Батюшка-археолог

Священнослужитель из Бурятии собрал коллекцию раритетов, подобных которым нет ни в Москве, ни в Петербурге

Священник тарбагатайской старообрядческой церкви отец Сергий Палей создал при храме музей. В прошлом году за это ему даже присвоили звание «Заслуженный работник культуры Республики Бурятии». За два года существования музея кого здесь только не было! И питерские музейные работники, и московские, и иностранцы, и президент Республики Бурятии. В музее собраны уникальные экспонаты: рукописные книги семнадцатого века, утварь и одежда старообрядцев восемнадцатого-девятнадцатого веков. А еще черепа буйвола, шерстистых носорогов, зубы и кости мамонта. Все эти ископаемые относятся к доледниковому периоду, когда на территории Забайкалья цвели магнолии, росли папоротники в человеческий рост, а средняя температура воздуха была выше, чем сейчас в Анапе.

Ключи от колодца

Двадцать лет назад будущий священник Сергей Палей решил обосноваться с семьей в старинном старообрядческом селе Куйтун в Бурятии. Ему выделили место для строительства дома на окраине села, на улице, которая когда-то была самой богатой. В тридцатых годах всех семейских (так называли себя старообрядцы в Забайкалье. — Авт.) с этой улицы вывезли в неизвестном направлении, а их дома раскатали по бревнышку.

— Мне выделили участок, на котором когда-то стояли три семейские усадьбы, — вспоминает отец Сергий. — Сколько я копал на этой земле, столько находил разные интересные предметы. Нижние лиственничные венцы трех усадеб нашел. Это были большие старинные дома-связи, состоявшие из двух отдельных домов, разделенных горницей. С конца тридцатых годов на месте разрушенных усадеб устроили свалку. А в Куйтуне еще до революции было двенадцать мельниц и пятнадцать кузниц. Представляете, сколько старинного кованого инструмента я находил?

На строительстве собственного дома Сергей нашел столько предметов старинного быта, что они составили основу коллекции. И тогда же Сергей Палей подумал о создании музея старообрядчества.

Амбарные, трубные и антирелигиозные

Общаясь со стариками, интересуясь, как тот или иной предмет из его коллекции назывался и для чего был предназначен, Сергей все больше узнавал о роковых для старообрядцев тридцатых годах. В то время по старообрядческим селам ходили бригады комсомольцев. Зачастую это были свои же, молодежь из бедных семей. Молодых людей из семей состоятельных высылали куда подальше. Хотя, казалось бы, куда уже дальше-то? Старообрядцы и так в семнадцатом веке расселились на самой границе с Монголией. Антирелигиозные бригады смотрели, у кого есть иконы и книги, отбирали их. Поэтому верующие староверы собирались по ночам, чтобы отпеть покойника или окрестить младенца, по ночам же служили литургию и великие праздники, меняя каждый раз дом для молитвы.

Комсомольские бригады разделялись на амбарные и трубные. Трубные бригады смотрели чердаки: не спрятано ли какое богатство на крыше, за печной трубой. Амбарные все больше лазили по амбарам, извлекая из них «частную собственность».

— Вот эти жернова я откопал совсем недавно, — делится радостью отец Сергий. — В Куналее на Краснояре живет такой дед — Яков Федотыч. У него во дворе под амбаром были закопаны ручные жернова. Он сказал, что еще его отец спрятал их, чтобы комсомольцы не нашли.

Оказывается, дед Федот, отец Якова, на своих ручных жерновах тайком молол муку для своих соседей. Не у каждого были деньги, чтобы смолоть на мельнице. А с соседом можно было рассчитаться молоком или парой яиц. Но кто-то, скорее всего, из своих же соседей, заявил в сельсовет на деда Федота. Явились «амбарные» и отобрали жернова. Тогда дед Федот закопал под амбаром последние, маленькие ручные жернова и молоток для отбойки камня.

— Только как ты их один-то будешь вытаскивать? — спросил Яков Федотович Сергея. — Мы их вдвоем кое-как туда упрятали. А доставать-то труднее будет. — Ой, не знаю, откуда у меня только силы взялись! — рассказывает отец Сергий. — Я как увидел их, так обрадовался, что махом наверх вытянул! И молоток тоже. Спасая свое имущество, староверы пытались спрятать его подальше от людских глаз. И лежало оно в тайных схронах десятилетиями.

— Совсем случайно я нашел механизм водяной мельницы, спрятанный в селе Надеино в зимовье. Просто от старости крыша зимовья прогнила и провалилась, и там оказался этот старинный механизм. Я два раза крутанул ручку, и он сломался. Старый очень оказался, — говорит отец Сергий. — Там же, в Надеино, я нашел на сеновале засыпанные трухой, чтобы не сгнили, телегу на деревянном ходу (все — и оси, и колеса — сделано из дерева) и кожемялку. Если бы все это вытащили «трубные», отняли бы с концами.

Сарафаны и кички

Когда-то по этим местам шел Великий шелковый путь, и к старообрядцам попадали самые красивые китайские и монгольские ткани. Старообрядческие жены носили на головах кичку — старинный женский головной убор, который был особо моден при царе Алексее Михайловиче, отце Петра Первого. После раскола в церкви одежду староверы сохраняли долго, как и веру. Хотя в 1936 году вышел указ, запрещающий носить сарафаны и кички, а также веровать в Бога. Но одежда сохранялась в сундуках, как и вера в душе.

Сейчас у отца Сергия собраны старинные кички и яркие, почти не тронутые временем, атласы — старинные, из китайского шелка шали с кистями, расшитые павлинами и розами. Сарафаны, запоны (фартуки), кички, атласы, курмушки (теплые женские куртки), мужские и женские халаты, шубы на лисьем меху — весь старообрядческий гардероб в полном объеме представлен в музее священника.

Лучше, чем в Москве

Как-то семейские ездили в Москву, побывали в историческом музее и поделились своими впечатлениями с батюшкой:

— Отец Сергий, у вас вот целая голова буйвола, а в Москве — всего лишь одна половина с одним рогом, а описания на этого буйвола — целая комната! Голову доисторического буйвола с двумя рогами и два черепа шерстистых носорогов, а также зубы мамонта и кости священник отец Сергий откопал в соседнем овраге.

— После сильных ливней кости эти сами обнажаются, — рассказывает отец Сергий. — И еще у меня есть примета: если я захожу в овраг и он холодный — ничего не найду. А если из оврага повеет теплом, значит, можно браться за лопату.

Удачливости отца Сергия многие завидуют. У него действительно нюх на клады. А по-моему, он просто очень внимательный и увлеченный человек.

— Вот в прошлом году копали мы в огороде картошку с сыном и матушкой, — рассказывает отец Сергий. — Вдруг мимо меня пролетела картошка с чем-то зелененьким. Я полчаса искал ее в куче картофеля. И нашел! Оказалось, к клубню прилипла медная монета — четверть копейки образца 1843 года! Моя матушка говорит: «Ну и везет же тебе!»

Монеты отец Сергий собирает с детства, в его коллекции и медные, и серебряные, и бумажные деньги. Но это все не капитал, а музейные экспонаты. Редкие находки теперь сами ищут встречи с отцом Сергием: у него в коллекции есть кованые весы 1848 года, которые реагируют даже на два грамма; а еще пряничница с двуглавым орлом 1895 года, сработанная к приезду цесаревича Николая, будущего императора Николая Второго. Но самые древние экспонаты, безусловно, это кости мамонтов и носорогов. Кстати, о носорогах...

— Это у меня батька и мамка, — гордится своими раскопками отец Сергий. — Мамка, та, что поменьше, найдена была в соседнем овраге, а батька лежал неподалеку. Все черепа целые, хорошо сохранились даже зубы. Черепа шерстистых носорогов имеют внушительную длину — около метра, и вес достаточно солидный, больше тридцати килограммов каждый.

Божья Матерь в выгребной яме

— Чутье у меня на находки, — рассказывает священник. — Я так долго, почти полжизни, занимаюсь раскопками и поисками экспонатов, что мне кажется, они уже сами меня находят.

Однако самые неожиданные и ценные находки в его биографии — это, конечно, иконы. Бывшие комсомольцы и те, кто раскулачивал в тридцатых годах, используют древние иконы в хозяйственных нуждах — как крышки для засолки капусты, например.

— А вот эту Казанскую Божью Матерь я нашел... в выгребной яме, — рассказывает батюшка. — Зашел тут к одному бывшему комсомольцу, вижу, что-то блестит у ямы, куда он помои выливает. Поднял за краешек — оказалась икона в медном окладе, семнадцатый век.

Другую икону, Феодоровской Божьей Матери, изрубленную топором, он нашел в семье сельских пьяниц. Вот так, по крохам, собирает расточенное богатство отец Сергий. Все найденные иконы теперь украшают единственный в Тарбагатае храм.

Откуда старообрядцы в Забайкалье

Тарбагатай, село в Бурятии, центр Тарбагатайского района, в 52 км к юго-востоку от Улан-Удэ. Мимо тарбагатайских лесов и степей 350 лет назад проплывал протопоп Аввакум. Через 100 лет эти места стали вторым домом для его последователей-староверов. Они оказались здесь не по своей воле. Во второй половине XVIII века по решению Екатерины II их насильственно переселили сюда из Польши, Белоруссии и Украины.

Их ждал неведомый край, суровая Сибирь, нетронутые земли. Первая партия старообрядцев прибыла в Иркутск в декабре 1756 года. А в январе—феврале следующего, 1757 г., староверы были отправлены из Иркутска в Забайкалье. Другая группа в составе 824 человек в 1765 году была поселена недалеко от Верхнеудинска (Улан-Удэ) в селах Тарбагатай, Куйтун, Куналей, Десятниково и Бурнашево, где уже прожи

Метки:
baikalpress_id:  29 064
Загрузка...