Один день моего детства

От редакции. Все мы родом из детства. Сегодня мы публикуем письмо с воспоминаниями о том, что было 50 лет назад, какой след в детских сердцах оставил полет человека в космос.

Мое детство прошло в Иркутске, в предместье Рабочем, в 50—60-е годы. Наше поколение, родившееся после войны, не знало, что такое наркомания, даже на слуху не было слова «наркотик» или «наркоман». В 50-е годы не было телевизоров, а компьютеров тем более. За пробу покурить наказывали так, что прошло больше 50 лет, помню по сей день. В зимнее время года после школы, домашних школьных занятий и домашних обязанностей (принести воды, дров, вынести помои, сходить в магазин, если нужно) пропадали на улице.

Катались на лыжах, благо лес рядом и каменоломня, как ее тогда называли, с крутыми спусками и трамплинами, сейчас улица Карпинского, от Ленской и до поворота к питомнику «К-9». Это сейчас вся улица застроена жилыми домами, а в те годы было 2—3 дома, остальное — горы для катания на лыжах и санках. Сколько счастливого времени мы, пацаны, провели на этих горах, счесть трудно, были и небольшие огорчения: неудачные приземления и поломки лыж.

Также катались на коньках, прикручивая их веревками к валенкам. Расчищали ледяное поле на речке Ушаковке и гоняли ледышку, а позже — мячик самодельными клюшками дотемна. Вспоминая эти годы сейчас, понимаешь, какое же у нас было счастливое детство. Весной и ранним летом рыбачили на Ушаковке, ловили гольянов, попадался и хариус, также ходили рыбачить на озеро станции юннатов, там ловили карасей. А еще выше в горы от станции юннатов на озера генеральских дач, так они назывались, — тоже карасей, но уже побольше размером. А еще играли в футбол, на месте построенного кинотеатра «Родина» было отличное футбольное поле, на нем играли взрослые, старшие ребята, ну а в свободное время мы.

Помню один эпизод: как всегда, играли до опупения, как тогда мы говорили, после, снимая майки на ходу, прыгали в ледяную воду Ушаковки. Плавая, приходилось раздвигать льдинки руками, быстро выскакивали на берег и продолжали игру. Вспоминая те события, только удивляешься, ведь никто не простывал! В межсезонье, между зимой и летом, в весенние каникулы катались на самодельных самокатах по ледяному полю. Тогда даже трамвайной линии не было. А еще ходили на улицу Сарафановскую, там были озера. За ночь озеро коркой льда покроется, едешь по нему, а лед под тобой прогибается — кайф. Бывало, провалишься по пояс, а то и по горло, тоже кайф, но другой.

Однажды после школы мы играли в огороде у Лехи, в районе станции юннатов. Играли четверо: Леха, Вовка, я и овчарка Рекс. Наша игра заключалась в следующем: один из нас садился на землю, накрывался с головой телогрейкой, а двое отмеряли шагами 10 метров и стреляли в круг, нарисованный мелом на телогрейке, и так по переменке. А Рекс сдергивал с нас телогрейку и всячески мешал нам в прицельной стрельбе из рогатки. Был солнечный теплый день, и была очередь Вовки быть мишенью. Он сел, накинул на себя телогрейку и то ли он нагнулся, то ли задрал на мгновенье телогрейку, и образовалась щель между штанами и телогрейкой — голое тело, а я возьми, да попади в это место камнем из рогатки. Тут, конечно, боль, слезы, я этого не хотел, но так получилось. Мы с Лехой давай его успокаивать, тут на крыльцо выходит Лехина бабушка и говорит: «Человек в космосе».

Мы в то время, в свои 12 лет, еще серьезно не думали о космосе, но от взрослых и от учителей в школе слышали, что в космосе побывали собаки Белка и Стрелка, но чтобы человек в космосе — в голове это не укладывалось. Плач прекратился, все замерли, даже Рекс, а бабушка повторяет: «Человек в космосе, Юрий Гагарин». Тут до нас дошли сказанные бабушкой слова, и враз мы закричали: «Ура!». Кидали вверх свои шапки, обнимались. Вот так мы встретили 12 апреля 1961 года, впоследствии названный Днем космонавтики и запомнившийся мне и моим товарищам на всю жизнь.

Метки:
baikalpress_id:  47 097
Загрузка...