Замужем в Америке

«Пятница» продолжает публикацию дневниковых записей иркутянки, уехавшей в США

Иркутская журналистка Марина Лыкова знакома давним читателям «Пятницы» — она не раз публиковалась в нашем еженедельнике. Три года назад она вышла замуж за американца после знакомства по Интернету на одном из брачных сайтов и пяти (!) лет общения. Марина продолжает рассказывать читателям «Пятницы» любопытные вещи о жизни в США и о своем замужестве с американцем.

*С чем сравнить Великий каньон? В сувенирной лавке мне запомнилась футболка, сравнивающая по высоте глубину этого жуткого разлома (с виднеющейся то здесь, то там, где-то в самой темной глубине ярко-рыжей рекой Колорадо) с Эйфелевой башней и прочими высотками-небоскребами — творениями рук человеческих. Каньон непобедим. Ночью мне снились странные сны. Даже не сны, а видения: то вдруг всплывает образ какого-то буддийского монаха, то суровые широкоскулые лица индейцев... Я вижу их сменяющие друг друга образы и отчетливо понимаю, что все они мертвы. Потому что их убил каньон. А утром узнаю, что только за прошлый и часть позапрошлого веков официально(!) в Гранд-каньоне погибло более шестисот(!) человек. И если в веке нынешнем убиенных каньоном станет гораздо больше, ничуть не удивлюсь: все эти «герои-дураки», расслабившись в Америке (ведь здесь все для человека, все безопасно!), пополнят их армию. Удивительным мне кажется до сих пор только то, что до сих пор каньон (не весь, конечно же, а так называемая туристическая его часть в районе «стеклянной подковы») не огорожен.

Хочу немного отступить и предупредить тех, кто рано или поздно очутится в этих краях: о ночлеге и ужине надо бы позаботиться загодя. У нас, русских, есть хорошая поговорка: «Идешь на день — бери на три». Здесь, в Америке, она не работает. Потому что никому и в голову не придет запасаться провиантом ради нескольких дней путешествия на колесах. Но здесь, именно в этом месте Великого Каньона, все оказалось уж очень для США нетипично. А особенно для таких супер-раскрученных туристических местечек, как это.

Миновав ранним утром Лас-Вегас и проведя (после долгой дороги с, замечу, минимумом дорожных указателей) несколько часов на Skywalk и окрестностях, мы вдруг поняли, что ночевать, кроме как в Лас-Вегасе, нам вроде бы и негде. И ужинать тоже. (А в Лас-Вегас нам возвращаться незачем: в планах мужа посмотреть еще на Гранд-каньон с другой его стороны.) И вот мы вдвоем в машине. Вокруг непроходимые кактусовые леса. Черная ночь с пронзительными звездами. Олени и дикие степные собаки, в свете фар перебегающие дорогу... Думаю, что одному моему супругу было бы здесь жутковато. (Обо мне и речи нет.) И жутко хочется жрать.

Мы два часа пилили в ночи до близлежащего городка. Еще час искали там мотель да местечко, где бы перекусить. У меня есть дурацкая (на взгляд моей подруги еще со школьной скамьи) привычка: считать все затраты. Вот мы еще и путешествие наше не закончили, а я уже суммирую: на бензин уже ушло триста баксов, на мотели — сто пятьдесят, на еду — сотня... За три дня путешествия уже истрачено денег немало, а удовольствия никакого. Почему так? Ведь Гранд-каньон, как говорят бывавшие здесь люди, это что-то! Осмелюсь заявить, что в Америке есть множество мест, от одного вида которых захватывает дыхание. Натурально. Такой красоты я в Сибири не встречала. Да и в России тоже. И речь здесь вовсе не о Гранд-Каньоне. А последний... Он показался и мне, и супругу... скучным. Однообразным. Да, он глубок. Да, почти нескончаем. Вот и все.

*В американском национальном парке «Великий каньон» есть замечательная вещь: в асфальтированную дорожку, которая вьется змейкой, обрамляя край огороженного (!) обрыва, впечатаны блескучие металлические (или все-таки медные?) медальоны. На каждом стоит число: «Один миллион лет», «Два миллиона лет»... «Триста миллионов лет». Шагают по медальонам и стар и млад. Я таким образом на всю жизнь, пожалуй, запомнила, что моим шести шагам (шесть миллионов лет!) равняется возраст каньона. (Глубина Великого каньона — 1600 метров. Длина — 446 километров. Ширина варьируется от 6 до 29 километров.) Все эти знания я почерпнула уже в музее парка. Где наглядно показано, как образовалась эта глубокая рана на теле земли. Как же неприятно мне было узнать, что каньон и сейчас растет из-за продолжающейся эрозии! Отчего неприятно? Взгляните на поля застывшей лавы, разбросанной полянами то тут, то там, в уже, казалось бы, приличном отдалении от каньона, и вам все станет понятно.

 ...Огромное пространство ущелья не выглядит просто длинным узким провалом в земле. Оно заполнено беспорядочными скоплениями утесов-останцев, имеющих самую причудливую форму. Оползни, водная и ветровая эрозии создали в стенах каньона очертания гигантских пирамид, крепостных стен, башен, представляющих неповторимое по величию зрелище. Многие из них имеют собственные названия: Трон Вотана, Храм Шивы, Храм Вишну... И вообще Великий каньон в разное время суток все-таки разный.

*Еще не успели оправиться после долгой дороги на Гранд-каньон и обратно, а нас с мужем уже понесло на «корн-мэйс». Мы там устроили соревнование, кто первым из нас двоих выберется из этого жуткого кукурузного лабиринта. Победила, конечно же, я. Потому, что жульничала.

...Вы можете себе представить пятнадцатиакровый, семимильный, сплошь из кукурузных кустов-великанов состоящий лабиринт? На самом деле внутри этого поля находится целых четыре отдельных лабиринта. Начиная от тренировочного поля (детского лабиринта, на который даже самому неопытному, начинающему бойскауту в памперсе понадобится максимум минут пятнадцать), до трехмильного непроходимого леса из гигантской кукурузы, попав в который, даже бывалые бойскауты-взрослые могут там блудить битых три часа.

Местная компания по организации таких вот кукурузных лабиринтов, преимущественно работающая на другие штаты Америки и даже в Канаде, вдруг, впервые за всю свою восьмилетнюю историю, решила устроить corn maze у себя, что называется, дома. Подумывают даже превратить это в добрую домашнюю традицию. (В других штатах эти молодые веселые американские ребята умудряются устраивать аж по девяносто таких вот мудреных лабиринтов ежегодно!)

Maze Play, как я поняла из беседы с устроителями этого бизнеса, основывается на графическом дизайне, спроектированном с помощью компьютерных программ. Создание картинки неповторимого кукурузного лабиринта занимает от пары часов до нескольких дней. В зависимости от размера поля и сложности лабиринта. Затем картинку вручают трактористу, вооруженному GPS (все российские автомобилисты уже, пожалуй, знают, что это такое). Остальное — работа трактора. Который весело и уверенно прорезает ходы в будущем лабиринте, высоченные стены которого не что иное, как... выросшая до неимоверных размеров кукуруза. Чтобы превратить блуждания по лабиринту в еще более увлекательное занятие, компания придумала вот что: в указанных на карте местах (карта вручается всем, кто решил поиграть в Индиану Джонс) установлены дыроколы. Всего их восемнадцать. Необходимо на карте (на которой также нарисованы восемнадцать пронумерованных кружочков) продырявить нужную цифирь.

(Я сразу же сообразила, что, быть может, не стоит искать в кукурузных зарослях все эти восемнадцать станций с дыроколами, а можно проштамповать все восемнадцать дырок одним дыроколом. На что услышала резонный ответ мужа, что не одна я тут такая умная. Оказывается, все дыроколы имеют различную форму дырок! И подвох будет обнаружен сразу.) Кстати, прыть, с которой не только дети, но их родители да дедушки-бабушки бегали в надежде как можно скорее продырявить все восемнадцать кружочков на своей карте, удивляла. Все объяснилось просто: за каждую дырочку успевшим сделать это прежде других полагается награда.

Как то: мешочек с пригоршней дешевой карамели; сеанс в салоне искусственного загара — всего за одиннадцать долларов; бесплатное исследование полости рта; половина сеанса массажа у хиропрактика (или все-таки хиропрактера?) — абсолютно даром; рентгенобследование — всего за один доллар. (В Америке такие вот, промедицинские призы — самые что ни на есть желанные для публики.) Мой супруг хорошо помнит, как впервые отправился в приключение по такому вот лабиринту, когда ему было четырнадцать. Сегодня ему почти шестьдесят. Кукурузные лабиринты всегда были очень популярны в США.

Загрузка...