Сувенир на память

И вся-то жизнь женщины вертится вокруг мужчины. Даже если нет его рядом, нет и не предвидится, все равно — в ожидании, в раздражении, в надежде. И глупости ее основные в жизни — все из-за мужиков. Поступки самые нелепые! А впрочем, нелепый поступок — это всегда какая-то точка нелепых отношений. Короче, о нелепостях.

Вот такой, именно что нелепой, заявилась Леля к Маргоше. Но это так только говорится — Леля, Маргоша, это они для своих только этими именами называются. А точнее, самый главный мастак раздавать вот такие прозвища любимым женщинам был общий их муж Мишаня.

Ну то есть в одно время Леля, потом, спустя сколько там, четыре-пять, смотря как считать, Маргоша удостоились этой великой чести сгонять в загс и заполучить там Мишанину фамилию — Прохоров. В общем, Прохоровы они все, эти двое, а сейчас и третья у Мишани имеется, тоже, разумеется, Прохорова, но только уже Оксана.

Правда, никаких обид, серьезно. Потому что, когда Мишаня привез жениться вторую свою, потом Прохорову Маргошу, Леля к тому времени уже отсутствовала в его жизни, причем исключительно по своей, Лелиной, воле. Сказала что-то презрительно напоследок, что-то про Мишаню обидное, и уехала в новую жизнь, к новому, кстати, мужчине новой ее, Лелиной, на тот момент мечты.

Тот мужичок оказался так себе, Леля с ним просуществовала недолго, что-то около полугода, но к самому Мишане уже не вернулась. Правда, он ее и не особо упрашивал, хотя жил в тот момент один. Это точно и проверено, это Леле Мишанина соседка доложила исключительно из сугубой симпатии к Леле и не только потому, что Леля — особа нежадная насчет денег, и никогда не напомнит о долге, и хлеба даст, и масла растительного, и яичко на стряпню, а просто нравится Леля некоторым хорошим людям. Леля добрая и немножко безалаберная такая.

Вот, про нее ясно. Теперь про Маргошу. Мишаню она встретила на турбазе, куда Мишаня заехал на полдня ровно, чтобы проводить до места отдыха какого-то своего иногороднего знакомого, а у Маргоши как раз заканчивался срок путевки, и она со своим ребенком пяти с половиной лет, Романом, сидела на лавочке в ожидании автобуса рейсового или машины попутной.

Ну а Мишане-то по дороге! А тут лето, немножко теплоты в голосе — солнце же греет и растапливает некоторые сердца, в частности, Мишанино, на предмет обратить внимание, что мальчик у вас такой и такой. Пошел список достоинств мальчика Романа. Что, собственно, любой матери всегда приятно, даже такой, в общем, осторожной с незнакомцами всегда Маргоше. Пусть даже они с виду такие вот добрые и сами предложили доставить до города в лучшем виде. Познакомились, начали встречаться.

Мишаня как раз жил один. Не то чтобы тосковал в одиночестве, он вполне такой способный себя обслужить мужчина, и никогда такие мужчины не впадают в депрессуху. Потому что основная мужская депрессия происходит в основном от неорганизованности быта. Но с этим у Мишани всегда тип-топ. Порядок.

В этом у него даже свой пунктик, у них на почве мытья срочного, тотчас после обеда, и с Лелей, первой женой, возникали такие сначала переругивания, а потом и войны целые начались. Не конкретно из-за тарелки, конечно, которая простояла в раковине аж целых полтора часа после того, как поели, но началось все именно с таких пустяков. Короче, Мишаня и постирать себе, и погладить — это вполне самостоятельно. И выглядело у него это не по-бабски, а, наоборот, как у настоящего мужчины, и т. д. И насчет рынка и оптовых магазинов — Мишаня тоже в курсе, когда в доме заканчивается сахар или картошка.

Так что совсем даже не бытовая сторона жизни, то есть неразбериха в нем, в этом быте, заставила Мишаню начать встречаться с Маргошей, а все, как обычно, на контрасте, потому что после безалаберной, как говорилось выше, Лели, такая аккуратная в мелочах Маргоша показалась Мишане идеальной спутницей в то лето.

И еще очень щепетильная насчет денег: идут в кафе пообедать, кофе попить, то или сама платит за себя, или настаивает, чтобы блюда в меню выбирались недорогие. А что? Приятно? И что теперь, Мишаню жлобом объявлять на весь свет? Это любому мужчине понравится, такое отношение, когда у женщины не ветер в голове, а мозги. И приятная она. И одета хорошо, и разговор поддержать может практически на любую тему.

В смысле, дает Мишане выговориться. И это после Лели разительный контраст, потому что Леля — всегда с таким несомненным скепсисом в отношении того, о чем Мишаня начинает говорить. И с Маргошей Мишаня практически дорвался до источника, потому что ведь намолчался тоже мужчина. Хотя сразу признался Маргоше, что Леля — женщина выдающегося ума и таланта. Начиная от сыграть на фортепиано любую пьеску хоть современного, хоть какого композитора, хоть о кино поговорить. Про книжки — это вообще особая статья. Потому что книжки непосредственно из его, Мишаниного, дома вывозились целый день, начиная с десяти утра и заканчивая десятью вечера.

Это то, с чем Леля приехала к Мишане. В смысле — приданое ее. И строго ведь все забрала, ничего не оставила, даже прихватила кое-что из его, Мишаниной, библиотеки, какие-то даже детские книги вроде «Старика Хоттабыча». «Зачем тебе, — сказала, — Прохоров, книги? Я тебе лучше подписку оформлю на какой-нибудь журнал для мужчин. Идет?» Так-то она незлая женщина, умная, но жить с такой вот умной женщиной под одной крышей очень тяжело. И ест она когда придется. Никакого распорядка. Может даже ночью.

А с Маргошей будет по-другому. Да? Маргоша стала свои достоинства тоже нормально демонстрировать — начиная даже с того, что кто ремонт сделал. Леле все-таки многое было по барабану. Она, конечно, поддерживала горячо Мишаню в его планах насчет ремонта. Но потом все-таки уговаривала повременить, перенести. Потому что это стихийное бедствие, начиная с того, что сам Мишаня, как ей казалось, небольшой спец по оклейке-окраске, а если нанять умельцев, то это неизвестно тоже, какого рода они будут показывать умения. Потому что позвали однажды такого спеца, а он только пил и мотал нервы. Напился как-то, лег посреди банок и ведер с краской, смотрит в потолок и мычит от страха, что ему все это белить. А Мишаня тогда позорно сбежал.

А Маргоша: «Я все это умею». Как-то сама собой научилась-насобачилась. А Мишаня у нее на подхвате. И материалы, главное, все современные, и подход к оформлению квартиры тоже какой-то не простой, а заковыристый. Изюм, короче. И красиво. Стены хотя бы на кухне — одна синяя, другая желтая, а третья вообще зеркальная. Сама, сама все придумывает и делает. Это даже, если посчитать, сколько денег было сэкономлено, и то каждый сразу поймет, что Маргоша — человек очень порядочный.

И понятливая, кстати, в смысле, деликатная. Ей Мишаня только вот намекнул, что мальчика Романа пока не будем перевозить, тем более что у него и садик рядом с бабушкой-дедушкой. И вообще, действительно, пока ремонт. Потом. Посмотрела только молча, кивнула. А через год сказала, что она так больше не может, и уехала, вот как раз к дедушке и бабушке. Мишаня даже немного опешил, такой, получается, практически ультиматум. Хотя Маргоша на проявление и тем более демонстрации своих чувств небольшая была охотница.

Обычно у нее не такими все-таки припадками происходило. Мишаня так промаялся около месяца, ну то есть он звонил, конечно, приезжал пару раз, привозил Роману один раз зефира розового питерского, забыл, правда, что Роман не любит зефир, а любит сосательные карамельки, ну забыл. Что поделать? Разве запомнишь такую чепуху. А второй раз он привез модельки машинок. Дорогие. Он за время это, за месяц, понял, что, в общем, жить с Маргошей лучше, чем без Маргоши, вот. Она сказала, что только с сыном, а Мишаня поторопился: конечно, конечно. Сам и укладывал в багажник шмотки Романа и его игрушки.

А потом, между прочим, они прожили ни много ни мало, а четыре года! И Мишаня ни в чем не отказывал мальчику. Не говоря уже о его матери. Его в чем упрекнуть? Что он для него остался чужим дядей? Так он и есть чужой дядя. Все это причуды женские психопатические — что можно полюбить чужого ребенка. Ага. Можно. И написать потом про это сценарий. Снять кино. Посадить всех доверчивых матерей-одиночек и дать им надежду.

Не врал Мишаня никогда про свои чувства. А в непорядочности его нельзя обвинять, уж что-что, а непорядочным Мишаня никогда не был. Строгий — да, по отношению к Роману. Но мальчиков всегда строго воспитывали. А кто-нибудь просто спасибо сказал? Он, этот Роман, вообще какой-то дикий, Мишаня даже однажды тихонечко посоветовал Маргоше врачу его показать. Маргоша тогда замкнулась, такое лицо у нее стало. Прямо обидчивые все, ну надо же! А что? Посмотрит специалист. Чем плохо?

А потом, уже когда у Мишани Оксана появилась, он же тоже Маргошу жалел. Это Оксана все решила самостоятельно, позвонила сама Маргоше, предложила встретиться на «нейтральной территории», все сказала, что у них и что теперь. И что Маргоша сама думает по этому поводу? А Маргоша приехала домой, забрала Романа и только спустя почти неделю за вещами приехала. Оксана, между прочим, тогда еще у себя жила. Она очень деликатная женщина — Оксана.

Сказала: что же я буду к тебе переезжать, если там еще ее вещи стоят? Ну а скоро все утряслось как-то само собой. И жизнь понемногу наладилась, и Оксана живет хорошо, и Мишаня живет отлично, и ребеночек у них — мальчик, такой сорванец, прямо копия Мишанина! Мишаня говорит про него — наша порода.

Такие дела. Ну и, наконец, про Лелю. И про то, как она приехала к Маргоше, узнала откуда-то, что Маргоша с Романом теперь вот здесь одни, не стали они жить у Маргошиных родителей, у них из-за Мишани какие-то конфликты были. В основном из-за Романа. Из-за того, что он не сразу стал жить с Маргошей, когда у нее все с Мишаней началось.

Вот Леля заявилась, они даже знакомы не были. Леля с порога к Маргоше со смешком: ну что, подруга, выжила после нашего общего мужа? «Правда, — говорит она этой пострадавшей Маргоше, — что щетина на Мишаниной морде похожа на собачью шерсть после лишая? Прямо, обхохочешься». Это вполне в репертуаре Лелином. Маргоша что-то хотела такое с достоинством ответить, но при Романе не стала, даже в дом позвала, но Лелю можно и не звать, она такого, простого поведения женщина. Короче, ржач. Они же теперь действительно подруги!

У Романа тут был день рождения, и Леля все выпытывала, что ему подарить кроме мешка его любимых леденцов, да и то, если мать разрешит и будет потом сама выдавать по одному к чаю. Роман сказал, что он фильм один видел, старый, там про старика с длинной бородой, который исполнял желания, совсем старый фильм... Вот ему бы хотелось...

— Поняла, — улыбнулась Леля своей белозубой улыбкой и вытащила из огромной своей сумки, где много всегда чего для Романа имелось, это кроме сладостей, старую, потрепанную книжку. — Это, детка, не простая книжка, а сувенир практически на память. «Старик Хоттабыч» называется. И засмеялась серебристым смехом эта веселая тетя Леля. А потом добавила непонятное: «Какая я все-таки предусмотрительная!»

Метки:
baikalpress_id:  45 752
Загрузка...