Новая пирамида?

В центре Иркутска открыт офис компании, действия которой очень похожи на финансовую пирамиду

В «Пятницу» постоянно обращаются наши читатели, пострадавшие от обрушения мошеннических контор. Они просят обратить внимание на деятельность «Городского сберегательного отделения»: эта финансовая организация обещает своим вкладчикам дивиденды в размере от 20 до 33% годовых. По их предположению, эта организация, возможно, тоже является финансовой пирамидой, поскольку обещает вкладчикам огромные проценты. Журналист «Пятницы» провела небольшое расследование.

И правда, очень уж все напоминает историю с ИФЦ, «Виватом» и «Департаментом вкладов и займов». По телевизору идет завлекательная реклама: бабушка с внучкой получают денежки. Красочные буклеты с фотками счастливых людей на фоне океанского пляжа. Невольно возникает вопрос: а откуда эти самые денежки берутся?

Я отправилась под видом вкладчицы в офис «Городского сберегательного отделения» (для краткости — ГСО), расположенный на улице Тимирязева, в самом центре Иркутска, буквально под носом у всех надзирающих органов. Интересно, что летом контора носила другое название — «Центр займов и вкладов», но, видимо, скандальная история с крахом «Департамента вкладов и займов», случившаяся осенью, заставила основателей ГСО переименовать свое детище, чтобы не возникало неприятных ассоциаций. Захожу внутрь. Обстановка офиса ГСО впечатляет. В центре портрет президента Медведева, а возле окна здоровенный сейф, в котором можно хранить не то что миллионы, а даже миллиарды рублей! И портрет, и сейф, очевидно, призваны убедить потенциальных вкладчиков в надежности фирмы. За столом сидит симпатичная сотрудница, которая представилась Натальей Владимировной. Я попросила ее рассказать о гарантиях.

— Вы же понимаете, деньги — это дело ответственное, — посетовала я, — вон сколько уже всяких «центров» и «департаментов» накрылось. — У нас очень серьезная основа, — сообщила Наталья Владимировна. — Наш учредитель — завод металлических изделий, которому в этом году исполняется шесть лет. То есть это производство. Руководитель этого завода Никулин Анатолий Олегович является директором нашего кредитно-потребительского кооператива граждан. Мы не государственная организация, и мы не являемся коммерческой организацией. Мы — некоммерческая негосударственная организация. В связи с последними событиями вышел в прошлом году закон, подписанный Медведевым. Ежемесячно нас курирует прокуратура, мы постоянно отчитываемся перед ней. Мы подотчетны государственным органам и в конце каждого месяца предоставляем прокуратуре сведения. И другие организации нас постоянно проверяют. Государство фактически приравнивает нас к банкам. Во-вторых, у нас очень прочная основа, наш завод имеет филиальную сеть в Иркутске, Красноярске и Новосибирске. Деньги вкладываются в производство. В марте нам исполняется год.

— Как вы можете обеспечивать такие высокие проценты?

— У нас нет отбоя от желающих заемщиков.

— А займы сейчас вы даете?

— Займы мы выдаем, но там тоже регулируем, когда даем, а когда нет. В настоящее время прекратили выдавать. Но смысл не в том. Я вам просто говорю, что у нас процентная ставка по вкладам от 20 до 33% годовых.

— А лицензия есть?

— Мы не являемся банком, поэтому лицензия для нашей деятельности не требуется, но все необходимые для нашей организации документы у нас есть. И устав, и постановка на учет... Все.

Наталья Владимировна предложила почитать типовой договор, но, к сожалению, на руки его мне не отдала, сославшись на коммерческую тайну. Я решила переговорить лично с Анатолием Никулиным. Позвонила на завод металлических изделий, но там очень удивились.

— У нас таких сотрудников нет, а директора зовут Виктор Николаевич. О Никулине мы ничего не знаем.

Вот так дела! Может быть, в Иркутске есть другой завод металлических изделий? Но ни в одном телефонном справочнике я ничего даже похожего не нашла. Интересно...

А вот что рассказал председатель инициативной группы обманутых вкладчиков «Департамента вкладов и займов» Юрий Давыдович Гершевич, который изучил этот вопрос досконально:

— Мы тоже думаем, что «Городское сберегательное отделение» — это пирамида. Мы дважды ходили в их офис, но они не показывают никаких документов. Говорят, что каждый месяц отчитываются перед прокуратурой, но это невозможно, никто перед прокуратурой не отчитывается, это абсурд! Юрий Давыдович возмущен тем, что в названиях сомнительных контор используются слова «департамент», «фонд», «сберегательный». Потому что в сознании людей они ассоциируются с государственными структурами, с которыми мошенники не имеют ничего общего.

— Беда в том, — говорит Юрий Гершевич, — что согласно статье № 27 Федерального закона деятельность таких кооперативов должна контролироваться органами, назначенными региональной властью. А эти органы у нас никто не назначал! Вот поэтому они и действуют бесконтрольно...

Александр Семенов, руководитель пресс-службы прокуратуры Иркутской области, также опроверг информацию о ежемесячных отчетах и проверках «Городского сберегательного отделения».

Итак, на сегодняшний день мы имеем следующее: лицензии у «Городского сберегательного отделения» нет, прокуратура его не проверяет, на заводе металлических изделий о человеке по фамилии Никулин не знают, откуда берутся высокие проценты, неизвестно. Зато есть офис, вывеска и сейф, в котором, очевидно, лежат (или уже не лежат?) деньги.

P.S. Чтобы развеять подозрения, мы попытались связаться с господином Никулиным. Оставили номер телефона для связи. Но он так и не позвонил.

Высокий процент — это всегда риск

Илья Шапошников, юрист Иркутского регионального отделения Общероссийского общественного движения в защиту прав и интересов потребителей:

— Давайте сравним деятельность банков и кредитных потребительских кооперативов граждан (далее — КПКГ). Банки берут вклады, обещая доходность 10% — это максимум, и то если этот вклад составляет миллионы долларов. При этом в банках все вклады застрахованы, их деятельность абсолютно прозрачна, возврат денег гарантирован. У банков есть масса инструментов, чтобы не лопнуть. И самое главное в банке вам могут объяснить, из чего берется эта доходность. У них есть портфель услуг: автокредиты, ипотека и т.д. В деятельности КПКГ вся информация закрыта, ничего невозможно подтвердить. Они могут обещать свои высокие проценты, как когда-то Мавроди — с потолка! Можно пообещать и 30, и 50 процентов, но где обоснования?

Виктор Петрович Низовцев, начальник отдела защиты прав потребителей администрации города Иркутска:

— Действительно для деятельности кредитно-потребительского кооператива граждан банковская лицензия не нужна. КПКГ вправе заключать договоры и принимать вклады. Но если это все делается в соответствии с законодательством. С моей точки зрения, то, что организация предлагает такой высокий процент — это огромный риск! И в результате она может оказаться очередной пирамидой. Высокий процент — это всегда риск и сигнал того, что в любой момент может что-то случиться и люди своих денег назад не получат. Как это было в случае с «Виватом» и «Департаментом вкладов и займов». Проблема в том, что их деятельность никто не контролирует. У Федеральной службы по контролю над финансовыми рынками нет полномочий, а правоохранительные органы могут вмешиваться только тогда, когда поступает заявление от пострадавших граждан.

Прокуратура предупреждает

Главный прокурор Иркутской области Игорь Мельников недавно сделал официальное заявление по поводу жалоб граждан, обеспокоенных тем, что на территории Иркутска, Ангарска, Усолья-Сибирского и других городов создаются новые и продолжают действовать различные кредитные потребительские кооперативы граждан в виде всевозможных центров платежей, фондовых центров, департаментов займов, касс взаимопомощи, союзов помощи, сберегательных отделений, привлекающих под высокие проценты денежные средства населения.

По словам прокурора, подобные финансовые структуры имеют разную организационно-правовую форму: это кредитные потребительские кооперативы граждан и коммерческие организации. Кооперативы с целью привлечения средств населения устанавливают высокие проценты без имеющегося экономического обоснования, ссылаясь на допускаемый законом коммерческий риск. Другой вид подобных финансовых структур — коммерческие организации привлекают денежные средства населения посредством заключения договоров займа под проценты. Однако, как показывают результаты проверок, размер процентов является завышенным и экономически не обоснован. Тем не менее, даже сознавая это, граждане отдают свои сбережения, без каких-либо гарантий их возврата.

По закону государство не отвечает перед вкладчиками за неисполнение договоров кредитными потребительскими кооперативами или коммерческими организациями, поэтому помочь гражданам, которые добровольно отдали свои сбережения, вернуть их государственные органы, включая органы прокуратуры, не могут.

— Еще раз предупреждаем граждан, — указывает Игорь Мельников, — что, отдавая свои средства взаймы, они рискуют получить обратно лишь их малую часть под видом процентов за их использование. Затем, еще до окончания срока действия договора займа, заемщик прекращает свою деятельность под различными благовидными предлогами, а гражданин-займодавец (либо пайщик) начинает свои хождения по судам в надежде получить хотя бы те деньги, которые отдал в долг.

Метки:
baikalpress_id:  30 102
Загрузка...