Свет розовой горы

Увидев фотографии Непала в Интернете, иркутянин решил во что бы то ни стало побывать там

Иркутянин Петр Болданов, бывалый путешественник, только что вернулся из Непала. Он брал с собой профессиональный фотоаппарат со штативом и без устали снимал местные типы. На его снимках — весь Непал, пестрый, колоритный, узнаваемый. Лицо носильщика, дети мельника, перепачканные в муке, и его старая мать, завернутая в сари, йог-шиваист, домики-лоджи в кустах цветущего рододендрона. А еще — буддистские монастыри и монахи, бесконечные снежные вершины, яки и горные дороги, выложенные камнем. Надо очень остро чувствовать красоту этого мира, чтобы делать такие емкие по смыслу и яркие по цвету фотографии. Выставка Петра Болданова «Намасте, Гималаи!» откроется пятого ноября в Доме-музее Рогаля.

Картинки в Интернете

А началось все с того, что, листая фотографии Гималаев в Интернете, фотохудожник и путешественник Петр Болданов наткнулся на вершину, поразившую его своей красотой. Это была знаменитая гора Ама-Даблам — «Мать всех богов», снег на которой был розовым от лучей восходящего солнца... Она так понравилась Петру Болданову, что он скачал фото из Интернета и повесил его у себя над кроватью. Давно известно, что если очень-очень чего-то хотеть, то можно добиться. И Петр Николаевич все-таки собрался с силами, взял с собой друзей — друга детства Виктора Филиппова, альпинистов Валерия Попова (чемпиона СССР по технически сложным маршрутам), Анатолия Аксенова и Алексея Пономарева — и отправился в Гималаи. Наметили на карте маршрут, оформили загранпаспорта и вылетели самолетом до Москвы, оттуда в Катар и дальше в Непал.

— Буддисты ни один перевал, ни одну гору не оставляют без дарственных флажков с молитвами. Однажды я видел, как между двумя сопками был натянут шнур, а на нем развешены цветные флажки с молитвами, — рассказывает Петр Николаевич. — У каждого дома можно увидеть высокий шест, на котором развевается молитвенный флаг. Утро у непальцев начинается с того, что они возжигают ароматные курения, дом и двор обходят с благовонной палочкой. Дома у непальцев обычно сложены из камня, крыша покрыта рисовой соломой. Но в предгорьях Гималаев, в долине Дудх-Коси, где живут шэрпы (небольшая горская народность), дома покрыты каменной черепицей.

— Шэрпы — необычайно трудолюбивый народ, — рассказывает Петр Николаевич. — Они достают плоские валуны из реки и обтесывают их, чтобы камни были толщиной не более пяти сантиметров. Потом снизу, из лесных предгорий, несут на себе можжевеловые бревна. Это очень крепкие деревья, и они служат стропилами на крыше, на эти бревна укладывают валуны. Еще иркутянина заинтересовал тот факт, что непальцы очень любят большие деревья. Каждое могучее дерево с толстым комлем обложено каменной кладкой. На этих рукотворных каменных террасах непальцы отдыхают в тени и медитируют. Они могут целый день провести под таким деревом.

«Потер» Карма

Носильщика и провожатого русские путешественники нашли в одной деревушке. Им оказался тридцатидвухлетний Карма, очень общительный, приветливый и необычайно выносливый. «Потер», или носильщик, Карма знал все альпинистские и туристические маршруты и мог с закрытыми глазами привести к месту назначения.

— Мы общались на английском, и он понемногу рассказывал нам о себе. Так мы узнали, что его дочь учится в Индии, а сын — в Америке, — рассказывает Петр Николаевич.

Шэрпы, как и большинство непальцев, буддисты, поэтому мясную пищу они не употребляют. Наших путешественников кормили вареным рисом, политым подливом из гороха или чечевицы, на местном наречии это называется «долбат».

— Пища очень вкусная, но, когда одно и то же каждый день, быстро надоедает, — признается Петр Николаевич, — поэтому иногда мы варили что-нибудь «наше». Например, сварили борщ из пакета и добавили туда остатки сала. Карма попробовал наше кушанье и произнес: «Рашен суп — карашо!»

Карма поражал всех своей выносливостью. Хотя все шэрпы худощавые, они могут носить на себе тяжелые грузы и даже подниматься с ними в горы.

— Очень много в тех местах могил японских туристов, по буддистскому обычаю их могилы увенчаны ступами. На некоторых есть имена и фамилии и даже фотографии, — рассказывает Петр Николаевич. — У них, видимо, мало времени, поэтому они никогда не отдыхают. Альпинисты же все грамотные, они обязательно день-два стоят на новой высоте, чтобы организм акклиматизировался.

А туристы считают, что могут и так, без передышки пройти заданный маршрут. Поэтому очень часто умирают прямо на тропе. Конечно, в Гималаях есть и русские захоронения. Так, наши иркутяне видели могилу известного альпиниста Башкирова, погибшего на восхождении. Кислородное голодание начинает ощущаться уже на высоте пять тысяч километров. Когда человек двигается, он использует какие-то другие ресурсы — кислород поступает через кожу, с движением кровотока по телу. Но когда все укладываются спать, наступает настоящее кислородное голодание.

— Человек начинает испытывать очень сильное беспокойство, организм не понимает, что происходит, и уснуть никак невозможно. С нами шли ребята-альпинисты, они хотели подняться на шеститысячник и в проводники попросили нашего Карму. Он пришел их будить в четыре утра, весь обвешанный веревками, а они сказали: «Нет, не пойдем, слишком устали. Всю ночь не могли заснуть». Карма только улыбнулся.

Энергетическая пища

В Непале вас никогда не накормят вчерашней пищей — нет такой привычки. Наши этого не знали и однажды, увидев, как непальцы едят треугольные пирожки с картошкой, попросили и им такое приготовить.

— Ждем пять минут, десять, не несут пирожки, — рассказывает Петр Николаевич. — Я решил пойти на кухню посмотреть, что они там так долго. Прихожу — а они только картошку моют на пирожки. Мы, конечно, не могли так долго ждать и отказались.

Все шэрпы и непальцы низкорослые и худенькие. Наши путешественники очень выделялись среди них не только цветом кожи, но и «исполинским» ростом.

— Мой рост, 1 м 64 см, у непальцев считается выше среднего, а мой друг Виктор Филиппов со своими ста пятьюдесятью девятью сантиметрами вообще чувствовал себя в Непале комфортно, — смеется Петр Николаевич.

В монастыре

Буддистский монастырь Тенгбоче, расположенный у предгорий «Матери всех богов», смотрится очень красиво. Петр Болданов как-то решил поснимать службу, которая в этом монастыре идет дважды в день — утром и вечером. Монахи очень неприязненно встретили фотографа, но, однако, ничего не сказали. Они сидели, скрестив ноги, на полу, а некоторые на лавках, которые стояли по бокам хижины. Лавки были устелены красными подушками. Монахи все как один одеты в пурпурные халаты, помещение, где велась служба, полно благовоний.

— Однажды в горах я встретил на тропинке двух монахов в красных одеждах, которые широкими ножами срезали какие-то травы, — вспоминает Петр Николаевич. — Я не поленился и остановил их, когда они спускались с горы. Знаками я попросил их показать, что у них в мешке, они открыли его, и я увидел... нашу саган-далю.

Саган-даля — знакомое иркутянам растение, которое выбирает для жизни склоны высоких гор. Оно не растет в местах ниже тысячи метров, поэтому найти его можно только в Саянах или на Аршане. Растение повышает иммунитет и является тонизирующим. Многие монахи из монастыря Тенгбоче занимаются траволечением, поэтому выбор трав для воскурений неслучаен.

— Меня еще очень поразил обычай индуистов возжигать жертвенный костер на вершине горы, — вспоминает Петр Николаевич. — Мы ехали на автобусе, и я увидел, как кто-то в желтом одеянии развел высокий костер на соседней горе. Очень было красиво, жаль, не успел сфотографировать.

Наши в Гималаях

Русские туристы, как это ни смешно, есть даже в Гималаях. Причем никогда не знаешь, где ты их встретишь. Однажды увидели, как из ворот буддистского монастыря выходит мужичонка в растянутых трико, в сандалиях на босу ногу и в майке.

— Русский? — спрашивают.

— Русский! — широко улыбается мужик. — Я Леха со Ставрополья...

Еще одного русского нашли в Тамеле, на тесных улочках которого собралась вся Азия. Навстречу шел монах в красном халате с подозрительно европейским лицом. Услышав русскую речь, он широко разулыбался и протянул визитку. На ней было написано: «Виктор Бобков. Страна — Россия. Город — Москва. Национальность — хохол».

— Что, гуляете? — улыбаясь, спросил он.

И, узнав, что наши ищут старую дворцовую площадь Дурбар, вызвался проводить. Чаще всего в Гималаях можно было встретить русских и украинцев. Украинцев даже было больше. Один из них радушно предложил свой сотовый Петру Николаевичу. И тот сделала бесплатный звонок из Непала в Иркутск. Трубку поднял сын. Как же были рады домочадцы услышать Петра Николаевича, тем более что произошло это в самую Пасху.

— Все непальцы очень приветливые и радушные люди, и наши становятся точно такими же, попадая в эту экзотическую страну, — рассказывает Петр Болданов. — И так хочется вернуться снова в Непал! В страну, где каждый встреченный на горной тропе путник говорит тебе, улыбаясь, «Намасте!» — «Здравствуйте!».

Метки:
baikalpress_id:  9 899