Коровий мор

Накануне Нового года в Пивоварихе разразилась эпидемия, от которой каждый день гибнут десятки животных

Недаром говорят в народе, что високосный год приносит бедствия. Буквально в нескольких километрах от Иркутска, в поселке Пивовариха, на благополучной ферме случилось ЧП. Там умирают элитные коровы. С начала нового года уже погибло 260 животных. Ситуация осложняется тем, что причина болезни до сих пор не известна. В Пивоварихе был даже введен режим чрезвычайной ситуации. В среду на терпящей бедствие ферме побывали корреспонденты «Пятницы», чтобы выяснить, насколько велика угроза и есть ли опасность для здоровья иркутян.

Коровы болеют как люди

У ворот фермы, где случилось ЧП, дежурит пост милиции. На территории введен карантин. При входе в нос ударил тяжелый запах. Пахло хлоркой, лекарствами и гарью... Через несколько минут стало казаться, что запах впитывается в кожу и легкие. В коровнике на первый взгляд все в порядке, только уж очень тихо. Буренки стояли поникшие, грустные, они не мычали и не жевали, как это обычно бывает. Руководитель хозяйства с болью произнес, что все они обречены. На это страшно смотреть...

Страшно еще и оттого, что ферма в Пивоварихе не какое-то рядовое предприятие, а база Научно-исследовательского института сельского хозяйства Академии сельскохозяйственных наук России. Это передовое, даже элитное хозяйство. По словам работников, сюда закупали лучшее оборудование и корма. Подняли надои с 2300 литров в 2006 году до 5300 в 2007-м. И в один миг все закончилось. — Сейчас здесь 400 голов стоит, — говорит, показывая на коровник, Андрей Мальцев, директор хозяйства, — а всего у нас было 1070. Теперь, видите, этот ряд уже пустой...

По словам директора, ежедневно здесь гибнет по 15—17 голов скота. На 9 января потери составили 260 животных. И эта цифра, к сожалению, не окончательная.

Коровы продолжают умирать...

Пока мы говорили, первая в ряду красивая черно-белая буренка начала кашлять. Почти как малый ребенок. «Пока она еще держится, ярких признаков болезни нет, — говорит Михаил Алексеев, главный ветеринар хозяйства, — но это пока... Мы сделали перегруппировку стада. Больных отделили. Сыворотку поставили, должна была помочь, но эффект минимальный. Руки опускаются. Уже приходишь на ферму не как на работу, а как на кладбище». По словам ветеринара, первые две коровы погибли 26 декабря. Уже тогда ветеринары забили тревогу.

— Самое печальное, что мы не знаем, что лечить и как лечить, — говорит Михаил Алексеев, — стараемся как можем.

Смысла разделять больных и здоровых коров нет. Все животные, которые пока еще стоят на ногах, заражены смертельным вирусом. Надежды на выздоровление нет никакой. Умирающих буренок и бычков уводят на другую базу. В первые дни эпидемии их забивали. До сих пор 72 туши висят на складе, что с ними делать, не знают. Остальные 58 туш сожгли. «Сейчас мы скот уже не режем, — говорит Андрей Мальцев, — когда коровы умирают, мы их просто сжигаем».

Трупы коров сжигают в нескольких сотнях метров от коровника. Вывозить их за пределы фермы нельзя. Туши сбрасывают в глубокие траншеи, заливаются ГСМ и сжигаются. Страшная топка работает и днем и ночью...

А на стене еще из прежней, благополучной, жизни фермы остался график: каких коров нужно отправить в запуск, каких — в родильное отделение. Читаешь ласковые имена, которыми работники фермы называли буренок, и сердце обливается кровью: Ласточка, Стрекоза, Булочка, Фиалка... В глубине коровника стоит молодая работница и плачет.

— Коровы тоже плачут, — сквозь слезы говорит она, — как люди, они ведь беспомощные, пожаловаться не могут.

Откуда зараза

Пока еще не было никакой официальной информации о причинах инфекции. По городу ходят слухи, что смертельную заразу привезли заморские коровы из Канады, закупленные для области в октябре. Однако на ферме мы выяснили, что болеют наши, отечественные животные, а канадские спокойно пасутся в загоне. Оказывается, все они были привиты еще в Канаде. Но директор НПО уверен, что вирус в Пивовариху проник именно с канадским скотом. Как это произошло, отследить невозможно, потому что все коровы за океаном закупались в разных хозяйствах и разных провинциях. Всего в хозяйстве 102 коровы из Канады. Кстати, каждая стоит 180 тысяч рублей.

— А все ли в порядке с документами на канадских коров? — спросила я ветеринара, имея в виду недавний прецедент в Приморье, когда Россельхознадзор ограничил ввоз мяса из Канады из-за многочисленных фактов поставки этой продукции по поддельным ветеринарным сертификатам.

— Я сам документов не видел, — признался Михаил Алексеев, — нам дали только ветеринарное свидетельство на транспортировку. Сертификаты мы не видели.

— Коров закупали через Росагролизинг по нацпроекту, — добавляет зоотехник Наталья, — так что о ветеринарных прививках мы ничего не знали. Ветеринар рассказал, что пытался связаться с канадскими коллегами: «В Канаде они по-своему лечат, вырезают все стадо и скоблят стены фермы...» Однако руководство хозяйства в Пивоварихе к такому радикальному решение не готово.

— Сейчас создана комиссия на областном уровне, — объясняет Андрей Мальцев, — чиновники рекомендуют мне вырезать скот. Но я не могу на это пойти без санкции нашего собственника. В ближайшее время должна приехать комиссия Академии сельскохозяйственных наук из Москвы и Новосибирска. Она и поможет разобраться в ситуации, принять правильное решение.

— На кого вы возлагаете ответственность за случившееся?

— Пусть разбираются органы, — говорит Андрей Мальцев, — прокуратура, ветеринарная инспекция. Мы написали заявление в прокуратуру. Ущерб для нас огромный: тут и потерянное молоко, и потерянные телята, и мясо, и сам скот. Люди остались без работы. У нас работало 270 человек, и ферма была основой всего хозяйства.

— Какие принимаются меры, чтобы не допустить распространения инфекции за пределы хозяйства?

— Введен карантин, — отвечает Андрей Мальцев, — везде установлены дизбарьеры, дизковрики, такие же барьеры установлены для транспорта. Колеса обрабатываются... Для людей опасности нет. Главное — не допустить выхода инфекции за ворота.

«Сами виноваты»

Если на ферме болезнь своих коров связывают с заморскими буренками, то областные власти придерживаются совсем иного мнения. Свою точку зрения они обнародовали на пресс-конференции 9 января. Для начала главный государственный ветеринарный инспектор Иркутской области Борис Балыбердин сообщил, что в поселке Пивовариха, Иркутского района, снят режим чрезвычайной ситуации, однако он сохраняется на ферме, где случилось ЧП. По словам главного ветеринарного инспектора, данные исследований показали, что коровы заражены пастереллезом и респираторно-синцитиальной болезнью. Эти заболевания не представляют опасности для человека.

Что касается версии о том, что переносчиками пастереллеза стали канадские коровы, то она, по словам главного ветеринара Приангарья, несостоятельна.

— Сегодня это не установлено, но руководителям хозяйства хочется найти виновника, — сказал Балыбердин, — всего на территорию Иркутской области завезли 415 голов. Они попали в разные хозяйства. И там все благополучно. Этим вопросом будут заниматься прокуратура и специалисты.

Однако заместитель губернатора Сергей Остроумов заметил, что полностью «канадскую» версию отрицать нельзя, и рассказал о неблагоприятных условиях в хозяйстве, которые позволили развиться вирусу.

— По всей видимости, животные заболели уже давно, — добавил Борис Балыбердин, — лечение проводилось в хозяйстве, к нам его сотрудники не обращались. Обратились лишь после того, как началась эпидемия. Канадский скот завозился по всем международным требованиям. В течение месяца мы осматривали этих животных, никаких признаков заболеваний у них не было. А в хозяйстве были нарушены карантинные мероприятия, поэтому все и произошло.

Таким образом, ситуация еще больше накаляется. Руководство хозяйства винит чиновников, осуществлявших закуп скота за границей, чиновники винят руководство фермы. А коровы продолжают умирать...

Загрузка...