Замужем в Америке

«Пятница» продолжает публикацию дневниковых записей иркутянки, уехавшей в США. Начало в № 6

Иркутская журналистка Марина Лыкова знакома давним читателям «Пятницы» — она не раз публиковалась в нашем еженедельнике. В прошлом году она вышла замуж за американца после знакомства по Интернету на одном из брачных сайтов и пяти (!) лет общения. Муж Марины — не простой «ковбой», а сотрудник правительства США. Есть много любопытного, о чем Марина, как новая жительница Америки, может рассказать читателям «Пятницы». Поэтому наш еженедельник начал публикацию ее заметок о жизни в США и о замужестве с «иностранцем».

* Первый раз пошла на свадьбу в Америке. Народу — тьма. Дети, вякающие младенцы, старики, молодежь... Никогда не видела более разномастной публики. Невеста — красавица. Жених — морской офицер. Пастор — настоящий клоун. Смешит и смешит народ плоскими шутками не переставая. (Нет, не хотела бы я, чтобы на моей свадьбе пастор так хохмил и чтобы, когда я целоваться буду, все дружно хлопали в ладоши.) Потрясло, что невеста ревела без умолку всю церемонию, а за ней и жених — военный офицер с кортиком разрыдался.

...После церкви мы проехали во Дворец ветеранов (там был устроен праздничный прием). Столики накрыты, торты на сцене (один свадебный, традиционный, возвышается, другой — в виде флага США, с орлом из сине-красно-белого крема), народ тусуется в ожидании новобрачных. Но мы так и не дождались. Уехали. Ну чего битый час ждать, покуда невеста с женихом на задворках церкви вдвоем сфотографируются, затем — невеста и жених с членами семьи, потом — жених и невеста с его друзьями и ее подружками...

Затем — все вместе... Затем — только жених и ее подружки, потом — наоборот... О публике на свадьбе поподробнее: ну как можно на свадьбу в шортах припереться? В церкви сидеть, не снимая головных уборов, курток? Более чем уверена, что подарки также далеко не все принесли. Кто-то подарил огнетушитель.

Одно поняла наверняка: народу тут наплевать на все. Здесь никто ни о чем не будет судить-пересуживать, как это происходит в России. Никто никому не пытается пускать пыль в глаза. Меня уже приглашенные на нашу свадьбу спрашивали, в какой магазин им бежать (тут считается хорошим тоном прямо в приглашении писать, что идите в магазин такой-то, там ждет список того, что нам бы хотелось получить в качестве подарков).

Я, признаться, была ошарашена поначалу американским подходом к процессу дарения подарков. Но потом мне объяснили, что покупать подарки согласно списку (назвав фамилию жениха или невесты в магазине) несказанно удобнее: во-первых, не надо гостям ломать голову над тем, что подарить; если что-то из списка уже куплено кем-то, предложат купить то, что еще не оприходовано; во-вторых, молодожены не получат дюжину одинаковых сервизов или чеснокодавок.

*Уф! Ну, кажется, все готово к моей свадьбе. Платье, туфли на месте. Ногти в стразах. Колготки ажурные. В большущей коробке — украшения для ужина в отеле на столы (свечи, подсвечники, набор для торта, плавающие свечи на каждый из десяти столов). Книга для напутственных речей гостей (под нее отдельный столик еще отводится. Как и отдельный стол для торта). На нижнем этаже в холодной комнате десять же цветочных композиций (пуансеттии в блестящих горшках) уже ждут своего часа. Роберт придумал их на ступени в церкви расставить уже завтра. Там же, в цоколе, томится большой квадратный таз с розами. Белыми и красными. Украсим ими алтарь...

В пятницу, завтра, в 17.00 — репетиция свадьбы в церкви. После репетиции, по словам Роберта, мы должны будем поехать на ужин в какой-нибудь хороший ресторан: традиция обязывает. Жених должен накормить свидетелей и всех, кто помогает. В нашем случае кроме подружки невесты и дружки жениха — семейная пара: тот, кто выступит в роли моего «отца», да дама, что будет по-русски (вслед за пастором) читать библейские слова. Кстати!

 Я решила, что буду повторять вслед за пастором слова «Я, Марина, беру в мужья...» по-русски. Не по-английски, а по-русски. Мне это более натуральным кажется. Эти слова еще по американским фильмам многим из нас известны: «Я, Марина, беру тебя, Роберт, в законные мужья, чтобы начиная с сегодняшнего дня жить с тобой и хранить наш брак в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и здравии, любить тебя и заботиться о тебе — с этого дня и пока смерть не разлучит нас». ...Ночью не спалось. Сейчас семь утра.

Я уже розы из ванны повытаскивала, освежила, в вазы расставила. Букет свой до ума довела. И Мелиссе (моей «подружке») нечто креативно-флористическое изобразила. Розы и лилии (тут их «орхидс» почему-то называют) очень даже неплохо вместе смотрятся. Свадьба наша — в бордово-белых тонах. Роберт все до мелочей продумал. (В США большое внимание уделяется «своим» цветам на свадьбе. Чтобы все сочеталось... Вплоть до рубашек гостей.)

*В Германии, Голландии, Бельгии... всюду, где была в Европе, еда — только еда. Все нормальных натуральных цветов. Торты — они шоколадные. Шоколад — он коричневый, а не синий, сиреневый, розовый (как «Эм анд эмс» американский, например). Здесь же украсить торт цветами живыми или лентами атласными — норма. И облить его белой непонятной сладкой массой (как пластилин липкий) — традиция. Пряничные домики. Песочного теста человечки.

Пряники фигурные на елку... Главное здесь — красиво украсить. А есть, возможно, никто и не станет. Здесь еда — культ. Тут не просто тупо кормят, но стараются сделать так, чтобы едой заинтересовать. Заинтриговать. Поскольку никто не голодает. Никого тут ничем не удивишь. Вот и изощряется поварской народ. (Я помню, как моя бабушка к каждому моему дню рождения (в июле) торт стряпала и непременно дикой розой сибирской украшала. И поэтому для меня американская традиция — «родом из детства».)

Про ленты атласные на торте: мы когда торт свадебный заказывали, я уточнила, съедобные ли они. Нет, обычные ленты. Но, когда мы его резали на кусочки (чтобы каждому гостю преподнести главное свадебное тут угощение), я была немного удивлена, что ленты эти были прикреплены к торту... булавками! Вот бы кто такую проглотил, а? Отдельно про стаканы: их тут ставят вверх дном. Где бы вы ни были — стаканы на столах, на полках будут стоят вверх дном. Я не удивляюсь такому способу их расставлять уже давно.

Много лет назад впервые такое на Кипре увидев, спросила: «Че так-то стоят?» — и получила ответ: «Чтобы чистые были. Чтобы пауки не заползли». Еще про традиции свадебные американские: нельзя, чтобы будущий муж увидел невесту (или даже просто ее фату) до свадьбы. (Кстати, я так полдня в фате проходила. Мне как в салоне намертво фату с утра пришпандорили, так я и бегала до вечера.) И в супермаркет за парфюмом заезжала в фате.

Народ подходит, спрашивает: «У тебя что, свадьба сегодня?» Вообще американцы хорошие. Добра желают. Счастья и удачи. Легко желают. Даже незнакомому человеку. Еще традиция: верхний слой (пласт) свадебного торта не режут. А в тряпку, в фольгу — во что угодно заворачивают. И в морозильную камеру. Сохранить надо торт. Чтобы съесть его ровно через год после свадьбы. Мы побоялись, что торта не хватит на столько ртов, и сразу все разрезали. А через год мы лучше новый торт испечем. Есть еще в США традиция: на невесте должно быть надето «что-то новое, что-то голубое, что-то старое, что-то одолженное...». Новыми были туфли. Я, правда, надевала их на репетицию свадьбы. Но все равно. Туфли такие красивые, что просто так тут такие никто носить не станет. Здесь не принято одеваться нарядно, вычурно.

Так, как мы в России по будням наряжаемся (и то если без настроения), здесь сочтут за супернарядность. Считается дурным тоном наряжаться. Главное — чтобы удобно было. Никто не поймет тут наших шпилек и прочего. Голубыми были волосы. Я умудрилась купить тут шампунь, что желтизну убирает (решила попробовать). Шампунь — жесть: получила суперголубые волосы! Не смогла смыть. Но традиция была соблюдена. «Старым» была... я. Четвертый десяток невесте. Это, знаете ли, не шутка. Первая в моей жизни свадьба! Но Роберт шутил, что «что-то старое» — это он. (Ему 56.) «Одолженным» были колготки.

Ажурные. Белые. Из Иркутска, из «Иркутского» торгового центра привезенные. Таких тут не отыскать. Одолжила у собственной дочери. Я ей их на первое сентября в школу покупала. Про колготки в США: купила сразу по приезде три пары за двадцать долларов — все малы. Из капрона они оказались (или из шелка?), как моя мама в молодости носила. Не тянутся совсем! Купила снова — вроде как опять мой размер, а оказалось, что тянутся так, что можно на макушке завязывать.

*Вчера была репетиция свадьбы. Пастор — душка. Когда стала путаться в словах: «Я, Марина, беру тебя...» — и моя дочь начала с бумажкой в руках меня поправлять, он сказал, что я могу хоть алфавит произносить. Лишь бы от чистого сердца. Мой «папа» (к алтарю невесту должен вести отец. Но, так как мой родной отец в Иркутске, пришлось просить просто знакомого русскоговорящего человека) Артур отчаянно хохмил. Было легко и не страшно. Не знаю, как будет сегодня... Не упасть бы, запутавшись в юбках.

Хочется произвести хорошее впечатление и на коллег Роберта (он работает в ФБР). Скорее бы все прошло уже. Вечером закинем Лину к русской маме с русской же девочкой на ночь. И махнем с Робертом в отель для молодоженов. «Черный лебедь». Где, говорят, каждая комната — с водопадами, фонтанами, как будто ты попал в другой мир. В другую страну.

*Свадьба была настоящая. Американо-русская. (То есть пастор на английском читал, а леди Залцман вслед за ним — по-русски...) После свадьбы — танцы (русская коммуна отплясывала. Американцы вежливо удалились). Один пожилой джентльмен попросил меня показать ему мое обручальное кольцо. «Зачем ему это?» — думаю. Но, оказывается, был повод для любопытства.

Обручальное кольцо жены в США должно по стоимости равняться месячной зарплате мужа. Стал муж больше зарабатывать — покупается кольцо с бриллиантом большего размера. Это первое, на что тут обращают внимание люди. (Здесь дамы с такими камнями в кольцах щеголяют. Таких размеров «лепота» была прежде в моей жизни только на чешской люстре у моей покойной бабушки.) ...После венчания в церкви и вечера в ресторане мы уехали на «медовую ночь» в отель «Черный лебедь».

Наша комната была — тропики. Рай. С джакузи огромадным (у нас почти такая же на задней лужайке стоит), с водопадом, с звуками ливня и с голосами птиц... до утра. В обед проснулись, забрали Лину и поехали на завтрак в ресторан. А затем — до вечера подарки распаковывали. Кто-то чеки подарил (три по сто зеленых), кто-то — подарочные сертификаты в супермаркеты, посуду, наборы полотенец, всякую хозяйственную дребедень. Подарок может быть стоимостью в доллар, но все красиво упаковано. (Здесь культ упаковки.)

На свадьбе гостей было человек пятьдесят. Все с теплом к нам. А особенно — к нашей девочке. Лину все просто обожают тут. Американцы от нее визжат. А еще больше — от ее нарядов и от ее оправы. (Очки я ей еще в сентябре в Иркутске за шесть тысяч рублей в «Оптике на Советской» покупала. В США таких очков просто нет. Просто нет у них нормальных оправ. Есть тонкие, металлические. Ничего интересного, в общем.)

Люди подходят и прямо на улице комплименты говорят. В России такого добродушного отношения ни я, ни дочка никогда не встречали. Роберт сказал, что завтра купим открытки и пошлем каждому, кто был на свадьбе. Со словами благодарности... за присутствие на нашем празднике и за подарок. Таков этикет.

Метки:
baikalpress_id:  28 666