Панацея для Байкальска

Жители Байкальска ощутили экономический кризис едва ли не первыми в России. Его градообразующее предприятие — Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат — перестало работать еще 2 октября 2008 года. То есть до того, как российские власти открыто заговорили о спаде национальной экономики. И хотя БЦБК числится стратегическим предприятием, многомиллиардной поддержки из государственного бюджета, как тот же АвтоВАЗ, он не получил. Как следствие, за прошедший с момента остановки год ни одна попытка запустить комбинат успехом не увенчалась по вполне простой причине — денег на возобновление производства нет. Что не замедлило сказаться на жителях Байкальска: без работы осталось более 1600 человек из почти 15 тысяч жителей города. В очередной раз выход из создавшейся ситуации решили найти Министерство промышленности и торговли и Московская школа управления «Сколково». Они совместно провели в городе семинар «Разработка моделей управления развитием моногородов в условиях кризиса на примере Байкальска». С 16 по 18 октября 2009 года эксперты пытались разработать «лекарство» для экономики города. Занималось этим свыше 70 человек, среди которых представители российских властей, правительства Иркутской области и администрации Байкальска, бизнесмены, ученые и иже с ними. Они пришли к выводу, что у города есть перспективы, причем более реальные и осуществимые, чем у его собратьев по несчастью. За поисками перспектив наблюдал обозреватель «Пятницы».

«С БЦБК у города нет будущего, а вот без БЦБК — весьма сомнительное настоящее», — заметил заместитель министра промышленности и торговли РФ Андрей Дементьев на пресс-конференции по итогам семинара. Иными словами, развитие города возможно только в том случае, если с берега Байкала исчезнет предприятие, вызывающее резко негативную реакцию экологов и сочувствующих им уже более сорока лет. Поэтому решено разработать программу ликвидации БЦБК. Но дьявол всегда кроется в деталях, и в данном случае дело обстоит далеко не так просто, как это кажется на первый взгляд. Действительно, программу ликвидации комбината разработать планируют. Но для этого БЦБК собираются снова запустить. По мнению замминистра, только на работающем предприятии можно разработать программу «цивилизованного выхода из бизнеса и его закрытия».

— Самое страшное, в том числе и с точки зрения экологии, это состояние просто стоящего комбината, по которому не подготовлен проект закрытия, не предусмотрены достаточно сложные инженерные решения, необходимые для рекультивации промплощадки, — подчеркнул Андрей Дементьев. — И заброшенный объект гораздо страшнее работающего.

Возобновить производство целлюлозы, по мнению экспертов, необходимо не только для разработки программы выхода из бизнеса, но еще и для того, чтобы выработать хранящиеся на промышленной площадке комбината химикаты. Непонятно, правда, почему их нельзя перевезти на другое аналогичное предприятие — например, на тот же Селенгинский целлюлозно-картонный комбинат.

Председатель комиссии Общественной палаты РФ по региональному развитию Вячеслав Глазычев весьма категорично заявил, что такой возможности нет. Посему нужно запускать БЦБК. При этом предполагается, что работать на полную мощность предприятие не начнет, а производить оно будет только небеленую целлюлозу, что возможно лишь в условиях замкнутого водооборота, при котором в Байкал не сбрасываются сточные воды комбината. Так что совет директоров БЦБК (его, кстати, возглавляет Андрей Дементьев, заместитель министра промышленности и торговли) намерен в ближайшее время рассмотреть программу работ по возобновлению производства и принять ее в том случае, если она окажется «технически и экономически обоснованной». Весьма странная позиция, если вспомнить, что немногим ранее руководство комбината заявляло, что при производстве небеленой целлюлозы убытки будут составлять 32 млн рублей ежемесячно, и предлагало компенсировать их за счет бюджета.

Следующее противоречие не менее важно. Представители собственника комбината — лесопромышленной компании «Континенталь Менеджмент» — также неоднократно заявляли о том, что запустить БЦБК зимой не представляется возможным с технической точки зрения. К тому же на запуск требуется несколько сотен миллионов рублей, а таких денег у компании нет. И на это Андрей Дементьев возразил, что, по оценке специалистов комбината, запуск зимой не влечет за собой дополнительных рисков. А поиск денег на запуск — это уже головная боль акционеров, а не совета директоров предприятия.

Есть и еще одно но — возобновить производство на комбинате можно только в случае... его банкротства. Дело в том, что с банкрота не потребуют выплаты долга — а БЦБК задолжал своим кредиторам ни много ни мало 1 млрд 300 млн рублей. А после объявления банкротства деньги можно будет потратить исключительно на запуск и работу предприятия, а не на возврат задолженности. Дело только за малым — решением Арбитражного суда Иркутской области, который с 6 октября 2009 года рассматривает иск о банкротстве БЦБК. Следующее судебное заседание, кстати, намечено на 28 октября.

Если комбинат обанкротят, то возобновить свою работу БЦБК сможет через 2,5—3 месяца после того, как будут найдены деньги на запуск. То есть производство возобновится в лучшем случае к февралю 2010 года. И неизвестно, до каких пор комбинат после этого проработает. По утверждению Андрея Дементьева — пока не будет разработана программа ликвидации. А разрабатывать ее, как считает замминистра, должно само руководство БЦБК. Это не может не вызывать опасений, что данный процесс затянется.

В качестве нового вектора государство предлагает городу развитие в Байкальске туризма. В рамках особой экономической зоны «Ворота Байкала». Тем более что Министерство экономического развития РФ согласилось на включение в состав турзоны Байкальска и других территорий Слюдянского района. В сентябре оно даже подготовило проект соответствующего постановления. А правительство Иркутской области во главе с губернатором Дмитрием Мезенцевым даже предлагает развивать турзону в первую очередь в Слюдянском районе, а уже потом на других участках побережья Байкала. Так что перспектива создания в городе туристического центра не выглядит туманной.

Вдобавок к туристическим объектам эксперты предлагают создать в Байкальске и научно-исследовательский центр. «Следующий шаг в постиндустриальную эпоху заключается в том, что научная деятельность, сопряженная с Байкалом и байкальским регионом, сама станет существенной организующей силой», — заметил Вячеслав Глазычев. Хотя сам эксперт и замечает, что такую модель развития Байкальска еще необходимо разработать.

Экологическая общественность в значительной степени разделяет такую позицию относительно будущего города. Недоумение вызывают только разговоры о запуске БЦБК. Например, «Байкальская экологическая волна» 12 октября отправила письмо директору Центра Всемирного наследия ЮНЕСКО Франческо Бандарину письмо, в котором сказано, что возобновление работы комбината перечеркнет все начинания по развитию туризма. Посему, считают экологи, правительству РФ нужно напомнить об исполнении обязательств по охране Байкала и убедить его в том, что запуск БЦБК недопустим. Более того, нужно разработать программу закрытия комбината и рекультивации загрязненной за годы его работы территории. А это даст новый импульс развитию Байкальска. В противном случае, опасаются в «Байкальской экологической волне», все усилия по сохранению города и Байкала, на берегах которого он стоит, окажутся тщетными. А само озеро вполне может лишиться статуса объекта Всемирного природного наследия.

Напрасные ожидания

Председатель первичной профсоюзной организации БЦБК Александр Шендрик полагает, что пытаться реанимировать комбинат не нужно. Дело в том, что при выпуске небеленой целлюлозы предприятие будет терпеть убытки — до 40 млн рублей в месяц, а выпуск более дорогой беленой целлюлозы запрещен законом, поскольку при нем в Байкал будут напрямую сбрасываться сточные воды предприятия. Если запускать БЦБК только для временного трудоустройства байкальчан, то ежемесячно на одну зарплату потребуется около 30 млн рублей. «Проще выплачивать людям деньги — будет 10 миллионов экономии», — заметил наш собеседник.

А слухи о скором запуске БЦБК, по его мнению, скорее негативно влияют на жителей Байкальска. Например, из-за них прекратили сборы бывшие работники комбината, которые собирались уехать из города после закрытия предприятия. Они вместе с другими байкальчанами с надеждой ожидают запуска БЦБК и возврата на свои рабочие места. А ожидание это вполне может оказаться напрасным.

Мнение Александра Шендрика разделяет и сопредседатель Иркутской региональной общественной организации «Байкальская экологическая волна» Марина Рихванова.

Она убеждена, что запустить комбинат без нарушения закона о защите озера Байкал попросту нельзя. Во-первых, фактически на предприятии не действует замкнутый водооборот, и промышленные стоки попадают в почву под предприятием, а оттуда — в само озеро через грунтовые воды. Во-вторых, на работающем предприятии сжигают отходы производства — лигнин, что также запрещено законом. Поэтому, полагает Марина Рихванова, в Байкальске необходимо развивать альтернативные производства. Например, по розливу воды — такое предприятие уже существует в городе, его можно было бы расширить. «Если приложить государственные возможности, можно вообще перевести Байкальск на новые рельсы», — заметила она.

Метки:
baikalpress_id:  29 824