Война закончилась?

В понедельник президент Дмитрий Медведев объявил об окончании военных действий Российских вооруженных сил в Южной Осетии. Обычным россиянам, далеким от войны, сложно разобраться в том, каковы были настоящие причины операции.

Могло быть меньше жертв

Мы побеседовали с председателем Иркутской общественной организации ветеранов Афганистана Виктором Бабкиным, подполковником военной авиации в отставке, на тему: почему Россия решилась на такой шаг?

— Несомненно, я поддерживаю решение нашего президента оказать военную поддержку Южной Осетии, — говорит Виктор Бабкин. — Мы не могли остаться в стороне от того кошмара, который грузинские войска устроили на территории этой республики. К тому же в огне артобстрелов гибли наши ребята-миротворцы. Одно это обстоятельство полностью оправдывает ввод наших войск в Южную Осетию.

— Так ли неизбежна была военная операция?

— У меня, как у человека военного, есть несколько вопросов по этому поводу. Во-первых, я не верю, что наша военная разведка не знала о готовящейся агрессии со стороны Грузии. Даже перед Великой Отечественной войной наши разведчики с точностью до часа называли время перехода фашистских войск через советские рубежи, а здесь, мягко скажем, ситуация была менее значительная. Конечно же, действия Михаила Саакашвили сейчас принято называть вероломными, но и возможности у нашей разведки, повторяю, очень широкие.

Во-вторых, для меня остается загадкой, почему военные действия шли так долго на столь малой территории. И это с нашим высокоточным оружием, позволяющим наносить удар по отдельно стоящему танку с огромного расстояния. Я с полной уверенностью говорю, что нашей армии было по силам за несколько часов уничтожить все армейские подразделения грузинских войск в Южной Осетии и не допустить массового кровопролития среди мирного населения этой республики. А война длилась несколько дней, и нам сообщалось о каких-то там сложностях. Думаю, у понимающих людей это вызывало как минимум недоверие.

— Почему действия российских военных в Чечне официально называли то антитеррористической операцией, то Чеченской кампанией, но не войной, а события в Южной Осетии сразу были названы настоящей войной?

— Потому что боевые действия наши солдаты проводили за пределами наших границ. Ведь Южная Осетия официально все еще входит в состав Грузии. Как только вооруженные солдаты заходят на территорию другого государства, это называется войной.

— В те дни в Приангарье, да и в других регионах России нашлось немало людей, готовых отправиться на южно-осетинскую войну в качестве добровольцев. У вас не возникало такого желания?

— Лично я придерживаюсь мнения, что воевать должны действующие военные. Они для этого и существуют. А к людям, бьющим себя в грудь кулаком и рвущимся на войну, я отношусь с подозрением. Разве эти люди не понимают, что наша армия в их помощи совершенно не нуждается? В нашу организацию в дни военных действий в Южной Осетии обращались подобные граждане, и мой ответ был однозначным: если хотите повоевать, идите служить контрактниками в Чечню.

— Как вы думаете, ограничится ли Россия своей победой в Южной Осетии?

— Трудно делать какие-либо прогнозы по этому поводу. Конфликт с Грузией — высокая политика, и способ выйти из этого кризиса, вполне вероятно, известен только руководителям самой высокой ступени.

Метки:
baikalpress_id:  9 969