Знакомьтесь — Кондрашов

Сегодня в «Пятнице» — рассказ о необычном политике

На фоне большинства депутатов Законодательного собрания Иркутской области Виктор Иванович Кондрашов выглядит редкой птицей. Среднестатистический депутат — это вполне предсказуемый человек с традиционной биографией, будто написанной под копирку: один раз попал в систему, а дальше по накатанной дорожке. Виктор Иванович, в отличие от коллег, никогда в номенклатурную структуру не встраивался. Да и жизнь его больше походит на сценарий увлекательного фильма о судьбе российского предпринимателя-самородка.

Мальчишка из Селиванихи

Виктор Кондрашов родился в 1962 году в рабочей семье.

— Мои родители приехали в Иркутск в 50-х годах из Орловской области, — рассказывает он, — работали на железной дороге. Жили мы в бараках в поселке Селиваниха. Там моя родина!

Одно из самых ярких воспоминаний — наводнение в 1973 году. Поселок залило водой, и Виктор бегал по крыше, спасая кошку. Потом уже его самого спасали мужики на лодке. Несмотря на то что жизнь в бараке была нелегкой, Виктор Иванович считает, что детство у него было счастливым.

— Я рано научился работать руками, — вспоминает он, — потому что без этого нельзя было выжить. Уже с трехлетнего возраста умел растапливать печь, копать, сажать, огребать. По воду приходилось ходить в любую непогоду за два километра. Так что к школе я был полностью самостоятельным.

Виктор Иванович без кокетства рассказал, что первые свои деньги он заработал лет в пять.

— Каждые выходные дни на пляже у Иркута была масса отдыхающих. Мы собирали потом бутылки, мыли и несли их в киоск. А жили так, что зимой у нас из еды были только картошка, хлеб и кефир. Поэтому все добытые от бутылок деньги шли в общий котел. А как иначе жить, если родители зарабатывали 110 рублей в месяц. При этом отец еще пытался дать мне музыкальное образование. Он увидел, как я научился играть на соседской гармошке, и, заработав летом денег на халтуре, купил мне баян за 120 рублей. А потом еще три года он платил учителю музыки.

Кстати, тот баян до сих пор невредим, и Виктор Иванович даже иногда радует своих сотрудников игрой на нем во время корпоративных праздников.

Затем — школа. Учился Виктор на «отлично», причем без особых усилий. Но кроме учебы была масса других увлечений. Рядом со школой был кинотеатр «Комсомолец», с которым у Виктора Ивановича связаны особенно теплые воспоминания. — Я кино очень люблю, — говорит он, — оно даже определило часть моей жизни. И до сих пор делаю фильмы сам. Для близких друзей.

Бунтарская натура

Тут у нас зашла речь о современном кино, о нашумевшем «Аватаре».

— Я смотрел этот фильм и сравнивал, в чем-то похоже на мою жизнь. Начиная с детства. Помню, что когда мы играли в команде и если наши выигрывали, я просто переходил в другую команду, которая слабее. Иначе неинтересно было играть. Это мой принцип — заступаться за слабого. Наверное, это из-за того, что у меня самого никогда никаких покровителей не было в жизни, никто за меня не заступался. Поэтому для меня это важно, с этим принципом я иду по жизни.

После школы Виктор поступил в институт народного хозяйства на инженерно-экономический факультет. Это было время, когда еще существовал железный занавес, когда были пятилетки и всевластие КПСС, но наш герой уже тогда ощущал себя бунтарем и старался идти против течения. После института Виктора распределили мастером на завод имени Куйбышева. Это был 84-й год, до перестройки оставалось всего ничего. Начинал он мастером, а закончил свою карьеру на заводе в должности исполняющего обязанности начальника транспортного цеха. Было ему всего 22 года.

Почему ушел? Ведь казалось, что на заводе все складывалось отлично: за два года он сумел разобраться в производстве, организовал музыкальный ансамбль, оборудовал волейбольную площадку... Начальство не могло нарадоваться, с такими организаторскими способностями для него вырисовывался верный путь вверх по номенклатурной лестнице....

— Но я не оправдал их надежд, — смеется Виктор Иванович, — не получилось из меня номенклатурщика.

И вот тут, дорогой читатель, в судьбе нашего героя произошел самый удивительный поворот. Однажды на волейбольной площадке высокого симпатичного паренька заметила сотрудница Иркутского Дома моделей и пригласила его поработать в качестве демонстратора одежды — в то время ведь не было модельного бизнеса, никаких агентств, поэтому модельеры сами искали кадры для этой работы. И Виктор Иванович, которому светила отличная административно-хозяйственная, а может быть, даже и партийная карьера, неожиданно согласился.

— Во-первых, дополнительный заработок, — объясняет он, — на заводе я получал 80, тут еще 50. В те годы не так-то просто было заработать такие деньги, а мне надо было еще родителям помогать. Во-вторых, стремление к прекрасному. Помню, в детстве все мальчишки рисовали войну, а я — уютный домик с окошечками. Классе в седьмом все хотели выглядеть модно — а где взять? Джинсы на барахолке стоили 120 рублей. Поэтому я на обычной ручной машинке вставлял какие-то клинья в брюки, вытачки делал на рубашке. Однажды даже сшил себе сумку из тулупа в стиле хиппи. Получилось стильно...

И швец, и жнец

Работать в Доме моделей было весело. Во время обеда на заводе все шли в столовую, а Виктор быстро мылся и бежал на примерку. Потом ездил по области с показами, особенно нравилось ездить на мясокомбинат, ведь лишь там можно было вдоволь поесть разной колбасы, которая в то время была только по талонам. Но самое главное, что Виктора заинтересовала сама технология шитья.

— Я начал вникать в суть ремесла, — говорит Виктор Иванович, — начал приглядываться, что носят, что модно.

Закончилось это тем, что Виктор сам взялся за шитье, и через полтора года к нему выстроилась огромная очередь.

— Многие удивляются, мол, шитье не для каждого, мол, нужен особый талант, усидчивость. Я считаю, что все зависит от отношения к делу. Все поддается изучению. Мне всегда нравилось учиться, я изучал выкройки, технологию, смотрел, как работают другие.

В конце концов увлечение превратилось в профессию, и перспективный молодой человек ушел с завода в свободное плавание. Прощай, карьера, членство в КПСС, ордер на однокомнатную квартиру и персональная машина!

— Мне оставалось ровно месяц отработать по распределению, но я уже не мог. Меня пытались убедить не делать глупостей, вызывали к парторгу, беседовали... Но меня как отрезало, я понял, что не смогу работать в этой системе, мне хотелось свободы. В результате меня уволили по 33-й статье за прогул!

Но Виктору уже было все равно, он вставал в шесть утра и вкалывал до позднего вечера. И в течение года делал это с азартом. А через год он уже встал на ноги и смог позволить себе отказываться от некоторых заказов. Кстати, машинка «Веритас», купленная с огромным трудом в Питере за баснословные 400 рублей, до сих пор жива и, по словам Виктора Ивановича, работает изумительно.

— Недавно надо было быстро подшить шторы, — признался депутат. — Я ее достал, смахнул пыль. Поначалу швы были кривые, но руки-то все помнят, и через час у меня все строчки были идеальные.

А дальше началось кооперативное движение, и Виктор Кондрашов попытался организовать собственное швейное производство на базе ателье «Сибирячка». Сделал ремонт, поставил оборудование.

— И тут я получил первый нож в спину, — вспоминает он, — ателье выставили на торги, и победителем аукциона стал какой-то левый деятель. Нужно было играть по их правилам: давать взятки, подлизываться, но я так не могу. С этого момента я дал себе зарок больше с государством не связываться. Надеяться только на себя.

Большой бизнес

Через некоторое время дела снова пошли в гору — Кондрашов одним из первых в Иркутске открыл видеосалон в Студгородке. Причем к делу подошел творчески: раздобыл кресла как в кинотеатре, написал афишу. И дело пошло! Затем переключился на торговлю парфюмерией, создал целую сеть магазинов, французские партнеры были так довольны, что даже пригласили его на обучение к себе.

Сегодня Виктор Кондрашов — руководитель инвестиционно-строительного холдинга «Такота», куда входят известный супермаркет «Дока», строительная фирма, охранное агентство, столярный цех, кадровое агентство, несколько инновационных компаний и многое другое. Кстати, интересно и очень важно, что нагрянувший в начале прошлого года кризис компания Кондрашова перенесла безболезненно. Даже с плюсом.

— Я до этого пережил два кризиса: в начале 90-х и дефолт 98-го года. Поэтому, как только узнал, что в Америке навернулся банк Merrill Lynch, то уже через две недели принял решение полностью реструктурировать компанию. Мы начали уходить из долгоиграющих проектов, насыщать только оборот. В результате мы сегодня расширяемся, набираем новых работников. Кстати, наша компания одна из немногих, которая берет на работу беременных. Некоторые уже по третьему разу уходят в декрет. Я считаю, что это важно: мы укрепляем доверие сотрудников, люди ценят заботу и стараются работать лучше. Теперь я уверен, что переживу любой кризис.

— Виктор Иванович, скажите, в конце 90-х, сидя за своей швейной машинкой, вы мечтали, что когда-нибудь возглавите большую компанию, станете депутатом?

— Если честно, нет. Как мне удалось? Можно по полочкам расписать методы, средства, но я отвечу так: нужно все делать самому, надеясь только на себя. Я всегда шел к цели параллельно властям, государству. Многие добиваются своего с помощью взяток, протекций, интриг... Мне это претило. И я своим примером всегда показывал, как можно сделать все по-другому. И эти принципы можно распространить в более крупных масштабах. Если есть стремление, можно достичь любой цели.

Есть ясные цели и задачи, но, увы, Виктору Кондрашову везде приходится натыкаться на стенки, выстроенные чиновниками. Именно поэтому он и пошел в Законодательное собрание, чтобы изучить изнутри, как функционирует эта система.

— А все-таки почему вы в КПРФ?

— Наверное, потому что коммунисты мне ближе в моральном отношении. Естественно, это уже не прежняя КПСС. Коммунисты изменились, и очень сильно. Сегодня в КПРФ люди совсем другие. И еще потому, что у коммунистов наиболее обострено чувство справедливости. Я с ними, потому что на них давят, не дают участвовать в управлении. Я ведь уже говорил, что с детства привык играть на стороне тех, кто слабее. К тому же я никогда не стремился к образу жизни местных олигархов. Для меня это неприемлемо. У меня нет яхты, вертолета. Я не езжу в дорогие круизы, у меня и у моей жены нет драгоценностей. Не в этом смысл жизни. Я себе на жизнь заработал своим трудом и своим интересом. Этим я и отличаюсь от остальных чиновников, которые свое место получили неизвестно как и делают все, чтобы только удержаться в нем.

— О чем мечтаете сейчас?

— Не только мечтаю, но и активно работаю над планами по созданию огромного спортивного центра и детской спортивной школы. Хотим запустить собственное производство сельскохозяйственной продукции без всякой химии.

— Что для вас Иркутск?

— Без Иркутска я не могу. И мне очень хочется создать у нас комфортную среду обитания для своей семьи, друзей, коллег... Чтобы люди хотели здесь жить, гордились Иркутском.

Загрузка...