Свой своему поневоле брат

Спектакль "Братья и сестры" знаменитого режиссера Льва Додина — в Иркутске

Художественный руководитель и директор МДТ Лев Абрамович Додин очень уважаем и почитаем в театральном мире. Причем не только в российском, но и в мировом масштабе. Уважение к нему — отчасти заслуга почтенного возраста и многолетнего постановочного опыта. Однако главное — это безусловный режиссерский талант и доходящий до самых экзотичных проявлений и форм профессиональный перфекционизм. Додин всегда очень тщательно подходит к подбору литературного материала и кастингу актеров, очень кропотливо готовит каждую постановку, доводит всю труппу до предела человеческих возможностей многочасовыми, а иногда и многолетними (!) репетициями, а для пущей аутентичности и сыгранности состава может подвергать актеров самым изощренным испытаниям. И именно поэтому большинство его театральных работ, как правило не сходящих со сцены годами, как минимум носят звание выдающихся, а как максимум — легендарных.

И вот один такой «легендарный спектакль Льва Додина» МДТ привез в Иркутск. Этот проект идет на разных подмостках уже без малого четверть века, в актерском составе с 1985 года было всего 8 (!) замен, а в спектакле занято более 30 человек! Мало того, сам спектакль состоит из двух частей — по три часа каждая, которые представляют зрителю в течение двух вечеров подряд. Основой для постановки послужили романы прозаика Федора Абрамова, повествующие о тяжелых послевоенных годах в российской деревне.

Не могу даже представить себе, насколько мощным и даже шокирующим было воздействие этого самого по себе достаточно дистиллированного и лакированного (по сравнению с тем же близким по жанру Астафьевым) произведения на публику в премьерном для него 1985 году. Однако сейчас, когда время обиняков и экивоков безвозвратно ушло, этот по-своему непримиримый спектакль выглядит как едва ли не сентиментальная зарисовка, уже, наверное, даже пастораль из жизни «советского колхоза». Где все конфликты поданы в приемах блатной истерики, где актерская игра феерична и безупречна (а местами даже вдохновенна), где некоторые сцены (в основном массовые) просто гениальны. Однако во всем этом присутствует неумолимый сладковатый запах тления.

Рабская жизнь советского колхозника в любой трактовке не может допускать полутона и нюансы. Это тот черно-белый материал, который превращается либо в обвинительный вердикт, либо в очередную серию «Кубанских казаков». И нет тут ничего третьего. Любая другая позиция мгновенно из драматургической или, упаси Господи, гуманистической превращается в лучшем случае в антропологическую. А то и в зоологическую. Про пауков в банке слышали? Ну вот приблизительно похоже...

Оправдание существованию этого спектакля есть только одно. И вряд ли когда Лев Абрамович его кому-то или где-то озвучит. Просто ему по-человечески нравится материал. Нравится своеобразная проза Абрамова, нравится собственное видение и воплощение любимого текста, нравится то, как по-хорошему «выдрессирован» актерский состав. Как отдельное произведение искусства постановка «Братьев и сестер» доведена до абсолютного совершенства. И Додин элементарно боится ее смерти, все оттягивая и оттягивая неизбежный финал закрытия спектакля. Однако весомость этого по-человечески понятного решения пасует перед таким неумолимым понятием, звучащим по-немецки как «цайт гейст», или дух времени. Это именно та составляющая, которая в данный момент напрочь отсутствует в произведении Додина. Нет, я говорю не о духе того времени, о котором ведет речь повествование. Я говорю о нашем времени. Времени, когда истошный апокалиптический финальный вопль одной из главных героинь «Люди, ну что ж вы делаете?!» трогает не больше, чем осипший петушиный всхлип с заднего сиденья маршрутки «Остановите, пожалуйста!», начисто перекрываемый завыванием «Радио Шансон». Спектакль умер. Может быть, пора его с надлежащими почестями похоронить и сделать что-нибудь новое и не менее легендарное?

Метки:
baikalpress_id:  11 800
Загрузка...