Замужем в Америке

«Пятница» продолжает публикацию дневниковых записей иркутянки, уехавшей в США

Иркутская журналистка Марина Лыкова знакома давним читателям «Пятницы» — она не раз публиковалась в нашем еженедельнике. Четыре года назад она вышла замуж за американца после знакомства по Интернету на одном из брачных сайтов и пяти (!) лет общения. Марина продолжает рассказывать читателям «Пятницы» любопытные вещи о жизни в США и о своем замужестве с американцем.

*Как начинается утро моего понедельника? Нужно мчаться на работу к шести утра, чтобы нянчиться с моими американскими подопечными: как только они проснутся, отправлять их в душ. Намекать американской медлительной тете, которая давно уже разменяла пятый десяток, что не мешало бы с утреца, как делают это все нормальные люди, почистить зубки. Показывать на себе (не напрасно, видать, я пыталась в свое время, когда мне было шестнадцать, пробиться и актерствовать в Иркутском театре пантомимы Валерия Шевченко), что утро — время принять душ и применить дезодорант. И, задрав левую руку вверх, я правой рукой изображаю «намазывание дезодоранта» на левой же моей подмышке. Потом мы готовим завтрак. Я должна умудриться не допустить толкания на кухне сразу двух-трех моих подопечных.

Одна — самое то. А то скандал с утреца мне обеспечен. Старинная русская пословица про то, что на кухне не место двум хозяйкам, прекрасно прижилась и в Америке. И я строго слежу, чтобы завтрак готовился на кухне поочередно. Затем по расписанию прием лекарств. Я выдаю таблетки дамам. Мы эти самые таблетки дружно с каждой из моих подопечных теток пересчитываем: «Семнадцать, восемнадцать... двадцать две...», и я ставлю свою подпись под каждой пустой пластиковой капсулой. Слежу, чтобы все пилюли были проглочены. Девушки по многолетней привычке распахивают передо мной свои белозубые американские пасти: на, мол, любуйся, все проглочено и ничего не утаено под языком. Затем кто куда. Одна из моих подопечных целых три раза в неделю ездит на работу, чтобы вручную собирать кубки для магазинов школьных и спортивных товаров. Замечу, что к дому по утрам за ней подъезжает целый рейсовый автобус. Абсолютно пустой.

Другая моя подопечная просится просто кататься по городу на моей машине. Нравится ей, чтобы я, выражаясь простым языком, была ее личным шофером. Третья... Но правила есть правила. Никто не выйдет из дому, пока дом не станет блестеть изнутри! И вот одна уже трет пол американской «шваброй». Другая надраивает туалетные и ванные комнаты (в этом доме их три). Третья выносит мусор и вытирает пыль. А еще стирка... Я дома так не тружусь, как на службе. Но кому-то ведь надо приучать народ к труду. И так — каждый божий день.

Сегодня у меня выходной. И я могу спокойно поваляться в постели. Столько, сколько моей душеньке будет угодно. Но не дольше, чем до двух часов дня. Потому что в три часа дня я должна быть в Вулмарте (я работаю там с трех до одиннадцати вечера). И тут, в мой законный выходной, в 8 утра раздается телефонный звонок. Решаю, что все равно включится автоответчик и если что-то серьезное, я непременно звонящему перезвоню. Позже. Когда вдоволь высплюсь. Автоответчик отказался что-то записывать. Кроме одной-единственной фразы: «Звонок из школьной администрации». Странно — решаю я в полудреме и переворачиваюсь на другой бок. Через пять минут телефон звонит снова. С теми же словами: «Звонок из школьной администрации». И на другом конце провода словно бросают трубку. Минут через десять опять звонок. Я не выдерживаю и рывком, точно ниндзя, перекатываюсь на мужнину сторону кровати. Туда, где на тумбочке стоит телефонный аппарат. Хватаю трубку.

Слышу спросонья что-то вроде: «Не волнуйтесь, но с вашим ребенком прямо сейчас занимаются офицеры полиции. Не пытайтесь связаться с вашим ребенком и не звоните ему. Школа заблокирована. Мы будем держать вас в курсе происходящего...» Разговор короткий. Но!!! Что после такого телефонного звонка из школы, куда только что отправилось ваше чадо, станет делать среднестатистический российский родитель (не знаю, как поступят в такой ситуации законопослушные американцы. Я говорю за себя)? Конечно же, мы — нормальные русские родители — начнем немедленно названивать собственному ребенку, чтобы выяснить, в чем, собственно, дело! (Тем более если четко сказано: «Не звонить ни при каких обстоятельствах!») Ну ладно, раз сказано «не звонить»— звонить не стану. Воображение у меня — дай бог каждому, и оно мне тут же услужливо нарисовало картинку из голливудского же фильма ужасов: захваченные плохими парнями чистенькие американские детки сидят на холодном полу в каком-нибудь зловонном подземелье, и их там... отстреливают. По одному. Поочередно.

Первый в очереди на отстрел — тот, у кого в зловещей тишине начинает звонить мобильник... В общем, Лине я звонить не стала. Зато собралась тут же, наскоро накинув халатик, бежать в школу. Не ехать на собственном авто, а почему-то именно бежать! Чтобы всех там спасти. Но, поразмыслив немного, решила все-таки этого не делать. А звонки поступали один за одним. И все одного и того же содержания: «Не волнуйтесь... В школе занимаются офицеры полиции... И не звоните!» Как оказалось позже, к школе мне было бы не прорваться: все было оцеплено кордоном из полицейских машин и людей в форме еще далеко на подступах к учебному учреждению. И, как оказалось, не только Линина школа попала под столь пристальное внимание полиции: оцеплены были, как я узнала позже, все (!) школы нашего города.

Потому что кто-то в воскресенье написал на Facebook о том, что «в понедельник в одной из школ нашего городка непременно начнется стрельба». И время было указано: с двух до четырех пополудни. «Кого-то» нашли. Им оказался вполне законопослушный парень из нашей деревни. Двадцати шести лет от роду. Он, как теперь говорит, просто решил проверить, какова будет реакция. Реакция оказалась самой (для Америки) предсказуемой. Парню этой «шутки» просто так не простят. Хотя многие родители, немного отойдя от треволнений, уже начали было думать, что «пошутил» так кто-то из учеников, не желая потеть в понедельник над очередным срезом знаний.

*В начальных классах американской школы (рассказывали мне об этом даже ровесники моего шестидесятилетнего супруга, которые все еще помнят вот такие школьные уроки!) существовал и все еще существует учебный час под названием «Принеси и покажи». В российских школах это назвали бы элементарным хвастовством. А здесь дети тащат в школу подаренные на Рождество или дни рождения коньки-удочки-платьица. Чтобы показать всему классу то, чем они владеют. Ну и рассказывают историю той или иной вещицы. Тот, у кого удочка, — про то, как он любит рыбачить. Тот, у кого появилась новорожденная сестрица (притаскивали, рассказывают, в школу и младенцев!), делится со всем миром тем, какие хорошие они (он или она) брат или сестра вот этому карапузу.

Лина учится уже в девятом классе, но и у них на днях на уроке речи (там учат излагать собственные мысли красиво, внятно, умно и при этом абсолютно раскованно держаться перед аудиторией и от начала и до конца спича владеть вниманием любой публики) было что-то вроде «Принеси и покажи». Учительница, давая задание дома подумать о трех личных вещах, которые наиболее полно отображали бы собственное «я» владельца, попросила эти же вещи в школу и принести. «На рассказ о себе и своих вещах у вас максимум три минуты.

Несите те вещи, с которыми у вас так или иначе связаны какие-то сугубо личные воспоминания, истории из вашей жизни. Только не несите сюда уж слишком личное, что-то вроде презервативов, пожалуйста», — на всякий случай предупредила молодая женщина своих учеников, с детства отличающихся честностью. Сама она на урок принесла три книги. Три свои самые любимые книги, которые она, раз прочтя, сделала настольными. По словам учительницы, именно эти три томика навсегда, на всю жизнь оставили глубокий след в ее душе. Лина, к сожалению, не запомнила ни названий тех книг, ни их авторов. Зато она была искренне удивлена, слушая рассказ одной из ровесниц: девочка принесла в школу три скромных украшения — браслетик из бисера, какой-то копеечный кулончик и то, что когда-то было шоколадным яйцом «Киндерсюрприз».

Дочь узнала, что эта красивая, очень модно одевающаяся и всегда более чем благополучно выглядящая девочка, оказывается, потеряла своих родителей в автокатастрофе восемь лет назад. Эти три безделушки — то, что она получила от них в подарок перед тем, как их не стало. Вся эта мишура была куплена родителями на какой-то заправочной станции, но для этой девочки эти три вещицы — настоящее сокровище. Лина понесла на урок речи свою любимую гитару (она учится играть на ней, и не проходит и дня, чтобы в доме не раздавалось гитарного бренчания), свой телефон (куда без него). Она на связи со своими друзьями двадцать четыре часа в сутки и, похоже, именно благодаря телефону уже мечтает о карьере психотерапевта.

Потому что все ее знакомые мальчишки и девчонки, у кого постоянно в этом возрасте случаются всякие драмы на почве любви, всегда советуются с Линой. Она тут вроде как свой в доску психолог. Для ровесников. Еще Лина нацепила на грудь огромный круглый сувенирный значок, купленный в художественном салоне на улице Ленина в Иркутске, что находится рядом с памятником Владимиру Ильичу. Значок мы купили перед самым отъездом из Иркутска в Америку уже целых два года назад, когда приезжали в гости к моим родителям на недельку во время школьных весенних каникул.

Покупался значок в подарок кому-то из многочисленных Лининых приятелей, но эта безделица так приглянулась дочери, что она решила оставить его себе, подарив американцу взамен российский шоколад. На значке надпись по-русски: «Я люблю Россию». Изображен развевающийся российский флаг, не хватает только, кажется, профиля Путина.. Вообще же американские дети не отличались особой оригинальностью: из тридцати учеников в классе пятеро как минимум притащили на урок шоколадные батончики «Сникерс» (ну кто тут не любит пожрать?!); дюжина дочериных соучеников притащила плейеры (музыку, как оказалось, любит подавляющее большинство); несколько ребят принесли свои любимые футболки. Книгу (и не одну, а целых три!) принесла только одна учительница.

Метки:
baikalpress_id:  47 134