Настоящая подруга Линда Маккартни

Собаку Катя завела на следующий же день, как ушел Владик. Пока он методично, он все всегда делал методично, собирал свои шмотки, Катя думала только об одном — быстрей, быстрей, в смысле, быстрей бы закончился этот день. А Владик копался до вечера, выспрашивая Катю, где черный свитер, почему не вижу красную майку. И не забывал наставлять Катю на будущую жизнь: ты обязательно должна похудеть, ты совершенно не умеешь одеваться, ты плохая хозяйка, ты не умеешь зарабатывать деньги. Ты транжира.

У тебя в жизни нет смысла. Ты человек без цели. А когда наконец Владик свалил из квартиры, в которой он прожил пять лет, целеустремленно свалил к другой женщине, предположительно худой, умеющей как раз одеваться и заработать деньги. Не говоря уже о том, чтобы правильно их тратить — на Владика! Очевидно, красавице. Положенных пятидесяти килограммов молодого веса. Все женщины должны весить пятьдесят килограммов, остальные — жиртрест. Про эту женщину Катя знала только одно — что она совершенство. От таких, как Катя, всегда уходят к таким, как эта женщина. Имен никто не назвал. Остальное можно додумать.

Когда Катя заговаривала о том, что хорошо бы им собаку, мечтала с детства и т. д., Владик визгливым голосом орал про шерсть по всему дому, ободранные обои, изжеванную обувь и аллергию. Когда Катя пыталась вякнуть, что есть на свете еще и гладкошерстные псы и что аллергия на собак — это миф для отмазки своей нелюбви к животным, Владик замыкался и молчал так неделю. Это был его излюбленный и проверенный способ Катиного воспитания. Катя потому и сдавалась сразу. Не любит Катя скандалы, даже такие — молчаливые.

Линду она увидела первой в ряду собачников, Линда посмотрела на нее строго, в отличие от других славненьких, вызывающих умиление, сюси, пуси. Когда Катя подошла ближе, Линда заворчала. И в ее ворчании Катя услышала нотацию: где ты была так долго, ждешь тебя, ждешь. В собачьем паспорте Катя четко вписала в графе имя собаки: Линда Маккартни. Ну да, в честь жены сэра Пола, лохматая и узкая, с таким же уклоном в вегетарианство. Потому что кусок курицы или мяса Линда жевала с мучительной гримасой, как лекарство, а вот морковку, капусту и прочие овощи-фрукты наворачивала как заправский братец Кролик. Сестрица. Но это уже потом — когда Катя начала потихоньку разбираться с характером своей новой жилицы.

Сначала был кошмар. Кате хотелось высокого страдания, чтобы смотрела она печальными глазами в окно, а рядом на диване, уткнувшись мордой ей в руку, лежала бы умная собачка и вздыхала в унисон. Чтоб сумерки, негромко по телику что-нибудь изысканное — концерт симфонической музыки, черно-белое кино, Италия, неореализм, деликатный звонок подруги — ты как там? И чтобы Катя задушевно в ответ — нормально, сейчас уже лучше. Но начнем с того, что никакого смирного лежания собаки не получалось. Линда жила своим графиком, никакого режима. И к концу воскресенья, за два дня интенсивного общения с собачкой, Катя была вымотана настолько, что кляла себя за глупость решения взять собачку.

Она принеслась на работу, выждала там начальницу, поминутно взглядывая на часы и высчитывая, сколько еще Линда продержится без внимания, взмолилась об отпуске, кстати, законном. Начальница разразилась речью про бестолковых, которые как балласт на шее трудового коллектива и т. д. Никаких отпусков. Только без содержания, и еще на дом работу. И чтоб сроки. И без всяких там оплат. Потому что работу Катя должна была сдать еще неделю назад. И, может, стоит подумать о соответствии занимаемой должности... Это уже вслед убегающей Кате.

А собаку держать — это дорогое удовольствие. Чтоб по правилам. Насчет даже самого необходимого. И еще ветеринар! Катя и не догадывалась о том, сколько стоит одно посещение собачьей больнички, одна консультация, прививки. Плюс витамины, капли в нос, глаза, уши, таблетки от паразитов. Развивающие игрушки, ошейник, поводок, шампунь, кондиционер. Катя стояла с пакетом собачьего приданого и вспоминала, что рождение дочери выходило дешевле, не в такую копеечку.

Вот теперь и про дочь. Дочка ведь у Кати имелась, самостоятельная девица. Которая не приняла Владика совершенно и этим обстоятельством — что у матери шашни — была чрезвычайно оскорблена. Ей казалось чем-то непристойным то, что мать живет с этим... младше на девять почти лет, в этом уже была какая-то стыдоба. Ладно бы объект был, а то ведь этот... Владик. Позоруха. После полугода постоянных истерик Ира ушла к бабушке, как раз вот Катиной матери. А потом поступила, только благодаря бабушкиным стараниям, в институт, старания — это проплаченные репетиторы и выжимание денег из папани. Каждый месяц вой по всей округе. Но что делать, если ребенок при живой матери — сирота.

Надежда только на отца — это ему бывшая теща. Так что, если хорошо подумать, Катино бегство в нереальность романа для Иры обернулось денежной помощью. Ведь отец Иры сто лет назад ушел от них, и, понятное дело, ему было не до дочечки с ее планами насчет получения высшего образования за его денежки. Но бывшая теща грамотно вела беседы и старалась осторожно пробудить в человеке дремлющее отцовство. В нем как раз и пробудилось нечто, похожее на возмущение, под эту песню и давались денежки. Потом он даже втянулся. Когда платят — тогда и ценят. Дети для родителей — как сберкнижка, для очень умных родителей. Этот умноженный капитал — та же ярмарка тщеславия. Кто-то из мужиков вкладывает в юных побрякушек.

Чтоб проволочь молодуху по бульвару, да по кабакам в дорогих шмотках, да в машинке — смотрите, мужики, сколько у меня бабок, если хватило такую цацу прикупить. А Ире повезло больше, папаня ее был если не из богатых, то из трусливых. Такие вряд ли решаются веселить округу прогулками с ровесницами дочери. Ритуалы и традиции. Не хотелось, чтоб вслед крутили пальцем и смеялись. Мужик с молодой девахой — какой-то все-таки проблемный. Пусть потом и заявляют отважно, что им все завидуют, никакой тут зависти, а одна сплошная жалость, как к больному, и сострадание. А потом и помаленьку недоверие к его мозгам. Это как минимум.

Та же схема и с Катей. Когда Катя связалась с молодым мужиком, причитание родственников и знакомых стояло громкое: баба сбрендила на старости лет. Притом что была как все, а теперь — посмешище. Это, собственно, уже и ответ насчет Катиных подруг, которые при других обстоятельствах могли бы позвонить и поинтересоваться. Подруги как раз с появлением в Катиной жизни Владика испарились. Ой, ой, конечно, ревность, как же. Особенно когда начали открывать ей глаза. Потом сама Катя решила, что ни к чему столько чувств. Какое чувство дружбы, если все силы уходят на чувство любви. Вот она — первая капитуляция.

Так что к моменту появления Линды Маккартни у Кати никого, кроме этой самой Линды Маккартни, и не было. Все давно пристроены, начиная с дочери Иры. Катина мама каждый день перезванивается с родней отца Иры. То обстоятельство, что Катя давно разошлась с этим мужем, не имело никакого значения, потому что дочь разошлась, но Ольга Викторовна продолжала свое общение с зятем. И кто ее обвинит, что зять при этом дает деньги? Ведь только он и заботится теперь о родной бедной Ирочке, если у ее матери с мозгами туго. Ну и что имеем? Все дивно устроились и без Кати. Кое-кто — дочь Ира и мать Ольга Викторовна, правда, позванивали.

Но чтобы с торжеством заявить о своей правоте. Каждый раз одно и то же — сама виновата, тебе все говорили. И кому теперь лучше от того, что все вокруг умные, а Катя дура. Таким образом, только Линде Маккартни оказалось до лампочки, что Катя живет без цели в жизни, что у Кати лишний вес, что Катя не умеет одеваться. Линду как раз устраивали Катины свитеры, которые так славно трепать за вытянутые рукава, если у Линды появлялось желание поиграть. А что касается лишнего веса, то при новом режиме питания, овощи-фрукты, Катя вдруг сделалась какой-то поджарой, совсем как ее собака. Еще ведь и физкультура, это если посчитать, сколько кругов они с Линдой наматывают по округе за день.

Так что получатся одни плюсы. А самое главное — Линда Маккартни учила хозяйку чувству собственного достоинства. Это когда тебе окружающие насчет твоей неземной красоты, а Линда пройдет, даже ухом не пошевелит, ах, какая собачка. За человека Линда признавала только Катю, причем вот так — считая ее не божеством и начальником стаи, а кем-то, кто нуждается в Линдиной заботе. И строго следила за тем, чтобы Катя не попадала в смешные и нелепые ситуации. Это касается дяденек, которые появляются время от времени в жизни одиноких тетенек с отдельной жилплощадью.

Линда выдерживала положенные по протоколу час-полтора, спокойно лежала у ног хозяйки, деликатно позевывая. А потом подходила к надоевшему гостю и строго смотрела в глаза — проваливай, поздно уже. Если товарищ не понимал, она хватала его за брючину и волокла в сторону прихожей. А там уже с улыбкой умиления смотрела, как дяденька шнурует свои пыльные баретки, приветливо помахивала хвостом. До новых, мол, встреч. И как Катя ни пробовала с Линдой договориться — бесполезно. Таких собак ничем не проймешь — ни чесанием за ушком, ни кусочком морковки.

У нас, знаете ли, режим, товарищ, да и вам пора. Вас, видать, детки заждались и жена. Слышишь, товарищ, жена ждет? Так чего ты тут ошиваешься? А когда дяденька отбывал, Линда хвалила хозяйку за послушание коротким тычком морды в ладонь. Молодец. Все правильно делаешь. А то учить тебя, учить. Линда давала Кате возможность развлечься без последствий. В пределах приличий беседа, легкий ужин, чай и прохладительные напитки, и, Боже упаси, никакого спиртного, еще чего не хватало, чтобы интеллигентная женщина хлебала водяру или другое какое пойло. У Линды и на этот счет были свои проверенные методы — смахнуть лапой со стола бутылку, а на возмущенные вопли гостей улыбнуться широкой улыбкой. Зубки там прямо сахарные. Роскошные такие зубки, пасть — капкан на медведя.

И носик Линда умеет чуточку морщить. Ну, какие вопросы, господа? А никаких вопросов, тем более что все господа в Париж уехали. Так что, понятное дело, никаких таких сомнительных знакомств и бестолковых компаний у Кати скоро уже и не собиралось. Никаких таких подруг, которым пересидеть надо со своими кавалерами, которые на кабак жмутся, и лучше так — незатейливо, под приятную беседу у простодушной хозяйки. Зато тишина и покой воцарились в Катином доме. Чтение книг и просмотр черно-белых фильмов. Италия. Неореализм. Иногда — симфоническая музыка. Хорошая спокойная жизнь для одинокой женщины, которая уже столько нагородила в жизни, что самое время посидеть в тишине и подумать.

И теперь что касается Владика. Чтоб закончить тему Владика в жизни Кати. Потому что невозможно нормально читать страницу книги, если ты не выяснила, что написано на предыдущей, и не перевернула ее. Так вот Владика же потянуло по местам боевой славы! Это как раз понятно, не то что преступник возвращается на место преступления, хотя мотив тот же, здесь проще все. В новой жизни Владика, как в любой жизни, возникали естественные проблемы, и Владик однажды вспомнил, что была такая Катя, которая для него все, ничего взамен, в отличие от нынешней Марины Сергеевны.

Что Марина Сергеевна все-таки с претензиями, а Катя без претензий, а наоборот — сплошной восторг и обожание. И Владик взял и зарулил по старому незабытому адресу. Набраться там любви впрок. Только там насчет любви ничего не вышло, потому что был Владик мгновенно покусан Линдой, сразу же, как только замаячил в дверях. Линда, главное, его предупредила довольно внятно — убедительным рычанием. Глухой бы понял по этому морщинистому сразу носу и сахарной улыбке.

А смущенная Катя еще лепетала насчет как неожиданно, не ждала, не убрано, угостить нечем, чепуху несла. И главное, все у нее там нормально убрано, и угостить было чем. Только Линда не дала ей мусолить слова, унижающие женщину, Линда сразу объяснила незваному гостю, что вас тут, мужчина, не стояло. Так что пришлось Владику потом новые джинсы покупать, за что ему был хороший нагоняй от Марины Сергеевны, потому что так штаны рвать — никакой одежды не напасешься, и на хозяев этой собаки надо в суд подать. Это когда Владик рассказал, что какой-то пес на него в подворотне напал. Так что и у Владика отбило охоту для ностальгического нудежа.

А то, что она настоящая подруга, Линда Маккартни еще не раз доказывала Кате. Вот хотя бы то, что она Катю пристроила замуж. Да все просто. Выбрала Линда на прогулке песика посимпатичнее, и хозяин при нем — приличный человек. И Линда с ловкостью настоящей свахи и устроила знакомство. И все довольны. И все счастливы. И всем дело нашлось, особенно хорошо Катя со своим будущим мужем сдружились, когда Линдиных щенков пристраивали в хорошие руки. Это очень важно — выбрать собаке настоящего хозяина. Хотя тут как сказать — кто там кому хозяин. Потому что пока всему выучишь этих хозяев... И еще — самое поразительное то, что к щенкам Линда Маккартни допускала только Катину дочку Иру, только ей разрешалось брать Линдиных деток на руки и шептать им ласковые слова в их сонные и недовольные мордочки.

Метки:
baikalpress_id:  46 329