С кем оставить собаку

Галю выгнали с работы, и сейчас она сидит перед телевизором и слушает, как жизнерадостный олух объясняет, как ей лично питаться в эту весну, о макаронах говорит с ужасом. Закатывая глаза к небу и ссылаясь на новейшие исследования американских диетологов, этот, как сейчас выяснилось, личный Галин специалист по питанию запрещает ей есть макароны и хлебобулочные изделия, в крайнем случае макарон — не более ста пятидесяти граммов в день, а хлебца, пусть и черненького, двести, и все тут.

А питаться надо Гале исключительно рыбой нежирных сортов и белым мясом курицы, телятина допускается. На гарнир — овощи, фрукты, исключая бананы и виноград, нет, бананы все-таки можно, но не более одной штуки за один прием пищи. Кретин. У Гали в холодильнике шаром покати, а не то что рыба нежирных сортов в сочетании с фруктовым салатом.

У Гали на коленках как раз миска с этими самыми макаронами, граммов четыреста пятьдесят, политыми вместо масла соевым соусом. Насчет отсутствия масла диетолог был бы доволен. Галя тянется к пульту, длинноногие девицы втюхивают скрипучими голосами про то, что «сыксуально» в этом сезоне. С такой вот сегодняшней кормежки Гале только и остается, что думать вот про такой вот затейный «сыксуальный» прикид.

Дуры, дуры и дуры, и Галя дура, что смотрит, и вообще дура, что довела свою жизнь до такого абсурда. С работы Галю выгнали за драку. Ну да, Галя именно что подралась на рабочем непосредственно месте, свидетели утверждали, что инициатором схватки была Галя.

Галя, тихоня и вечная хорошистка, вцепилась в волосы своей коллеге и где-то даже приятельнице Аньке в волосы и... И не надо думать, что Галя работает на овощебазе и выяснять отношения с помощью кулаков — это в порядке вещей. Контора у них вполне респектабельная — белый верх, темный низ. Туфли обязательно.

Тишина и благолепие. Жужжат компьютеры, и сотрудники разговаривают между собой интеллигентным полушепотом. И по телефону интеллигентно — «будьте добры» и «не затруднит ли вас». А вот Галя устроила соцсоревнование. Дрались они с Анькой недолго, каких-то пять минут, не больше, потом их растащили. Но и этого времени хватило, чтоб все налюбовались, в том числе и посетители. Нападение было совершено Галей среди бела дня, за два часа до окончания рабочего времени, когда уже предвкушаешь те радости, что дает трудящемуся человеку мирный спокойный отдых в кругу семьи.

Такие дела. Драку действительно устроила Галя, когда услышала, нет, нет, совсем не специально, не подслушивала она специально, просто Анька, получается, совсем обнаглела и на глазах практически у изумленной публики, кокетничая каким-то утробным, желудочным голосом, сговаривалась с мужиком с редким именем Эдик о предстоящем свидании, еще она мусолила что-то о прошлых встречах с этим самым Эдиком.

А здесь надо добавить, что Эдик — это не кто иной, как муж их начальницы Ольги, и не в том дело, что неприлично заводить шашни с мужьями начальниц, а в том, что Анька, между прочим, близкая Ольгина подруга. И в дом к ней, и вместе куда-то даже в отпуск в прошлом и позапрошлом годах, и Ольга — конфидентка. А Аньку она, получается, из грязи в князи и выучила ее за счет конторы, Анька в нархозе учится на заочном.

Ольга платит, вот такие дела. Подруги, с ума сойти. А то, что Галя вдруг вцепилась этой Аньке в волосы, — это не из-за обид за Ольгу, все гораздо проще, и дело в каком-то импульсе и в некоторых личных обстоятельствах, связанных с самой Галей, и еще в том, что такая же история у нее случилась буквально несколько лет назад. Тоже там фигурировали имена Галиной близкой подруги и Галиного мужика, которого она за пять лет привыкла называть своим мужем. Жили и жили, Галя думала, что счастливо.

А потом бац — ни ответа ни привета. Оказывается, под носом у Гали зацвела у них любовь волшебным цветком. А Галя все не верила: ну как это? А они тайком почти два года. Пока он не съехал по новому месту жительства без объяснения причин, тайком вывез вещи, пока Галя на работе. Приходит вечером — а в квартире пусто. И ни записки, ни звонка телефонного никакого. А потом добрые люди все рассказали про то, какая Галя все-таки доверчивая и пригрела змею. Вот такие примерно обстоятельства и мотивы Галиного последующего поступка насчет отомстить обидчице.

Потому что мелькнуло что-то в Анькином лице, похожее на улыбку той Галиной подруги-разлучницы. Торжество какое-то высокомерное. И Ольга здесь ни при чем, пусть они с Анькой сами разбираются. Галя ни словом не обмолвилась ведь, почему она устроила эту драку, когда Ольга вызвала ее в кабинет, уже когда их растащили. И Анька стояла с этой победной улыбкой, щека поцарапана, причесочка изрядно помятая, и вообще вид тот еще, и у Гали тоже.

Анька успела ее все-таки рвануть за ворот блузочки и пару пуговиц вырвала с мясом. Ужас. А Ольга, промучившись с Галей около часу, Галя ведь молчала как партизан и молодогвардеец, вышла из себя. Потому что надо знать хоть что-то. Хоть часть правды. А Ольга даже подумала: может, Галя вообще психическая — и у нее сезонное в связи с переменой времени года обострение, и вдруг такие рецидивы начнут повторяться? И ну тебя, Галя, в баню. Тем более что Галя же молчала и молчала, а Ольга сказала — пиши заявление.

И тут же, в ту же секунду — расчет, прямо вот так, не отходя от кассы. И Галя, значит, на все четыре стороны. Отсюда, значит, привет рыбке нежирных сортов и здравствуйте, макароны, потому что тех денег расчетных Гале хватило только заплатить за кредит. Она телевизор взяла в кредит, вот этот как раз телевизор, по которому ее учат правильно жить, потому что их послушать, так главное в жизни — это правильное питание.

Вообще-то не надо думать, что Галя сидит перед своим телевизором и давится макаронами с чувством обиды, вовсе нет, кстати, и ест она эти макароны совсем даже и без вызова. Макароны и макароны, а когда вспоминает драку — даже хихикает, прокручивает пленку событий и потом просто в голос начинает хохотать, все видит как будто со стороны, вспоминает лицо Анькино, себя Галя вспоминает скорее с удивлением, вот, никогда ведь не знаешь, что отмочишь в следующую минуту. От себя Галя, во всяком случае, таких подвигов с мордобоем не ожидала.

Дальше была неделя, и не одна, на размышления и подробный просмотр газет с вакансиями. Можно было бы позвонить сестре насчет денег, она бы непременно выручила, но Галя знала, что у сестры с деньгами не густо, тем более муж там требовал расходов.

Они даже жили одно время вместе, пока сестрица не вышла замуж. И их брак стал напоминать синусоиду: вверх — вниз, они постоянно выясняли отношения, и, как ни странно, тихо они жили только в период затянувшихся ссор, молчат хотя бы какое-то время. Вот тогда их жизнь и напоминает худо-бедно нормальное что-то. А потом — опять обиды и претензии. Галя, конечно, сбежала, думала, что это ее присутствие в доме подстегивает сестрицу к скандалам. Да ничего подобного — такой просто стиль общения.

Им так нормально вообще-то. Проорутся, пар выпустят до новой ссоры. Так что пусть лучше без Гали. Пока Галя звонила по конторам и искала работу, деньги кончились, и тут она, как здравомыслящая девушка, приняла решение. Ну да, в меру юмористическое. Если учитывать, что диплом специалиста с высшим образованием она все-таки имела.

Галя встала как-то утречком, натянула тренировочный костюм и пошла обходить квартиры их пятиподъездного дома с предложением — не надо ли чего, в том числе и окна, помыть. Как ни странно, работа для нее находилась: и окна, и полы, и панели, и в магазин, и у одной одинокой женщины с первого этажа имелась собака, с собакой нужно гулять, а у женщины давление. Такая у Гали началась интересная жизнь.

Ну уматывалась, конечно, да и навыка особого не было — времени на простую работу она тратила все-таки больше. Потому что рассусоливала, все ей казалось, что придет хозяйка принимать работу и начнет указывать на недоделки. Но в этом смысле ей везло, никаких припадочных указаний. Все очень трогательно, даже слова говорили благодарственные, помыл окно — получил деньги. Самое время вспомнить и про рыбу нежирных сортов.

Правда, уставала она сильно. И к концу дня просто валилась в коечку. Ни на что сил не было, даже поинтересоваться у телевизионного диетолога — как ей там быть дальше. И насчет прикидов — чем в этом сезоне покорять воображение претендентов на Галино внимание. Прикид у Гали был один — тренировочные штаны и футболка.

А хорошая, кстати, жизнь. Мозг требовал разрядки, и он ее получил. Потому что чего-чего, а вот однообразия не было теперь в ее жизни, и потом, люди, оказывается, существа поразительно интересные. Сначала она ловила себя со смешком на мысли, что стала относиться к человечеству в целом только с точки зрения уборщицы: чисто — не очень чисто — грязно — совсем грязно. Вовремя посмеялась.

И с той женщиной подружилась, ну с той, с первого этажа. Они как-то разговорились за чайком, причем именно Галя настаивала, чтоб чай был в складчину, если печенье, то платим поровну. Прямо как в общаге, смеялась Людмила Васильевна. Как-то она рассказала Гале, что ушла от мужа после сорока лет брака только потому, что он завел себе чувство. Дама принялась писать пылкие письма, одно из них случайным образом попалось на глаза Людмиле Васильевне, и она сразу подала на развод.

— Ты удивляешься, наверное? — спрашивала она Галю.

А Галя тут же ответила твердо, что поступила бы точно так же, всегда уважаешь человека, у которого насчет чувства собственного достоинства все нормально. Еще у Людмилы Васильевны был сын, который сразу принял сторону матери, нет, он не разорвал отношений с отцом, но выразился достаточно прямо в том смысле, что мама, конечно, права.

Вот за этого сына, сына своей подруги Людмилы Васильевны, Галя в конце концов и вышла замуж. Что совершенно естественно. Потому что они так все были теперь пронизаны нежностью друг к другу, так им пился этот чай с печеньем, что расставаться было бы полной глупостью. Он порядочный человек оказался, сын-то этот, сразу и сказал, что давайте поженимся, а Галя еще удивилась — зачем в загс, можно и так, посмотреть, присмотреться. Но он на своем стоял — не хочу, мол, так, хочу, чтоб серьезно было все. Тем более что и присматриваться мне не надо, сразу увидел, что Галя — именно его человек. Ну а Галю и упрашивать не надо. Кто же при памяти откажется от таких родственников и от такой собаки, рыжей колли Сони?

А Людмила Васильевна теперь с легкостью может ехать даже и на курорт, потому что ей есть с кем оставить собаку, она говорит, что свою Соньку она может оставить только Гале.

— И вообще, — добавила она как-то, — жить надо так, чтобы было кому доверить свою собаку.

Когда муж Людмилы Васильевны узнал, что она собралась на курорт, он в срочном порядке тоже закупил туда путевку и теперь твердо намерен начать ухаживать за своей женой, потому что если ты дурак и совершил по дурости ошибку, то у тебя пока есть время ее исправить.

Загрузка...