачивают медицинскую страховку. Ее стоимость — 25 юаней, срок действия — 5 дней. На выезде мы отдали еще 10 юаней, за что, так и не поняли. Водитель ни за страховку, ни эти 10 юаней не платит.

Но вот все формальности позади, и мы мчимся по дороге, ведущей от пограничного перехода в город. Турфирма обещала, что для нас забронированы (но не оплачены) места в гостинице «Гомао». Однако в очереди на переходе один водитель автобуса «успокоил» нас, что сейчас в Маньчжурии мест в гостиницах нет вообще. Из России едут заботливые родители, чтобы одеть детей в школу, а из внутренних районов Китая с середины июля и до конца августа прибывают туристы, чтобы пересидеть здесь жару. Тот же водитель добавил, что если бронь не оплачена за три дня, то надеяться нам не на что.

Так оно и случилось — служащая на ресепшене отеля «Гомао» на чистом русском произнесла: «Мест нет». На наши возражения и упоминание турфирмы она ответила: «Не понимаю», — и углубилась в чтение каких-то бумаг. Это вообще распространенная черта всех служащих в Китае: тебе говорят один раз и отворачиваются. Все дополнительные вопросы и уточнения «А если...», «А почему...», «Повторите еще раз...» разбиваются о пустоту и молчание. По-настоящему рады нам только продавцы. Пришлось нам отправиться на поиски места для ночлега. Слава богу, водитель на таможне все-таки ошибся: мест если не было, то их обещали после часа дня, когда номера освобождают туристы, покидающие Маньчжурию в этот день. А уже в четвертом по счету отеле «Ванцюань» нам предложили заехать прямо сейчас в двухместные номера стоимостью 700 рублей в сутки. Чистые комнаты с белоснежным бельем, телевизором, в два-три раза превышающие по площади стандартные номера в нашей «Ангаре» или «Интуристе».

Про еду

В Маньчжурии есть несколько кафе быстрого обслуживания всемирной сети KFC. В рабочие дни с 6 до 9 часов утра завтрак там стоит 6 юаней (меньше 50 рублей). Мы, конечно, воспользовались этим подарком судьбы, ведь за такие деньги у нас в Иркутске купишь разве что позу, на чай уже не останется. А тут на выбор или сэндвичи, или суп и кофе. Правда, уже через три часа, подгоняемые аппетитными запахами из закусочных и ресторанов, мы зашли в кафе, где обед из салата и мяса «Гобадчжоу» обошелся нам в двести рублей с человека. Недешево, учитывая, что кафе было совсем не элитным, в нем не оказалось даже салфеток и соевого соуса.

На следующий день мы отправились обедать подальше от туристической зоны, благо на колесах это сделать проще. Везде нам попадались вывески на русском, сохранившиеся с тех времен, когда туристы из России ехали сюда нескончаемым потоком. В одном из таких кафе мы вошли в пустой зал и были обласканы персоналом. Несмотря на вывеску на русском языке «Пельмени», по-русски никто из сотрудников не говорил. Нас отвели в комнату, где во всю стену висели большие фотографии блюд с ценами. Мы ткнули наугад и, когда официант начал приносить еду, были удивлены размерами порций. Обед из двух горячих и салата обошелся в 100 рублей с человека. Причем не было съедено даже половины. Все оставшееся было упаковано в контейнеры, и нам не пришлось искать где поужинать.

Ради интереса мы посетили местный продовольственный рынок и пару магазинов. Супермаркеты, в отличие от мелких лавок, хороши тем, что там есть ценники. Цены ниже, чем у нас, но брать особо нечего, только напитки. Так, пиво «Харбин» стоит 20 рублей. В Иркутске его предлагают в кафе по 100 рублей и выше. Двухлитровая бутылка колы — меньше 40 рублей. Китайские сладости и мороженое покупать не стоит — наши лучше. Фрукты немного дешевле, чем у нас, а арбузы даже дороже. В итоге мы набрали на пробу разных вариантов быстрозавариваемой лапши — 15 рублей за большую банку (она нам очень пригодилась во время многочасового стояния на границе по дороге назад: в буфетах пограничного перехода ее продавали в два раза дороже). В некоторых лавках и при гостиницах продают сигареты «Винстон», «Парламент», но по цене в 1,5 раза выше, чем у нас. Китайские сигареты тоже стоят недешево. Так что курильщикам стоит запастись в России.

Про одежду

В Маньчжурии много рынков, заходить на которые неприятно. Почти все они напоминают нашу «шанхайку» на улице Софьи Перовской в ее первозданном виде. Сотни продавцов не дают пройти, каждый предлагает купить у него товар. Почти у всех тут же стоит раскладушка. Но даже если торговец, кажется, спит, оторвет голову от подушки, произнесет: «Друга, брюки, туфли надо?» — и опять спать. Много продавщиц работают с маленькими детьми на руках. Вообще, покупать что-то на рынках нет смысла: выбор невелик, качество скверное. Все это расползется, полиняет и сломается после 2—3 носок, а то и раньше. Впрочем, все еще приезжающие в Китай челноки набирают тюки с товаром именно здесь.

Есть в Маньчжурии бутики, предлагающие продукцию известных мировых брендов. Но цены в них мало отличаются от московских, не говоря уже про иркутские. Так, в торговом доме «Дружба» висят рубашки по 5000 рублей и стоят туфли по 20 000. Но чем хорош Китай — даже в таких магазинах можно торговаться. А торгуются наши люди от души — везде и за любые деньги. Так, одна русская старушка, уговорив китайца продать ей чехол для телефона за 80 рублей вместо 100, довольная полезла в кошелек, приговаривая: «Ну вот, а то ты хитрый за сто рублей хотел мне продать».

Про технику

В городе много вывесок типа «Витя — Техносила», «Петя — Электронный мир». Больше всего меня поразил магазин с названием «Шторы — Пугачева». Интересно, какая связь между Примадонной и портьерами? Разве что ее ранняя любовь к балахонам, на которые уходило много ткани. Впрочем, искать какую-то логику в Китае дело неблагодарное и утомительное.

В таких вот магазинах бытовой техники есть все. Цены не сильно отличаются от наших, дешевле процентов на 15—20. Один знакомый рассказывал, как купил здесь плазменный телевизор Sony и заплатил 5000 рублей за доставку до города, выиграв в итоге тысяч 6. Но приехав домой, он увидел, что логотип Sony приклеен к корпусу на пленке. То есть вполне возможно, что завтра такие же телевизоры, лежащие на складе, получат название Panasonic. К тому же дома телевизор стал выдавать не очень хорошую картинку, а уже через месяц сломался. То же самое мне рассказали и про мобильные телефоны, которые по приезде в Россию быстро выходили из строя.

Видели мы много игровых приставок PSP. Цены в Иркутске на них варьируются от 6000 до 8000 рублей. В первой же электронной лавке в Китае нам предложили приставку за 2500. Но она имела очень уж топорный дизайн, с китайскими иероглифами на корпусе, была уже взломана и в нее были закачаны игры. В последней лавке продавец назвал цену в 2000 рублей, но, видя, что мы уходим, скинул до 1000. Но даже за такие деньги брать любимому чаду приставку не захотелось. Дети засмеют, увидев дизайн, а если сломается, то 1000 рублей из семейного бюджета окажутся выкинутыми на ветер или вложенными в экономику Поднебесной, что тоже обидно.

Так что же вообще выгодно везти из Китая? Ответ на этот вопрос я получил, когда мы стояли в очереди среди десятков машин на границе. Несколько микроавтобусов были до отказа забиты коробками с тренажерными снарядами. Некоторые везли мебель. Больше ничего, что можно было опознать по упаковке. В «Тойоте», стоявшей справа от нас, ехала супружеская пара. Весь салон их машины занимали огромные напольные часы. Они доходили почти да лобового стекла, так что пассажирам было неудобно сидеть. На вопросы окружающих, куда вы их везете, муж с женой отвечали: себе домой.

Про развлечения

Маньчжурия — город торговый, поэтому радостей здесь не очень много. Есть Дворец бракосочетания, выстроенный на горе в готическом стиле. Туристов туда пускают за 10 юаней. Есть комната страха. Вход — 150 рублей с человека. За эти деньги вы будете несколько минут идти по лабиринту, и на вас будут свешиваться морды в масках, также на пути будут стоять гробы с покойниками. Все предсказуемо. Вот если бы еще земля под ногами качалась, было бы интереснее.

Прокатились мы разок и на велорикше. Вернее, он сам пристал к нам на выходе с рынка с предложением проехать за 50 рублей. Мы согласились, и доехали метров 100 до машины. Когда расплачивались, рикша лукаво сказал: 50 рублей с человека. Скандала не хотелось, деньги отдали. Самое большое впечатление оставило посещение бани. Не знаю, как выглядят другие — в Маньчжурии их много. Мы отправились в баню отеля «Порт». Когда заходишь только в холл, от крутизны отделки и высоты потолков создается впечатление, что находишься в Эрмитаже. У тебя забирают обувь, выдают тапки и маленькое полотенце. На лифте поднимаешься наверх в саму баню. Там отделка и помпезность ничуть не меньше. Услужливые сотрудники помогают справиться с замком в кабинке. На полках ровными стопками разложены большие полотенца и шорты, на случай если кто стесняется ходить голышом.

Дальше попадаешь собственно в баню. Посреди зала возвышается над полом огромная чаша бассейна и большой плазменный телевизор над ней. На экране — голливудские блокбастеры. По бокам — душевые кабины с большими бутылками шампуня и геля в каждой. Рядом умывальники с одноразовыми зубными щетками и бритвенными станками, тюбиками с зубной пастой, пеной для бритья.

Парная отделена от зала стеклом. В ней кранами для подачи воды на камни можно регулировать температуру. Также там стоят чаны с солью, которой можно обтереться, чтобы лучше прогреться. После парной — в бассейн, который разделен на три чаши с разными температурами: 13, 38 и 42 градуса. Китайцы с удивлением и восторженными криками смотрели, как русские ныряли в холодный сектор. Повторить такой «подвиг» никто из них не решился. По краю бассейна в воде расположены сиденья, за ними — кнопка. Нажимаешь на нее — и со дна и со скамеек начинают бить струи воды. Полный гидромассаж можно получить, после того как ляжешь на один из четырех лежаков в воде прямо под экраном.

Возле массажной комнаты стоят массажисты. Но из-за кусающихся цен (около 1000 рублей) в тот вечер их услугами никто не воспользовался. В зале есть холодильник с напитками (платно) и диспенсер с холодной и горячей водой (бесплатно). На выходе — столики с большими зеркалами и роскошными креслами. На них фены, одноразовые расчески, крема, ватные палочки. Юноши и девушки модельной внешности приносят твою обувь, но не суют ее тебе в руки, а подносят к диванчикам и ставят на пол, приглашая переобуться. Все удовольствие — 200 рублей, без ограничения по времени пребывания.

Домой

Во время прохождения досмотра в таможенном зале Забайкальска мы были белыми воронами. И даже чуть не потеряли три свои небольшие сумки с покупками среди бесчисленного количества тюков, стоявших на полу в ожидании очереди. При разрешенных к вывозу 35 килограммах на человека мы вывозили по 10. С тоской и завистью смотрели на нас остальные соотечественники. Взвесив наши сумки, сотрудницы таможни оглядели нас с любопытством. «Мы в Китай покушать ездили», — предупредили мы их вопрос. «Покушать? Мы таких любим», — ответила женщина в погонах и шлепнула печать в наши документы.

Стриптиз на таможне

В очереди на досмотр в таможенном зале Забайкальска особенно выделялись бабушки с красными лицами. В 35-градусную жару они надели на себя по две кофты и куртки. Опытные сотрудницы таможни тут же устраивали «старушечий стриптиз», раздевая их на глазах у всех. В очереди рассказывали, что несколько лет назад на этом переходе в автобусе от сердечного приступа умерла женщина, также надевшая на себя кучу одежды. Пришлось долго ждать, когда наши пограничники запустят машину в Россию. Опытный водитель приказал пассажирам ехать спокойно и делать вид, что труп спит. И только уже на нашей территории оформили смерть женщины. Без вскрытия китайцы труп не отдали бы, а на это ушло бы много времени.

Метки:
baikalpress_id:  30 909