Что стоит за тремя буквами?

Еженедельник «Пятница» уже несколько лет следит за ходом глобального эксперимента под названием ЕГЭ. Его девятую годовщину мы решили отметить крупной дискуссией и пригласили на круглый стол авторитетных экспертов — сторонников и противников единого экзамена. Кстати, найти в Иркутске людей, которые бы приветствовали ЕГЭ, оказалось непростой задачей. Сказать слово в защиту ЕГЭ согласились только сотрудники Департамента образования Иркутска. За что им отдельное спасибо. Выходит, что вступиться за единый госэкзамен — это по сегодняшним временам практически подвиг? Подробно о ходе увлекательной дискуссии читайте сегодня в «Пятнице».

ЕГЭ — это дискриминация

— Так почему не утихают страсти вокруг ЕГЭ? — с этого вопроса ведущего начался круглый стол в «Пятнице». — Почему нарастает сопротивление? Первыми в атаку пошли ярые противники ЕГЭ.

— Я думаю, что сопротивление вполне естественное, — заявил Антон Романов, — и оно будет нарастать. Задача наших реформаторов — уничтожить советскую школу как матрицу общества, перевести ее на новые рельсы. Им не нужен человек цельный, гармоничный, творческий, им нужен потребитель, которым можно манипулировать. Убежден, что реформа школы с введением ЕГЭ нанесет России больше вреда, чем уничтожение нашей промышленности. После войны мы восстановили народное хозяйство за пять лет, но если сейчас уничтожат школу, которая была лучшей в мире, мы ее уже никогда не восстановим. Владимир Буханцов поддержал депутата цитатой из статьи известного писателя Сергея Минаева: «В современном социуме тупой потребитель выгоден всем, начиная от корпораций и заканчивая государственными органами власти».

— Вот что такое этот эксперимент с ЕГЭ, — многозначительно заключил Владимир Буханцов, — это действительно попытка полнейшей стандартизации. Я не хочу такого общества, но нас туда ведут! И я считаю, что этому нужно давать юридическую оценку. Хотя Верховный суд РФ недавно подтвердил законность ЕГЭ, но коммунисты и «Справедливая Россия» подали иск в Конституционный суд, ведь нарушается Конституция РФ, 7-я статья которой говорит, что Россия — это демократическое государство. Но нашего мнения никто не учитывает. Вы посмотрите — все против ЕГЭ! Я вообще не знаю людей, которые были бы за. Демократии здесь нет. Попираются и другие статьи Конституции. В частности, нарушается право пожилых людей, хотя закон отвергает дискриминацию людей по возрасту. Может быть, я хочу всю жизнь переучиваться. У спикера Миронова — девять дипломов о высшем образовании! А здесь вообще перекрывается всякая возможность развиваться... Цель ЕГЭ — сформировать серую массу и выделить крохи элиты, чтобы застолбить им место. Чтобы натаскивать детей как собак Павлова.

Александр Малов напомнил, что идеологи ЕГЭ долго всех уверяли, что совмещение выпускного и вступительного экзаменов продиктовано якобы заботой о здоровье юношества и что ЕГЭ — это объективная оценка работы как школы, так и ученика. Но все эти доводы представляются ему несостоятельными.

— Я считаю, что объединение выпускного и вступительного экзаменов в один тест абсурдно, потому что у них разные цели. Школа дает общее представление о науках, а вуз отбирает тех, кто может учиться дальше. Поэтому тестирование по этим позициям делается во всем мире раздельно и разными ведомствами. Сейчас мы имеем убогих студентов-первокурсников с хорошими баллами по ЕГЭ и вынуждены их отчислять, потому что учиться они не могут.

Страсти надуманные?

Слово взяли сторонники ЕГЭ.

— Может, парадоксально звучит, — заметила Валентина Бужигеева, — но ЕГЭ — это неплохой инструмент для защиты ребенка от некачественного образования. Очень неплохой! Потому что нельзя учителю самому учить и самому выставлять оценку своему труду. Должен быть внешний аудит, как в любой другой системе. ЕГЭ — это внешняя экспертиза полученных знаний: качественных или нет. Это инструмент, который помогает это определить. Я считаю, что страсти, которые кипят, в большинстве своем надуманные. Мы ежегодно, как только был введен ЕГЭ, проводим целую серию родительских собраний в каждом округе... В первые годы было очень много вопросов, тревог, волнений.

В последние годы собрания спокойно проходят, без истерии, без надуманных обвинений. Абсолютно спокойно и штатно. Потому что это данность, которую нужно принять. Зачем спорить о действующем законе?!

Бурную реакцию вызвала заключительная ремарка Валентины Алексеевны, которая предложила коллегам не идеализировать советскую школу. Апологет советского строя Антон Романов в ответ произнес небольшую, но пламенную речь во славу всеобщего обязательного среднего образования, при котором каждый ребенок в СССР, независимо от финансовых возможностей родителей и места жительства, имел возможность получить высшее образование. Владимир Буханцов в подтверждение привел фамилии выдающихся людей: академика Михаила Янгеля, Юрия Гагарина, Валентина Распутина, вышедших из рабоче-крестьянской среды и сумевших благодаря своим способностям достичь мировой славы. С такими аргументами поспорить трудно!

Однако Екатерина Шмидт привела доводы не менее убедительные. Кстати, Екатерина уже много лет преподает историю в лицее ИГУ, и ее выпускники показывают неплохие результаты. Один мальчик, победитель всероссийской олимпиады, даже получил максимальные сто баллов!

— Девять лет мои ученики сдают ЕГЭ, и первые годы я была категорически против такой формы экзамена, как раз принимая во внимание все аргументы, которые приводят коллеги. История — гуманитарная дисциплина, уровень владения которой крайне сложно проверить с помощью теста. Но, когда во втором выпуске мои не самые лучшие ученики, сдав ЕГЭ, получили возможность поступить на бюджетные места нескольких высших учебных заведений, я увидела определенные плюсы для детей. И еще важное замечание: разговоры о том, что с введением ЕГЭ не ушла коррупция, для меня не аргумент. У нас милиция не всех преступников ловит, но это не повод отказаться от правоохранительных органов.

Я работала с детьми, и для них сдать один общий экзамен гораздо проще, чем сдать два разных экзамена. И наконец, по поводу обвинений в необъективности ЕГЭ. Ни разу у меня не было такого, чтобы ребенок занимался на пятерки, а ЕГЭ сдал очень плохо. В среднем — кто как учился, тот примерно так и сдал. Хотя было и наоборот. Два ученика, которые гениально писали тесты, — наверное, у них интуиция хорошая, — получили на ЕГЭ прекрасные баллы. Был случай, когда мальчик всего за полтора месяца серьезной подготовки сумел сдать экзамен на 87 баллов. Он захотел сдать и сдал. И теперь он учится в московском вузе. Все зависит от мотивации.

По поводу многочисленных упреков, что в результате введения ЕГЭ обучение превратилось в натаскивание, Екатерина Шмидт сказала, что занимается с детьми так же, как и раньше, просто немного другая технология подготовки. Концепцию ЕГЭ поддержала и Нина Введенская, которая, однако, признала, что страсти вокруг единого экзамена существуют.

— Сегодня нам это было наглядно продемонстрировано в ходе дискуссии. Я тоже училась в советской школе, 25 лет преподавала в сельской школе. А сегодня волею судеб я работаю в Департаменте образования и по долгу службы втянута в орбиту ЕГЭ. Первое время у меня — человека, прошедшего советскую школу, ЕГЭ, как все новое, естественно, вызывало отторжение. Потому что есть диалектический закон отрицания отрицания... Думаю, возможно, пройдет какое-то время, и взамен ЕГЭ придет что-то другое, и все будут поминать ЕГЭ как манну небесную. Меня, как бывшего учителя, волнует вопрос не самого ЕГЭ как формы, а результаты ЕГЭ. Вот это следует сегодня обсуждать! Плохо учимся и некачественно учим. Надо искать ответы на вопрос: как перестроить сознание учителя и, конечно, сознание будущего гражданина страны?

Обучать на тестах нельзя

Алексей Петров поделился своими впечатлениями от чтения блогов, посвященных ЕГЭ. В них пишут о многочисленных изъянах в самих тестах, их несовершенстве. Например, история России сведена к заучиванию дат, а роль учителя — к компьютеру. И другой практический просчет в едином экзамене: допустим, человек хочет быть востоковедом и учит китайский язык. Но ЕГЭ по китайскому языку не существует. Получается, что шансы стать востоковедом — не у тех, кто знает китайский, а у тех, кто хорошо сдал математику и английский. В дискуссию включилась Людмила Рябова, которая, кстати, тоже знает технологию сдачи ЕГЭ, несколько лет назад она возглавляла предметную комиссию по русскому языку.

— Первая волна неприятия ЕГЭ была связана с непониманием. Но девять лет — это достаточно большой срок. Однако страсти не утихают! Трудно найти сегодня людей, которые всецело поддерживают ЕГЭ. Более того, я знаю людей, которые изначально поддерживали единый экзамен, но теперь ушли в стан противников. Далее она обратила внимание на очень важный момент: ЕГЭ касается всего общества. И если не понятны цели и задачи реформы, то, естественно, будет непонимание, отторжение.

— Когда объявили о начале эксперимента, абсолютно не учитывались условия, в которых работает учитель. А государство от него требует хороших результатов. Конечно, учителя не будут приветствовать ЕГЭ. Учитель — самый несчастный человек в этой ситуации, потому что он не видит перспектив и отдаленных последствий, а спрос весь с него. Я думаю, что перспективы страшные, потому что приходящие в вузы выпускники не могут строить развернутую монологическую речь. Я постоянно слышу от вузовских преподавателей, что студенты отвечают только короткими репликами, на уровне бытовой речи, SMS-сообщений. С моей точки зрения, ЕГЭ — это очень плохо!

Хотя, по мнению эксперта, не все претензии к единому экзамену справедливы. В частности, категорическое неприятие тестов.

— Я могу определенно сказать, с помощью тестов проверить знания можно! Задания по русскому языку сделаны прекрасно, они позволяют проверить знания, умения, навыки, речевое мастерство. Но русский язык — это своего рода математика. Он поддается тестированию и даже показывает результаты: русского языка сегодняшние выпускники не знают! И учителя будут против ЕГЭ еще и потому, что это каждому приговор. Другой аспект: на тестах человека нельзя обучать. Понимаете, когда перед учителем и учеником стоит задача сдать тесты, они и будут готовить тесты. То есть искать отгадки к загадкам. Вместо того чтобы постигать суть вещей, вникать в проблему, в логику развития фактов и явлений — мыслить и излагать эти мысли. Образование заменяется примитивным натаскиванием. Именно поэтому, на мой взгляд, переложению в тесты не поддаются литература, история, обществознание.

Антон Романов с удовольствием подхватил тему методов обучения и стал развивать ее в своем любимом обличительном ключе.

— Раньше у нас была школа классического университетского типа, которая отличалась целостным видением мира. Все изучалось в системе: от простого к сложному. В результате ученик проходил все этапы развития человечества, вбирал в себя культуру. А сегодня нас натаскивают на тесты, которые завтра забудутся и в жизни никогда не пригодятся. Школу строят как фабрику человеческой массы. Из нее должны выйти граждане, которые умеют послушно нажимать на кнопки и быть хорошими потребителями. Не создавать, а потреблять! Вспомните, раньше к телевизору всегда прилагалась принципиальная схема, потому что это было рассчитано на творца, рационализатора... А сейчас в инструкции написано, на какие кнопки нажимать. А если что-то не работает, отдайте в сервисный центр. Фактически человек становится потребителем, он садится в машину, даже не зная, как она работает. Нажимает на клавишу ПК, не зная, что такое полупроводник.

Депутат посетовал, что цель нынешней реформы образования — произвести замену культурного ядра нашего общества, изменить сам тип общества и человека. А ЕГЭ напрочь убивает в школьниках индивидуальность, полет творческой мысли, умение думать, полемизировать, рассуждать.

— Раньше у нас была связь вуза и школы, — поддержал профессор Малов, — сейчас все разорвано. Учителя оценивают по количеству баллов, полученных его учениками. Но поймите, приходят в вуз люди с высокими результатами ЕГЭ, поступают, а потом выясняется, что они не могут учиться. Идут к завалу. Страшно то, что вуз не может отбирать абитуриентов.

Людмила Рябова с этими высказываниями полностью согласилась.

— Отобрать студентов можно только одним-единственным способом — поговорить с этим человеком. ЕГЭ — это не способ отбора. Смотрите, сегодня первокурсники, поступившие по результатам единого экзамена, на три головы ниже. Они никакие... Понимаете, можно в школе чего-то не выучить, но при этом быть способным к интеллектуальной деятельности. Вуз отбирает себе тех, кто способен учиться! Поэтому ректор МГУ Садовничий насмерть стоит против ЕГЭ. Его прижимают изо всех сил, а он сопротивляется...

— Трагедия ЕГЭ в том, что в этой системе не нужны творческие люди, — с прискорбием резюмировал Владимир Буханцов, — стандартизированный экзамен способствует дальнейшему понижению интеллектуального уровня, люди не умеют мыслить, думать, системно работать. Те, кто затеял ЕГЭ, совсем не учитывают, что образование — это ведь еще и культура, это передача знаний от учителя к ученику. Учитель имеет право на ученика, как и ученик — на учителя.

Сфальсифицировать нельзя, но говорят, что можно

Ведущий развернул полемику в практическое русло, предложив обсудить, помог ли ЕГЭ справиться с коррупцией, с подтасовками результатов.

— В Интернете я наткнулся на массу блогов, — рассказал Алексей Петров, — в которых выпускники делятся историями о том, как им или их знакомым удалось обойти систему защиты ЕГЭ. Вот одно любопытное сообщение от некоей Галины: «Сегодня утром в своем банке узнала от сотрудницы, у которой сын сдает ЕГЭ по русскому, что в школе № 17, город Сергиев Посад, половина класса оплатили результаты ЕГЭ по этому предмету, чтобы получить положительный результат». Кстати, Сергей Комков, президент Всероссийского фонда образования, недавно сказал, что в этом году «уровень коррупции при поступлении в вузы может достичь пяти миллиардов долларов». Как это возможно и можно ли доверять чистоплотности чиновников при вынесении оценки за ЕГЭ?

Владимир Буханцов сразу же эмоционально воскликнул, что о подтасовках всем давно известно: учителя сами помогают заполнять тесты, результаты продаются. Александр Малов добавил, что сегодня уповать на секретные сейфы, компьютерные коды не имеет никакого смысла — если есть хакеры, которые с легкостью взламывают базу ЦРУ, банков, то о невозможности повлиять извне на результаты ЕГЭ даже говорить не приходится.

— Технологию сдачи ЕГЭ придумывают двести человек, а как ее обдурить — думают миллионы. И они ее обдурят! При нынешних технологиях это ерунда! — Раньше, когда я возглавляла предметную комиссию, — поделилась опытом Людмила Рябова, — ни у кого не было возможности как-то повлиять на результаты ЕГЭ. Но это не значит, что нельзя смухлевать вообще. Думаю, что тот, кто стоит на раздаче работ и кто подает итоговые цифры, может это сделать. Что касается школьников, то в эти дни во время сдачи ЕГЭ они все звонили учителям, родителям, репетиторам — прямо с экзаменов. В нашем изощренном обществе сфальсифицировать результаты можно элементарно...

— Я не могу отвечать за другие города, — возразила Екатерина Шмидт, — но я знаю, как это происходит у нас. Мои ученики сдают ЕГЭ в другой школе. Они там никогда не учились, они никого там не знают, они даже не знают расположения туалетных комнат, куда можно подложить шпаргалку. Конечно, есть вероятность сговора с учителями этой другой школы. Но как?! Ведь рассадку они узнают только в день самого экзамена. Заранее договориться с человеком невозможно, и в аудитории сидят чужие, незнакомые учителя, которые тоже узнают о месте проведения экзамена в последний момент. Единственное, на что можно опереться, это технические средства связи. Но как можно воспользоваться телефоном в аудитории, где сидят десять человек, которые внимательно смотрят, чтобы у соседа в кармане ничего не пикало и пальцы на клавиатуре не лежали. Я не представляю, как в нашем городе можно фальсифицировать результаты ЕГЭ. — Можно, уверяю вас, — парировал неистовый Владимир Буханцов, но секрета, как это делается, он так и не открыл.

Отменить или подкорректировать?

Итоговый вопрос стоял так: что делать с ЕГЭ? Вовсе отменить и вернутся к старой схеме или все-таки довести до ума? Валентина Бужигеева, несмотря на довольно жесткие доводы оппонентов, сказала, что никаких оснований для отмены нет.

— Не надо драматизировать ЕГЭ! Это всего лишь проверка базового уровня подготовки. Интеллект, талант — все они проверяются на олимпиадах, других творческих конкурсах. Возможность проверить творческие способности ребенка также дает часть С (это творческая часть: в тестах по русскому языку — небольшое эссе, по математике — задача, по истории — аналитическое исследование). В этом году к нам в Иркутск приехали представители МГИМО, которые провели свое пробное тестирование, чтобы выявить талантливых детей. И десять человек они отобрали. И еще очень важно, что ЕГЭ — это все-таки защита от некачественного образования. А, к сожалению, нашему учителю, выросшему на процентомании, проще поставить ученику тройку, чем заниматься с этим ребенком. К тому же результаты ЕГЭ никак не влияют на оценку в аттестате, кроме обязательных русского языка и математики.

— Пушкин точно бы не получил аттестата и не поступил в литинститут! — вырвалось у Владимира Буханцова.

— Обучайся Пушкин в Литинституте, он, может быть, и не стал бы Пушкиным, — ответила Валентина Алексеевна, — к тому же сегодня выпускнику достаточно получить тройку — и поступай в любой вуз.

Нина Введенская к ответу на вопрос «Быть или не быть?» подошла с позиций человека, умудренного большим опытом. Она сказала, что однозначного ответа сегодня не прозвучит. Впрочем, она усомнилась в возможности отмены ЕГЭ.

— Вряд ли будет отход назад. Обратной дороги нет. Возможно, должны меняться какие-то подходы, технологии проведения, совершенствоваться содержание с учетом изменений федерального государственного стандарта...

Однозначно за ЕГЭ высказалась Екатерина Шмидт, по ее словам, несомненным достоинством экзамена в форме теста является его объективность.

— Есть документ, и его можно оспорить. Это очень важно, если мы идем к построению правового государства. Это должно стать неотъемлемой частью нашей жизни.

Владимир Буханцов, напротив, абсолютно уверен, что ЕГЭ рано или поздно отменят.

— В Финляндии у всех высшее образование без ограничений. Почему их пример не взять?! В Германии после гимназии все поступают в университеты без всяких экзаменов. У них нет такого, чтобы кто-то определял за человека — учиться ему или нет. Определить может только сама жизнь! Адвоката может определить только тот, кто к нему обращается. Я уверен, что в нормальной системе непрерывного образования места для ЕГЭ нет.

— Ничего не существует изолированно, — подвела общую черту Людмила Рябова, — ЕГЭ — это не только механизм проверки, это ключевая деталь в системе образования, от которой зависит работа всего механизма. Реформу образования можно сравнить с ремонтом дома. Разумный хозяин начнет с фундамента. Фундамент в школьном образовании — это программы, учебники, материальная база школы и зарплата учителя. С этим не решено. Школа, как важнейший государственный институт, находится в бедственном положении. А мы затеяли ремонт крыши! Сегодняшний ЕГЭ — это здание на песке. Кто же будет им доволен?

Кто участвовал в дискуссии?

* Валентина Бужигеева, заместитель начальника Департамента образования Иркутска;

* Антон Романов, депутат ЗС;

* Людмила Рябова, кандидат филологических наук, доцент;

* Александр Малов, профессор, доктор физико-математических наук;

* Екатерина Шмидт, начальник отдела общего образования Департамента образования Иркутска;

* Владимир Буханцов, кандидат исторических наук, доцент кафедры социально-экономических дисциплин ИГУ, член политсовета партии «Справедливая Россия»;

* Нина Введенская, главный специалист отдела общего образования Департамента образования Иркутска.

* В роли ведущего выступил Алексей Петров, президент клуба молодых ученых «Альянс», кандидат политических наук.

Обсуждение продолжается

Уважаемые читатели «Пятницы», родители выпускников, преподаватели школ и вузов и просто люди с активной жизненной позицией! Дискуссия не заканчивается, мы приглашаем вас высказывать свое мнение на страницах нашего еженедельника. Вы можете позвонить в редакцию (27-28-28), прислать электронное (friday@pressa.irk.ru) или бумажное письмо (Иркутск-9, а/я 82).

Метки:
baikalpress_id:  29 569