Чудеса Тарбагатая

В старообрядческой церкви, заново отстроенной в Забайкалье после семи десятилетий богоборчества, стали совершаться чудеса

Священник древлеправославной церкви села Тарбагатай отец Сергий Палей рассказал корреспонденту Пятницы о том, как на его глазах совершаются чудеса. После крещения заговорил без запинки четырехлетний мальчик, который сильно заикался до этого. Женщина, умершая от инсульта, после отпевания начала меняться на глазах. Когда искали воду для храма, она забила в алтарной части будущей церкви. Эти и многие другие чудеса отец Сергий объясняет тем, что после семи десятилетий надругательства над церковью простые люди снова стали возвращаться к христианской вере.

Как нашли крест

Старинное село Тарбагатай до тридцатых годов двадцатого века считалось центром Забайкальского старообрядчества. Здесь, в одном селе, действовали одновременно пять церквей, здесь же жил епископ старообрядческой древлеправославной церкви владыка Афанасий. Беда пришла к старообрядцам в тридцать шестом. Всех священников и епископа расстреляли, церкви разграбили и раскатали по бревнышку. Вокруг Тарбагатая на вершинах окрестных гор стояли поклонные кресты, которые срубили топором и сожгли. Прошло много лет. Отношение к церкви и вере сильно изменилось.

Первое чудо, которое произошло у всех на глазах, — чудесное обретение воды. Дело в том, что единственный в Тарбагатае храм решено было построить на возвышенности.

— У всех соседей вода находится на очень большой глубине, — рассказывает настоятель храма отец Сергий. — Где-то двенадцать-тринадцать метров глубина колодцев на высоком берегу реки Тарбагатайки. Мы приготовились к тому, что бурить надо будет очень глубоко. Решили пробурить скважину в алтарной части храма. И что же вы думаете? Не успели мы пройти первые метры, как вода вытолкнула на поверхность бурильную трубу! Прямо в алтаре у нас забила вода, и никакое бурение не понадобилось.

Немного времени спустя отец Сергий захотел восстановить поклонный крест в окрестностях Тарбагатая. Ему вызвались помочь четверо сотрудников туристической фирмы «Глобус» из Иркутска. Добровольцы приехали в Тарбагатай со всем необходимым инструментом. Подняли на гору доски, сколотили крест и стали искать место, где его установить.

— У горы Ильинской нет определенной вершины, — рассказывает отец Сергий. — Ее хребет очень пологий и длинный, несмотря на то что сама гора достаточно высокая. И вот я стал, глядя снизу в бинокль, искать примерную середину этой горы, где было бы лучше всего установить крест. Наконец нашел, как мне показалось, самое лучшее место (без инструментов и замеров, просто определил на глаз). Я сказал ребятам по сотовому: «Копайте здесь!» И они начали копать. Каково же было удивление иркутян, когда, откинув лопатами первые сантиметры земли, они наткнулись на высеченную в скале площадку. В ней было круглое отверстие, в котором, в свою очередь, были найдены полусгнившие останки прежнего креста. Это было то самое место, на котором стоял поклонный крест до 1936 года!

— Один из иркутян, некрещеный молодой мужчина, был так поражен, что, спустившись, попросил, чтобы я надел на него крест, — рассказывает отец Сергий. — Он видел, что точность была невероятная: пятьдесят сантиметров влево или вправо — и крест было бы не найти. Мужчина сказал: «Я не христианин, но вера ваша крепкая!»

Ребенок перестал заикаться

— Крестил я как-то четырехлетнего мальчика из соседнего села, — рассказывает старообрядческий батюшка. — Ребенок настолько сильно заикался, что выговорить чисто ни одного слова не мог.

Зато родные научили его материться. Как только скверное слово сказать — у него все получается, а другие слова нет. Он и в церкви не переставая матерился. Когда священник спросил, чья же была идея окрестить ребенка, родные честно признались, что это был бабушкин указ. Она сказала: «Берите ребенка и везите к батюшке. Надо крестить пацана, а то он у вас так и будет всю жизнь заикой!» Кончилось все это тем, что ребенка привезли на крещение. А обряд этот у старообрядцев довольно суровый: воду берут из колодца, студеную, не подогревают ее. И крестят, троекратно погружая в воду с головой.

— Я его три раза окунул в купель, он глаза на меня вытаращил с испугу, а я ему говорю: «Будешь еще материться, я тебя снова в холодную воду опущу!» Он головой замотал, что не будет, — вспоминает батюшка то крещение. И самое главное — мальчик с испугу все матерные слова забыл и заикаться перестал. Теперь его родители стали в церковь ходить. И когда приезжают, рассказывают, что он всем, кто матерится, ладошкой рот прикрывает и говорит: «Нельзя материться! Батюшка не велел!»

Преображение покойницы

Жила в соседнем селе Десятниково очень набожная женщина. Она часто ходила в церковь, не пропускала ни одной литургии и еще пекла у себя дома просвирки для храма — служила просвирней.

Однажды она поехала в Улан-Удэ, по дороге у нее случился инсульт. Пока привезли в больницу, пока в реанимацию — время прошло, и ничего сделать уже было невозможно. Женщина скончалась. Но перед смертью она попросила, чтобы ее обязательно отпел тарбагатайский батюшка. Потому что у них в селе церкви нет.

— Когда мы приехали ее отпевать, она лежала в гробу совершенно черная, — рассказывает матушка Валентина. — Такими обычно бывают покойники, умершие от инсульта. Видимо, кровь сворачивается под кожей, и поэтому они чернеют.

Обряд отпевания у староверов длится около пяти часов. Священник очень долго читает поминальные молитвы, крестит землю, в которой потом похоронят покойника, и вообще старается как можно тщательнее провести этот обряд. Так что люди, которые приезжают из города, удивляются тому, что так долго отпевают. В городе в некоторых церквах этот обряд длится не дольше пятнадцати минут, а то и меньше. В селе покойников, слава Богу, не так много, и батюшка никуда не торопится.

— Когда прошло приблизительно часа четыре, все вдруг стали замечать, что чернота отступает, — рассказывает матушка Валентина. — А к концу обряда кожа на лице и руках женщины стала белоснежная, как у молодой девушки, а на щеках заиграл румянец. Губы тоже стали очень яркими, как будто их накрасили. Родственник покойной, опоздавший на отпевание, увидел в гробу просвирню и изумился. «Зачем же вы ее так накрасили?» — спросил он, совершенно уверенный в том, что умершую от инсульта женщину загримировали, чтобы она была такой красивой. Когда он услышал, что никто ее не трогал, еще больше удивился.

— И еще интересно, — рассказывает отец Сергий, — когда я читал над ней Евангелие, она шевелила губами. По крайней мере, такое впечатление создавалось. Не я один, многие это видели.

Богохульцы наказаны

По словам староверов, чудеса, связанные с верой в Бога, происходили в Тарбагатае и окрестных селах и раньше. Именно тогда, когда в роковых тридцатых сверху поступило приказание уничтожить все церкви и расстрелять священников, среди местного населения нашлось немало желающих взяться за это «революционное» дело. В Большом Куналее, старинном старообрядческом селе, славившемся своим богатством и твердой верой, нашелся богоотступник, который вызвался открыть мастерскую по изготовлению мебели из... святых икон.

Из больших старинных образов Божьей Матери, святого Николая и Вседержителя делали двери, в свинарниках стелили полы, чтобы по ликам святых ходили свиньи, даже мостили тротуары, по которым, говорят, никто и не ходил. Люди проклинали этих вероотступников, и поэтому до наших дней никто из них не дожил. «Они умерли от человеческой ненависти», — рассказывают старожилы. Был случай на Пасху, когда с храма снимали кресты и скидывали с колокольни колокола. Мужик, напившись ради такого случая, шел и бахвалился перед народом:

— Что, видели, как я ваши колокола скинул? То-то! А то говорят: «Бог есть!» Вот ежели он есть, дак пусть и накажет меня! Что? Где он, Бог-то ваш? Нету?! — глумился мужик, посягнувший на святыню.

А через три дня он шел по улице и увидел, что его сын едет на колхозной полуторке. Он ему махнул, шофер остановился, и мужик лихо заскочил на подножку машины. Никто и не понял, что случилось в следующий момент... Машина настолько близко прошла от телеграфного столба, что раздавила мужика насмерть.

Метки:
baikalpress_id:  28 999