Песни под еду

Иркутские милиционеры чаще всего в ресторанах заказывают русский шансон

О музыкальных пристрастиях иркутян лучше всех знают ресторанные музыканты. Что заказывают подгулявшие горожане? Все зависит от возраста и профессии. Например, молодежь любит песни-однодневки вроде субпродуктов «Фабрики звезд». А зрелое поколение выбирает Успенскую, Шуфутинского, Пугачеву, группу «Мираж» и Ирину Аллегрову. Милиционеры обожают песню «Мурка», иркутские певцы даже всерьез утверждают, что «Мурка» — гимн иркутской милиции. На втором месте по популярности у представителей правопорядка — «Владимирский централ». Евреи традиционно заказывают «Семь сорок», украинцы — Софию Ротару, а цыгане — цыганскую народную песню «Калина». Ресторанные музыканты — тонкие психологи, они сразу чувствуют ауру собравшихся в зале людей, безошибочно определяют их вкусы. Более того, они утверждают: «Скажи мне, какие песни ты поешь, и я скажу, кто ты».

Из «Мерседеса» — в «Запорожец»

Похоже, Иркутск так и остался городом мелких лавочников и купцов, каким и был все прошлые века. По крайней мере, те же Новосибирск или Томск разительно отличаются от нашего родного города по музыкальным пристрастиям. «В Новосибирске можно играть джаз, и это никого не напрягает, — говорит певец и гитарист, известный в музыкальных кругах, Александр Храмов. — А у нас сразу подойдет кто-нибудь и скажет: «Что вы всякую ерунду играете? Давайте что-нибудь нормальное!»

— А что бы вы хотели?

— «Американ бой!»

— Когда поешь в ресторане, кажется, что тебе все время приходится пересаживаться из «Мерседеса» в «Запорожец», — признается Анастасия Левина, которая поет в кафе «Пучина» на Центральном рынке вместе с мужем Егором. Настя и Егор — профессиональные музыканты, они оба окончили училище искусств, эстрадное отделение. Настя — по классу вокала, а Егор — по классу саксофона. Еще учась в училище, Левины стали зарабатывать себе на жизнь «кабацкой эстрадой». Но охота к перемене мест все-таки заставила супругов покинуть Иркутск и уехать в Китай. В Поднебесной Настя и Егор в общей сложности проработали несколько лет. Им везло. В Харбине, например, они участвовали в театрализованном шоу, открывая его джазовой музыкой. Им очень хорошо платили за это «вступление».

— Это был зал на несколько тысяч мест, — вспоминает Настя. — На сцене разворачивалось красочное шоу, театрализованное действо, участниками которого были и певцы, и гимнасты, и танцоры, и музыканты. Цвет, звук, костюмы — все было на высочайшем уровне. Мы только развлекали зал перед началом выступления китайских артистов. Были, так сказать, «на разогреве». Мы знаем, что сейчас это шоу взяли на Олимпиаду, которая будет проходить в Пекине.

Кроме харбинского шоу Настя с Егором пели в пекинских ресторанах «Россия» и «Москва» (по году в каждом), полгода работали в одном из ресторанов Шеньяна, в их послужном списке есть также один летний сезон в Даляне.

— Устаешь эмоционально. Тебе каждый вечер надо выходить на сцену и улыбаться, как Арлекину, — говорит Настя. — Поэтому я люблю ездить в Китай, в разные города, в разные рестораны. Не столько из-за денег, сколько из-за охоты к перемене мест.

Китайцы очень любят русские народные песни, и, по словам Насти, им каждый вечер приходилось петь «Катюшу» и «Подмосковные вечера». Кроме того, жители Пекина обожают Уитни Хьюстон, наизусть знают почти все ее шлягеры. Лет пять назад еще в моде была музыка из фильма «Титаник», и ни один вечер в Китае не обходился без песен Селин Дион.

Как гуляют цыганские бароны

Елена Черниговская, молодая певица из ресторана «Хуторок», рассказала нам о музыкальных пристрастиях цыган. Однажды в этом ресторане отмечал юбилей цыганский барон.

— Это был настоящий цыганский барон: маленький, старенький — ему лет семьдесят стукнуло, с тяжелой тростью в руках. На пальцах — одни золотые перстни, — рассказывает Елена. — Его привезли, кажется, из Ангарска. С ним было человек тридцать цыган. Заказывали народные песни. Одна из самых почитаемых у них песен — «Солнышко» на цыганском языке. А еще — «Калина». В этой песне рассказывается о парне, который полюбил всем сердцем бедную девушку и пришел просить у отца благословения на брак. Отец отказал, не поверил, что можно любить бедную. Тогда парень решил покончить жизнь самоубийством, а девушка не дала ему сделать это. Тогда отец сменил гнев на милость и разрешил молодым соединить свои судьбы. Эту песню за вечер цыгане заказывали тридцать раз! «Я пыталась убежать через черный ход, я говорила, что нет сил больше петь эту песню! — признается Елена. — Но цыганский барон мне говорил: «Спой еще раз, а? Я тебя замуж отдам за хорошего парня!» «Но я замужем!» «Не отказывайся! — настаивал барон. — Ты ведь не знаешь, за кого я тебя отдам!»

Песню «Калина» Елена не могла петь после цыганского праздника месяца два. А вообще она считает, что цыгане очень непосредственные, искренние и не боятся говорить то, что думают. Поэтому самая близкая подруга у певицы — цыганка. А муж у Елены, кстати, тоже ресторанный певец. Елена Черниговская с мужем поют в разных ресторанах: она в «Хуторке», а он — в «Аль Пари». Поэтому предложение цыганского барона не нашло отклика в сердце певицы.

В ресторане — из-за денег

Елена Черниговская любит свою работу, хотя по специальности она музыкальный педагог. Начинала работать учительницей музыки в Хомутово. С детьми ей работать нравилось, хотя зарплату платили раз в четыре месяца, и деньги были очень смешные.

— Недавно встретила учительницу из своей школы, — рассказывает Елена. — Она мне говорит: «Возвращайся! Нам зарплату добавили!» «Сколько?» «Теперь в месяц платят полторы тысячи». Я за вечер могу столько заработать в кабаке. Потому-то профессиональные музыканты и не уходят из ресторанов, что там можно заработать неплохие деньги. Скопить на машину, квартиру. Если еще и в Китай съездить на подработку, вообще можно жить безбедно.

— Я преподаю в музыкальной школе номер семь, которая находится в Лисихе, эстрадный вокал, — рассказывает певица из ресторана «Мимино» Наталья Храмова. — Мечта одна — выспаться. В ресторане работа заканчивается в час ночи, в неделю один выходной. А днем надо вести занятия у школьников. Но я пока с такой нагрузкой справляюсь, потому что в школе работаю для души... Муж Натальи Храмовой Александр вот уже больше 20 лет поет в иркутских ресторанах и считается самым уважаемым специалистом в этой среде. Хотя по профессии он авиационный техник, когда-то окончил училище гражданской авиации.

— Я, сколько себя помнил, всегда выступал за честь школы, потом за честь училища с песнями, — рассказывает Александр Храмов. — И хотя у меня нет специального музыкального образования, я иногда и профессиональных музыкантов поправляю.

Трудный путь

Интересно, что ни один ресторанный певец не хочет, чтобы его ребенок стал музыкантом.

— Мой сын Кирилл вообще до недавнего времени говорил мне: «Мама, не пой!» — признается Наталья Храмова. — Потому что я до девятого месяца беременности пела в ресторане. Сына мы отдали в музыкальную школу, но нам очень не хотелось бы, чтобы он пошел по стопам родителей.

Коллега Храмовых по сцене Денис Степанов (псевдоним — Апрельский), саксофонист, тоже отдал сына в музыкальную школу. И так же, как и Храмовы, не считает музыку профессией.

— Это очень трудный путь! — утверждает он. — Я, например, люблю джаз. Но здесь играть его не для кого. Мы играем джаз в самом начале, когда публика только-только начинает собираться, все еще едят и разговаривают. Но потом начинают требовать «чего-нибудь нормального». Люди приходят выпить-покушать-потанцевать, поэтому интеллектуальная музыка им не нужна. В Москве или Питере джаз играть можно. Но хорошие рестораны там уже все заняты, а в свободных — зарплата маленькая, на нее не проживешь. Поэтому приходится петь в Иркутске.

— Милиционеры очень любят заказывать шансон, — признаются музыканты. — Мы им говорим: «У нас рамки. Мы можем исполнить всего три-четыре песни в этом стиле».

— Ладно-ладно! — отвечают.

И заказывают традиционную «Мурку» и «Владимирский централ».

— Иногда такое заказывают, что ты петь никогда не будешь! — признается Анастасия Левина. — Вот недавно просили песню «Где ты?». Мы весь Интернет перерыли. А когда нашли, ужаснулись: «Где ты? Я бегу за тобою!..». И всего два слова, и больше петь нечего. Такая ерунда!

Часто ресторанным певицам кричат подвыпившие посетители: «Выключи фонограмму! Ты не сама поешь!» Но, к чести наших музыкантов, они всегда поют вживую. В отличие от той же Любови Успенской, которая не так давно дала 40-минутный концерт в одном из иркутских ресторанов и спела всего две песни под минусовую фонограмму. По словам ресторанных певцов, все остальные песни Люба пела «в плюсе», то есть просто открывала рот.

Что чаще всего заказывают иркутяне

* Алла Пугачева — «Большак», «Паромщик», «Приглашаю на закат», «Метель»

* София Ротару — «Червона Рута», «Одна калина», «Хуторянка», «Я назову планету именем твоим»

* Группа «Мираж»

* Группа «Комбинация»

* Согдиана — «Путь»

* Константин Никольский (группа «Воскресение») — «Музыкант»

* Михаил Шуфутинский — «Две погасшие свечи», «Левый берег Дона»

* Любовь Успенская — «Горький шоколад», «Ты вернешься», «Два берега»

* Группа «Непара» — «Они знакомы давно»

* Тони Брэкстон — Unbreak my heart

Цена заказа везде примерно одинакова — 200 рублей.

Метки:
baikalpress_id:  9 504