Кто такие психологи

«У вас есть недостатки? Есть проблемы? Есть внутреннее беспокойство? Если да, тогда вы годитесь в психологи», — утверждает кандидат психологических наук, член-корреспондент Международной академии психологических наук, доцент кафедры социальной психологии факультета психологии Иркутского государственного университета Сергей Анатольевич Бышляго.

Дар понимания

— Вам, похоже, Сергей Анатольевич, придется сегодня отдуваться за всех своих коллег. Вот, пожалуйста, первое письмо от Марины Ильиничны из Иркутска: «Кто такие психологи? Мне кажется, что сейчас среди них почти нет настоящих профессионалов, исключение составляет только ваша рубрика в газете «Пятница». Зато остальные — какие-то шарлатаны, смесь астрологов, предсказателей и цыганок. Потому что то, что я вижу по телевизору, ни в какие ворота не лезет: какая-то малявка с накрашенными глазами может с умным видом учить пожилых людей, как им себя вести, а говорит какие-то банальности. Или вообще за психологов работают переодетые артисты — это же видно. В смутные времена люди всегда вот так к гадалкам кидались, чтобы узнать свое будущее. Одно время был еще в эфире доктор Курпатов, а потом его почему-то убрали с экрана».

— Уважаемая Марина Ильинична, вы знаете, а я ведь совсем не собирался становиться психологом. Моя основная специальность — патологоанатом. А потом была еще работа земским врачом. Ведь психолог — это не просто название профессии, психолог — это призвание, я бы даже сказал, судьба. А называться можно разными именами, но быть можно только самим собой. А что касается того, что вы видите вокруг — шабаш всякого рода мракобесов под названием «консультации психологов», то, как говорил про подобное мой учитель профессор психиатрии доктор Жмуров: «99% экстрасенсов и людей, заявляющих, что они знают о человеке «все», — это как раз наши пациенты». И степень определения профессионализма специалиста-психолога, к которому вы обращаетесь, всегда остается за вами. Путь в психологию у всех разный: кто-то уже со школьной скамьи умеет просчитывать и понимать поведение другого человека, а кому-то необходима целая жизнь, чтобы начать разбираться в азах профессии. Самое главное — то, на что нацелен и ориентирован человек.

Специалист, который берет на себя обязанность установления неких стандартов, определения пути, должен обладать как минимум стопроцентной ответственностью за то, что он говорит. Ведь ему верят! В медицине есть правило: не навреди. В психологии это правило должно быть усилено во сто крат, потому что слово материально, оно как снаряд, который может совершить такие сокрушительные действия с такими страшными последствиями... Поэтому психологом, я думаю, нужно родиться. Это как способности, дарование — есть музыкальное, есть художественное, а есть дар понимания других людей, если хотите, сочувствия. Таким способностям нельзя научить: либо они есть, либо их нет.

Свет клином

Наталья: «Я всегда думала, что разговор с психологом — это разговор по душам с близким человеком, пока однажды беда не заставила обратиться к нему. И на собеседовании слышала только одно — деньги, деньги и деньги. Сколько это будет стоить, а сколько это. Никакого доверия такое отношение не вызвало. В любой момент вам такой врач скажет: «Все, время ваше истекло, нужно доплатить». Какая-то любовь за деньги получается».

— Да, Наташа, любовь за деньги — это, конечно, понятно, это четко, ясно и предсказуемо. Но вопрос о степени затраченных усилий и, так скажем, стоимости оплаты психологических услуг для конкретного человека в Российском психологическом обществе поднимался не один раз. А судьи кто? Где стандарты? Кто является адвокатом не то что ваших жизненных проблем и трудностей, просто усилий психолога-специалиста? Как и в чем измерить то, сколько, допустим, специалист потратил сил и знаний на своего клиента?

Вопрос об оплате ваших услуг, господа практикующие психологи, до сих пор остается открытым, нормативов пока не существует. Это хорошо в ГИБДД, там есть определенные стандарты, в работе специалистов психологической помощи подобных стандартов нет. Каждый практикующий психолог формирует свою сетку оплаты, свой прейскурант и свой отчет градации напряженности потраченных усилий. И одно надо знать, Наташа, если вам не помог один специалист, то помогут где-то в другом месте. Свет клином не сошелся на товарищах, о которых вы написали, есть государственная структура, есть факультет психологии Госуниверситета и лаборатория социальной психологии Госуниверситета, которые готовы принять вас, не считая денег в вашем кошельке.

Человек — система

Вера: «У меня в жизни случилось большое разочарование — муж мне стал изменять. Я обратилась за поддержкой к психологу, и она два дня подряд рассказывала мне историю про своего мужа, а в результате посоветовала мне тоже завести любовника. Я к ней больше не пошла, хотя заплатила вперед за весь курс, зато в результате от ее «лечения» мне еще хуже стало. И это помощь?»

— Вера, я думаю, что в редакции вам скажут, как со мной связаться. Понимаете, помощь либо есть, либо ее нет, либо есть только имитация помощи с приложенным бланком стоимости за неоказанные (!) услуги. Поймите раз и навсегда: если в ответ на вашу просьбу о помощи вам сразу предлагают обширный прайс со стоимостью психологических услуг, то это не помощь, это фальсификация и обман. Есть конкретный человек, которому плохо, и специалист должен думать только о том, как сделать так, чтобы человеку стало лучше, ведь мы же встречаемся лицом к лицу, смотрим в глаза друг другу, а не так происходит — встречаются некий человек и непонятно какая система. В соотношении «человек — система» человек всегда проигрывает. В психологии есть такое понятие, как персонификация, и от вас, Вера, требуется четкое понимание того, что вам помогут. Очень жаль, что мои коллеги так вас разочаровали.

Жили неплохо

Людмила: «Дают ли психологи клятву Гиппократа?»

— Нет, Люда. Я в 1990 году, когда окончил мединститут, давал клятву Гиппократа, а психологи эту клятву не дают. Этот вопрос очень сложный, хотя по своему опыту преподавания с 1993 года я понимаю, что фактически клятва Гиппократа в работе практикующего психолога некоторым и не понадобится, потому что в психологии из каждой сотни выпускников фактически остается работать человек 5—7, не больше. Вот это и есть те люди, для которых, собственно, и читался весь курс на протяжении пяти лет. Они знают, чего хотят, они знают, что такое помощь людям. Они просто взрослые люди, ну а все остальные пусть решают другие задачи — свои, мам, пап и прочих, даже не осознавая того, зачем, собственно, они учатся в учебном заведении.

Причем, Люда, эта статистика — она не просто иркутская, я могу ее подтвердить данными из статистики немецких университетов, в частности Кильского, и Гранадского в Испании, потому что там жил и работал. Поэтому и вопрос об уровне и качестве помощи, которую вы, собственно, хотите получить, зависает в воздухе. А вы знаете, Люда, что мы, в смысле Российская Федерация, по количеству психологов находимся на третьем месте после КНР и США. И вы представляете, в советские годы, когда нас было 260 миллионов, психологов было всего 5000 специалистов. И ведь жили как-то неплохо, но, возможно, вопросы такие серьезные — как выжить — не возникали. Возможно, таких времен не было. Все может быть.

Первые тридцать секунд

Ольга: «По каким критериям нужно правильно выбирать себе психолога? Чтобы действительно помог и не выбрасывать деньги на ветер. Ведь лицензия на работу — это еще не все?»

— Выбирать психолога, Оля, нужно только по одному принципу: нравится — не нравится, человек сам должен почувствовать, насколько тот или иной психолог соответствует его представлениям о специалисте-психологе, насколько этот специалист при первых секундах контакта вам симпатичен. Если в течение первой встречи у вас возникает какое-то противоречие, недоверие, возникают какие-то сомнения, то это не то что не ваш психолог, это вообще не ваш человек.

Это происходит потому, что все, как мне кажется, в человеческих взаимоотношениях определяется правилом Меграбяна: «Сто процентов информации о человеке воспринимаются в первые 30 секунд контакта». Этот процесс разделяется на три составляющие. 55% — это то, что мы можем непосредственно наблюдать в поведении другого человека: как он одет, как двигается, как входит в помещение, как выходит из него и т. д.; 38% — это то, как он говорит: тембр голоса, высота звука, скорость, уверенность либо робость в голосе. И всего лишь 7% составляет сам текст, то, что мы, собственно, говорим, содержание речи. Значит, по большому счету практическая психология представляет собой науку о форме, а не о содержании речи. Оля, мы можем говорить полную чушь, но с чувством, с толком и расстановкой, и тогда нас воспримут как серьезных специалистов по любому вопросу.

Свяжитесь с редакцией

Надежда: «Есть ли бесплатные консультации? Оказывают ли психологи помощь бесплатно? Или только за большие деньги?»

— Надежда, свяжитесь с редакцией, и мы посмотрим, что можно сделать.

Собственные проблемы

Антон: «Как стать хорошим психологом, например как вы, Сергей Анатольевич?»

— Антон, определитесь лучше, чего вы хотите в жизни. Как говорил Ницше, каждый ученик должен предать своего учителя, иными словами, превзойти его. Для того чтобы определить свой путь, нужно очень спокойно все обдумать — а надо ли тебе все это? За внешней безмятежностью часто кроются многие капканы. Все не так гладко, Антон, как может показаться, ведь психологами становятся не от хорошей жизни, как правило, психологами являются люди с серьезными личными проблемами, и в психологию идут такие же.

Представьте, Антон, что вы — Альфред Адлер, у него куча физических и психических недостатков, и, пытаясь преодолеть их, он создает целую научную теорию — теорию компенсации. Антон, а у вас есть недостатки? Есть проблемы? У вас есть внутреннее беспокойство? Тревога? Если есть, тогда вы годитесь в психологи. В психологию приходят люди неспокойные, особенно с проблемами, как ни странно, собственной психики, психологом не может быть человек самоудовлетворенный. Психолог — это человек, который решает собственные проблемы путем сопоставления их с проблемами клиентов. Вот так.

Не дай Бог, прокурор

— В каких случаях, Сергей Анатольевич, действительно следует срочно обратиться к специалисту-психологу, а в каких можно запросто обойтись своими силами?

— К специалисту нужно обращаться, когда вы хоть чуть-чуть уже наметили проблему и когда вы хоть примерно знаете, чего вы ищете — это во многом определит результат помощи, за которой вы обратитесь. Не обращаются к психологам люди, которые не задумываются ни о чем, у таких людей и проблем-то не существует. Самое главное, я понял это на собственном опыте, что в 80% случаев к психологу обращаются те люди, у которых решение их проблем уже появилось так или иначе, им нужен только последний толчок, последнее подтверждение тому, что они двигаются в нужном направлении. А если проблемы нет, тогда и психолог не нужен — значит, у человека действует хорошая система психологической защиты. Хотя все когда-то аукнется, поверьте мне, если проблемы нет, т. е. если вы ее не осознаете в данный момент, то в будущем вам может потребоваться уже не психолог, а нечто более серьезное — психиатр или, не дай Бог, прокурор.

Уважаемые читатели «Пятницы»!

У вас есть возможность заказывать темы следующих бесед

с психологом Сергеем Бышляго. Ждем ваших предложений и вопросов

по адресу редакции или телефону 27-28-28.

Метки:
baikalpress_id:  11 026