Замужем в Америке

«Пятница» продолжает публикацию дневниковых записей иркутянки, уехавшей в США

Иркутская журналистка Марина Лыкова знакома давним читателям «Пятницы» — она не раз публиковалась в нашем еженедельнике. Два года назад она вышла замуж за американца после знакомства по Интернету на одном из брачных сайтов и пяти (!) лет общения. Марина продолжает рассказывать читателям «Пятницы» любопытные вещи о жизни в США и о своем замужестве с американцем.

*Муж только что вернулся из очередной командировки, побыл день дома и... был таков. Снова улетел. Но уже по личным делам. Полетел в Аризону машину покупать, увиденную в Интернете. Старую какую-то машину. Редкую очень. Гоночную. А пока был в командировке, умудрился мой супруг по сотовому телефону (!) купить другой автомобиль. Не менее старый. Теперь у нас на двоих... восемь автомобилей. Но вот с тем, купленным по телефону, авто казус вышел. Муж мне писал время от времени, что спать-есть не может, пока автомобиль именно этот не станет его собственным. Ну что тут скажешь? (Мужчины — те же дети!) В общем, я была рада, что он меня хоть в известность поставил, что в нашем гараже, где и так уже яблоку негде упасть, ожидается прибавление. Но каково же было мое удивление прочесть в очередном мужнином послании по электронной почте: «Дорогая, прости, если сможешь. Я совершил ужасную ошибку и теперь не знаю, как ее исправить».

Читаю дальше и хохочу: мой умный муж, читая свою электронку с телефона, про вожделенный автомобиль прочел лишь то, что уместилось на экране его «Блакберри». А там было что? Правильно, название машинки, год выпуска, цвет... Ну и фотографии прилагались. Муж тут же, сидя в самолете, сделку и совершил на скорую руку (пока не прозвучал по громкой связи запрет на пользование в полете сотовыми телефонами). А приземлившись, раскрыл ноутбук и позеленел: автомобиль, за который он только что деньги перечислил, оказывается, не ездит. И долго еще не будет, потому что в ремонт надо тоже вложиться основательно. А ведь у мужа был уже выстроен четкий план: из командировки он летит не домой, а туда, за машиной той гоночной старинной, в Техас. И оттуда уже своим ходом (на машине!) домой возвращается. Человек предполагает, а бог располагает. Зато приятно так знать, что где-то там, в далеком жарком Техасе, есть у нас раритетное авто...

*К дочери, уже много лет живущей в США, приехала мать-старуха. Внуков маленьких нянчить. Дочке давно перевалило за сорок, но в силу творческой профессии (она в молодости была танцовщицей и как-то после гастролей в США сбежала из российской труппы, да и осталась здесь) двоих сыновей родила она поздно. Пытаясь как можно выгоднее да побогаче устроить собственную семейную жизнь. Жизнь свою семейную стрекоза, похоже, протанцевала. Прямо как в басне. Ну, во всяком случае устроила не ахти как (замуж-таки вышла, но исключительно за статус. Не за любовь или там даже за деньги) и потому решила все свои силы кинуть на преподавание танцев. (Американский муж русской горе-танцовщицы после пары лет совместного проживания закрыл для нее подступ к своим финансам. То есть он оплачивает только содержание дома, при этом выдавая жене деньги на покупку одежды и питания собственным детям.)

Даже живут (и спят!) супруги в разных местах: в разных комнатах, на разных этажах. Муж-ученый спит в своем кабинете (который на ночь на ключ запирает от возможного вторжения своей верткой музыкальной женушки) на полу. В грязном засаленном спальнике. Туда же, поближе к мужу и подальше от посторонних глаз (на нижний этаж), дочечка определила и свою приехавшую навсегда в Америку мамашу. Мамка продала в Украине дом «за три рубля» и тут же, с порога, всучила деньги доче. Как взнос в собственное будущее благополучие. Дочка была деньгам и мамке искренне рада, но по прошествии нескольких дней... выделила родительнице отдельный старенький холодильник (у мужа ее американского точно такой же и тоже отдельный).

И дочурка принялась засовывать мать в знакомые американские семейства в качестве служанки-домработницы. И тут началось... После уже не одного года жизни в Америке полная, страдающая одышкой старуха никак не заговорит по-английски. Пусть за окном жара, пожилая женщина будет совсем по-советски (как богачка!) щеголять в норковой обманке. (Тут, замечу, никто меховые головные уборы не носит просто потому, что даже зимой (особенно на сибирский нос!) и без шапки ужасно жарко.) Мать экс-танцовщицы всегда можно заметить издали: полные икры полной бабки, ковыляющей по городу (машину она учиться водить даже и не пыталась, а без авто здесь как без ног!), ежедневно обтянуты в плотные белые балетные рейтузы...

Испытывая жуткий дефицит общения, старая мамка скачет из одной церкви в другую, рассказывая тем, кто после миссионерства еще в Советском Союзе худо-бедно «шпрехает» по-русски, о том, как объедает ее родная дочь, таская из ее персонального холодильника то йогурт, то кусочек сыра. А ведь она сама себе на продукты зарабатывает. Ничего тут ей с неба не сыплется. Народ порхающую на пуантах дочь молча осуждает. Бабка плачется где только можно. Йогурты исчезают... В общем, когда жаловаться в городке уже стало некому, восьмидесятилетняя хохляцкая мамаша, собрав нехитрый скарб, рванула в Нью-Йорк. В город больших возможностей. Сама себе на авиабилет денег скопила. Уже перед самым отлетом поставила дочь и зятя в известность, что не нравится ей жить с ними, хотя внуков жалко очень. Что в Нью-Йорке на первых порах снимет она жилье, а потом, глядишь, и работу какую найдет. И уж сама как-нибудь... Америка закаляет.

 Так и случилось. Даже еще лучше! Как приехала, так тут же, в этот же день, и работу нашла через русскую газету объявлений: «Нужна сиделка, умеющая готовить, для пожилого русского эмигранта... с проживанием». Устроилась женщина в сиделки. Платили ей две тысячи долларов в месяц. И жила она в просторном доме. И ела, что хотелось. И, главное, столько, сколько влезет. Но вот единственное удручало: старик, к которому нашу бабку приставили, любит гулять. Ему бы все ходить по Нью-Йорку и ходить. Надоели эти бесцельные шатания пожилой женщине в белых балетных рейтузах. Через пару месяцев она решила... не работать вообще. Тем более что и гражданство американское не за горами. Теперь живет бабулька в «черном районе».

Квартирка у нее чистенькая, но маленькая. На втором этаже жилого многоквартирного комплекса. С малюсеньким таким балкончиком. Всего за восемьдесят (две с половиной тысячи рублей!) долларов в месяц. Купила бабушка себе уже и холодильник, и телевизор с огромным плоским экраном. Хорошо живет. И дочка ее не объедает. И внуки шебутливые не пристают. И не надо никому в ноги кланяться. Вот только на улицу лишний раз выходить бабушка побаивается: уж слишком много темнокожих вокруг...

*Еду утром на работу по самой оживленной улице нашего городка. Машин море. А тут дорожники еще дорогу взялись ремонтировать. Три месяца уже мусолят. Вроде дело к концу идет. Смотрю, у самой кромки дороги два мужика стоят и активно машут мне чего-то, и указательными пальцами указывают на дорогу, по которой еду. Я, само собой, скорость снизила (чего-то же мужикам надо?), и, видит бог, не напрасно. Как раз там, где мужики стоят, на проезжей части одна за другой(!) три огромные выбоины. И это в новом-то, только что положенном асфальте! Спасибо хотела мужикам сказать, да где уж тут, на скорости-то. ...Через девять рабочих часов, возвращаясь домой, увидела все их же, уставших и запыленных американских пенсионеров.

И они все так же, вдвоем, в четыре руки указывали летящим на зеленый свет автомобилистам на те злосчастные ямы в свежем асфальте. (Хочу заметить, что такая посильная помощь таких вот мужчин-добровольцев, как эти, тут, в США, не редкость. Они сами, пожалуй, бывалые автомобилисты, проехали разок-другой по выбоинам и решили помочь другим избежать неприятностей.) Никто их не просил об этом. Просто вот так встали сами на целый день. Добровольно послужить народу. Интересно, увижу ли я их завтра на том же месте? Или все-таки к тому времени ямы на дороге уже заделают?

*Недавно познакомилась с пожилой парой белых американцев, прилетевших в наш штат издалека лишь затем, чтобы... усыновить собаку. Пожилые муж и жена потратили на дорогу порядка 2 тысяч долларов для того, чтобы забрать к себе домой годовалого пса, который им очень-очень приглянулся на сайте приюта домашних животных. Черный, энергичный, похожий на лисичку, он, наконец-то обретший семью, стал неким образчиком того, как должно быть. Сотрудница питомника ежедневно отправляла заинтересованной в собаке пожилой паре фотографии с комментариями вроде: «Вот что ваш песик делает сегодня». И муж, и жена (муж болен лейкемией) подготовились к приему собаки в свой дом основательно: отгрохали огромный и высоченный забор на заднем дворе, чтобы ожидающий их приезда четырехлапый мальчик смог вволю бегать и прыгать в своем новом доме. Этот годовалый пес дождался-таки своего счастливого дня.

 Везет в жизни, увы, далеко не всем. На сегодняшний день в собачьем приюте нашего города находится три сотни собак. И с каждым днем их становится все больше. Чтобы освободить место для вновь прибывающих постояльцев, сотрудники приюта должны усыплять порядка двух тысяч собак ежегодно. Решением для сложившейся страшной ситуации станут, надеюсь, так называемые временные дома для хвостатых. Когда кто-то по собственному желанию берет к себе в дом животинок. Кормит, поит, растит, общается с ними. Не оставляя надежды, что однажды появится человек, желающий взять это животное к себе домой. Насовсем. Как вот эта пожилая пара, почти год копившая деньги на поездку за своим новым, похожим на черненькую лисичку, хвостатым сынком — дружком.

Метки:
baikalpress_id:  46 872