Дрожь земли

Внимание всего мира сейчас приковано к Японии. Случившееся 11 марта землетрясение оказалось катастрофичным по масштабам. Разрушенные города и поселки, тысячи погибших. Землетрясение привело к страшной аварии на АЭС «Фукусима-1». И это, видимо, еще не все последствия природного катаклизма.

Авторитет

Максимум, на что способна стихия

О землетрясениях вообще и японском в частности мы поговорили с заместителем директора Института земной коры СО РАН, доктором геолого-минералогических наук, профессором Кириллом Георгиевичем Леви.

— Как вы оцениваете масштаб землетрясения в Японии?

— Это, несомненно, катастрофа, потому что все произошло близко к крупным городам. Важно понять, что землетрясения в этом районе будут продолжаться еще долго, но они не будут мощнее. Нечто подобное происходило в 1957 году в Муйском районе на БАМе, а в 1905-м — в Монголии, когда афтершоковая (то есть после основного толчка) сейсмичность продолжалась в течение почти полувека.

— За последние годы произошел ряд мощных землетрясений: в Индийском океане, Китае, Чили, на Гаити, и именно в этот период, 28 августа 2008 года, произошло землетрясение на Байкале. Нет ли здесь определенной связи?

— Китайское и гаитянское землетрясения нельзя считать мощными, по энергии они эквивалентны или близки к култукскому. Там все порушилось из-за плохого качества строительства. А вот в Чили и Японии примерно одна и та же ситуация. Тихоокеанская плита пододвигается в Чили под южноамериканский континент, а на северо-западе — под Японские острова. Это очень активно погружающаяся плита под континентальные массивы, поэтому там чаще происходят землетрясения и они катастрофичнее. И там геодинамика другая, нежели у нас в Байкальском рифте.

— Каким образом эта активность может коснуться нас? Мы ведь тоже находимся в зоне повышенной сейсмической опасности.

— Нас это может коснуться, но не так катастрофично. Литосфера — это тонкая пластинка порядка 150—200 км. При таких мощных землетрясениях она колеблется подобно мембране телефона. Эти колебания передаются вглубь континента. Если в Байкальской зоне существуют очаги, в которых напряжения близки к критическим, то может где-то возникнуть сильное землетрясение. Но оно произойдет не сразу, потому что требуется некий временной диапазон, пока эти волны добегут до нас через 4—5 тыс. км. Конечно, опасность для нас повышается. Мы не можем сказать, насколько она будет велика, но отрицать ее нельзя. По словам ученого, 8-балльные толчки Иркутск должен выдержать. Но есть проблемные здания.

— Мы начали бить тревогу после землетрясения в Тунке в 1995 году. Беда в том, что никто ничего не хочет делать. В советские годы было принято решение, что все дома массовой застройки должны проходить вибрационно-сейсмические испытания. Институт имеет машину для этого, но никому ничего не надо.

— Сегодня многие дома вообще строят неизвестно по какому принципу!

— Какова их надежность, никто не знает. Поэтому все на совести чиновников, которые не заботятся об обеспечении сейсмостойкости. Природа этого не прощает. Мы платим за собственную безалаберность. Уж сколько говорилось на различных совещаниях, что надо реализовывать программу сейсмобезопасности, и в результате все уперлось в необходимость проведения комплекса геолого-геофизических работ, а за это никто и ничего не хочет платить. Дома надо обследовать, выяснить запас их прочности.

— А в Иркутске случались действительно катастрофические землетрясения?

— Конечно! В 1861 году произошло сильное землетрясение, вызвавшее разрушения в больших церквях. И в 1995 году тоже сильно тряхнуло. Мы находимся в более сейсмоопасной зоне, чем Камчатка. К тому же у нас кроме землетрясений есть и вредные промышленные производства.

— А насколько серьезны разговоры, что якобы в результате землетрясения в Японии сместилась земная ось?

— Есть вероятность того, что земля сместилась и сутки укоротились на сколько-то микросекунд. Но земная ось со временем все равно выровняется. У Земли недра «жидкие», и она вернется в исходное состояние быстро.

— Люди в панике, мы не знаем, на что способна природа.

— Если магнитуда этого землетрясения была 8,9, то это практически предельно возможная магнитуда, предельно-возможный объем энергии, который Земля поставляет в окружающее пространство. Для того чтобы превысить этот максимум, должны произойти десятки и сотни подобных землетрясений.

— Но мы же не знаем, какой силы были землетрясения в доисторические времена?

— Знаем! Геологи раскапывают древние трещины от землетрясений и датируют их. Горные породы не могут накопить большего количества энергии, поскольку их прочность ограничена, а энергетический потенциал Земли более-менее известен.

А что думает народ?

Осторожность не помешает

Сегодня мы спросили у иркутян: «А вы боитесь последствий японского землетрясения?»

Ефим: — Байкал-то рядом. Что-то действительно происходит в глубине земли. Не к добру это все.

Елена: — Я думаю, от Японии далеко. Если и ждать землетрясения, то где-то в зоне Байкала. Как и случалось раньше. Но меры предосторожности необходимо принять каждому. На всякий случай!

Евгения: — Не знаю, каким образом это может аукнуться нам. Если только с ветром радиацию принесет... А землетрясение произошло очень далеко. Наверное, сильно опасаться не стоит.

Федор: — Нет, нам бояться нечего. Потому что мы находимся на разных тектонических плитах. И от Японии до нас сейсмическая активность не дойдет.

Лена: — Думаю, у нас такая катастрофа невозможна. Там острова, а мы живем в глубине материка. И плиты у нас разные. Я больше опасаюсь радиоактивного облака.

Метки:
baikalpress_id:  14 456