Замужем в Америке

«Пятница» продолжает публикацию дневниковых записей иркутянки, уехавшей в США

Иркутская журналистка Марина Лыкова знакома давним читателям «Пятницы» — она не раз публиковалась в нашем еженедельнике. Три года назад она вышла замуж за американца после знакомства по Интернету на одном из брачных сайтов и пяти (!) лет общения. Марина продолжает рассказывать читателям «Пятницы» любопытные вещи о жизни в США и о своем замужестве с американцем.

*Здесь, в Америке, какое-то совершенно иное, чуждое лично мне отношение к бизнесу. Не в голливудских фильмах. В жизни. Ограничусь примерами из собственного быта. У нас давно стоит в одной из гостиных комнат старинная софа, принадлежавшая еще прабабушке моего мужа. Настоящий антиквариат, на резных гнутых деревянных ногах, эта мебель неприятно мозолит мне глаза. Потому что бывшая жена моего супруга умудрилась много лет назад обтянуть софу ярко-рыжей плюшевой материей. Я поначалу драпировала диванчик какими-то светлыми покрывалами. Пока не поняла, что проблему надо решать в корне. Что надо все-таки решиться и вызвать мастера.

Полистала газету объявлений. Быстро нашла того, кто нужен. Мастер первым делом поинтересовался, в каком районе города я живу (не затем, чтобы знать, куда ехать, а затем, как мне позже объяснили, чтобы знать, а стоит ли вообще связываться. К проживающему в «бедном районе» не каждый, оказывается, и поедет. Здесь не работают по принципу «с худой овцы хоть шерсти клок». Здесь, по моим наблюдениям, предпочтут не работать вообще, чем работать за копейки). Но, как бы там ни было, мастер приехал, сделал замеры, сфотографировал мою многострадальную рыжую софу со всех ракурсов, обещая перезвонить на неделе и продиктовать мне цифру... ярдов. Чтобы я могла знать, как много понадобится мне купить обивочной ткани. Потому что другая цифра — стоимости работы — была произнесена с порога : «Работа моя будет стоить от шестисот долларов до тысячи». ...Идет уже второй месяц, а мне никто так и не позвонил. И набирать телефонный номер очередного обивочных дел мастера мне уже даже как-то страшновато. А вдруг и другой человек, потратив на замеры и фотографирование софы битый час моего времени, также бесследно исчезнет?

Другой пример: я живу здесь, в Америке, уже три с лишним года, а мне все никак не удается отремонтировать вставшие часы с боем. Часы старинные, немецкие, в огромном, до потолка, из вишневого дерева корпусе, принадлежавшие еще покойному отцу моего мужа, безмолвно влачат свое существование уже не одно десятилетие. Я, как исконно русский человек, верю в приметы и знаю твердо, что вставшие часы в доме — не слишком хорошо.

И чуть ли не со дня нашего сюда переселения просила мужа звонить и приглашать часовых дел мастера. Звонки и приглашения были (и не единожды), а ни один мастер так все еще и не появился! Возможно, я слишком близко к сердцу принимаю заезженный лозунг «Клиент всегда прав!», но в мою бытность рекламным агентом всегда знала: «Во что бы то ни стало на встречу с клиентом приду вовремя. Расшибу нос в кровь, но сделаю все, чтобы сдержать слово. Выполнить обещанное — самое главное в любом деле. Причем так, чтобы и услугу оказать, и результата добиться (достигнуть так называемого «рекламного эффекта»), и денег клиенту ощутимо сэкономить. Да так, чтобы в следующий раз у клиента при слове «реклама» возникала только позитивная ассоциация с именем Марина. Моим именем. Ведь конкуренцию тоже никто еще не отменял. А здесь...

*Берясь за какое-то дело, я, как правило, еще «на берегу» предвижу результат. Иду к зубному врачу? Уже заранее знаю наверняка, что после визита зубы будут еще год в порядке. Отправляю посылку по почте в далекий заснеженный Иркутск из США? Свято верю (а что еще мне остается делать?), что она, посылка, все-таки когда-нибудь доберется до адресата. Сажусь в парикмахерское кресло? Знаю априори, что после стрижки стану чуточку моложе и привлекательнее (в собственных глазах уж точно). Сдаю вещь в химчистку? Значит, совсем скоро получу ее обратно чистой и выглядящей как новенькая... Я так и думала, отправляясь здесь в химчистку с двумя коврами из натуральных овечьих шкур. Ковры из овчины — белоснежные, отличного качества, шведские. Были. Но обо всем по порядку? С химчистками я в Америке еще не сталкивалась. Как-то не доводилось.

Но, услышав в местных средствах массовой информации призыв помочь малоимущим благополучно перезимовать мягкую и теплую американскую зиму, я отправилась в одну-единственную в нашем городе химчистку (химчисток-то здесь немало, но вот благотворительным сбором теплых вещей: пальто, курток, свитеров, пиджаков занялась только вот эта). Они предложили населению тащить к ним даже самые заношенные и ненужные уже в хозяйстве теплые вещи. А сотрудники химчистки безвозмездно берутся вставлять в старые вещи молнии, пришивать недостающие пуговицы, залатывать дыры и, все это профессионально почистив, передавать замерзающим американским бичарам. Под это дело вычистила мужнин шкаф: там еще годов с шестидесятых висели новехонькие мужские пиджаки, жилеты, жакеты. Все абсолютно новое, с этикетками, очень качественное и из натуральных материалов, но как-то незаметно для моего супруга вышедшее из моды.

Здесь, в Америке, народ в своем большинстве, замечу, абсолютно не следит за модой. Носят не то, что модно и о чем трещат глянцевые журналы, а то, что удобно. У большинства (даже самого малоимущего) населения США шкафы ломятся от тонн тряпья. Но содержимое шкафов именно и есть тряпье. Загляните в гардероб к среднестатистической американке: увидите горы растянутых и застиранных футболок да десятки пар безразмерных джинсов. Не увидите здесь ни одного приличного платья (о платьях, сшитых по фигуре, а уж тем более на заказ речи вообще быть не может).

Американцы не станут тратить на одежду даже десятой доли того, что тратят на свой прикид русские женщины. В общем, волею судьбы оказавшись в химчистке и ознакомившись с прейскурантом (его, напечатанного на листе бумаги и вывешенного в «красном уголке покупателя», как такого здесь нет, все цены сотрудница химчистки озвучивает согласно вашему устному описанию вещи), я решила, что надо бы сюда заглянуть. Хотя бы потому, что за чистку двух моих немаленького размера ковров (метра два на полтора) с меня возьмут всего сорок четыре доллара (по двадцать два за каждый ковер). Обычные ковры, к слову, здесь не чистят.

А вот такие, овечьи, — за милую душу. Как и дубленки, и шубы. Чистка пальто из натуральной шерсти или на синтепоне, например, обойдется в двенадцать долларов восемьдесят центов. Если это обычная куртешка, то чистка стоить будет дешевле — $7,25. Если пальто из искусственного меха, то цена уже растет: $44,60. Если из натурального (здесь, к слову, натуральный мех — та самая редкость, на которую никто не обращает внимания, потому что только редкие старушки — божьи одуваны, заехавшие в наши края из Нью-Йорка, щеголяют в норке. Остальные предпочитают что-то попрактичнее) — чистка обойдется уже в шестьдесят пять долларов восемьдесят центов.

Увидела висящие на плечиках и уже запечатанные после чистки в прозрачный целлофан мужские рубашки и костюмы. Поинтересовалась ценой услуги. Получила ответ: чистка костюма — десять баксов. С копейками. Рубашку чистую и отглаженную получить обратно взамен зверски заношенной, грязной и мятой, можно за $2,14. Cпортивный жакет начистят до хруста всего за пять долларов и тридцать центов. Но вернусь к коврам. Приехала через три недели за вычищенными коврами, рассчиталась (здесь, в Америке, принято оплачивать практически любую услугу не «до», как в России, а «после»).

Стала загружать в машину и ахнула: в прорвавшемся целлофане увидела огромных размеров дырищу в одном из моих ковриков. Такую огромную, что в нее легко проскакивала моя растопыренная пятерня. Я не хотела предъявлять претензию (это здесь не принято. Если даже сервис, по моим наблюдениям, был на ужасающем уровне, — признак хорошего тона улыбаться и благодарить. Живем-то в крошечном городке, где все друг другу сваты) или возвращаться в поисках книги жалоб (тут таких и в помине нет). Но я все-таки вернулась в химчистку. Чтобы показать им дырищу. Вернулась с полной уверенностью, что деньги за такую горе-чистку мне вернут. А еще и стоимость ковра возместят в придачу. Так, во всяком случае, я думала. (Именно так бы, как мне кажется, поступила бы я со своим клиентом, будь я владелицей химчистки.) Но не тут-то было. Ковер у меня молниеносно забрали, пообещав перезвонить.

Служительница химчистки меня узнала и молчком раскрыла передо мной дырявую некогда шкуру, теперь залатанную с изнаночной стороны коврика громоздкой коричневой замшевой заплаткой. Все! Ни тебе извинений, ни предложений вернуть деньги за неудачную чистку, ни дежурных американских улыбок, ни даже скидочного купона на будущее... И вообще ничего такого, чего можно было бы ожидать в моем родном Иркутске, окажись я там в подобной ситуации. Или мне так только кажется? Впрочем, если бы эта история с ковром была случаем единичным...

Загрузка...