Охота по-русски

Житель Иркутска Павел Алексейчик считает, что охота — это не варварство, а спасение для дикой природы

Восьмого сентября на стадионе «Динамо» в Рабочем откроется выставка охотничьих собак. Здесь будут представлены и русские гончие, популяризацией которых занимается иркутянин Павел Алексейчик. В отличие от героев фильма «Особенности национальной охоты», Павел не пьет, а по-настоящему охотится на волков, лис и зайцев, иногда и на изюбря с русскими пегими гончими. Двадцать лет он посвятил тому, чтобы эта порода, пришедшая к нам из центральной России, прижилась и в Сибири. А еще Павел Алексейчик мечтает снять фильм об особенностях национальной охоты, чтобы показать всю красоту и величие русской псовой охоты.

Все от деда

— Русская пегая гончая, борзая и лайка — вот три исконно русские охотничьи собаки, — утверждает Павел Алексейчик.

Каждый раз, покупая в киоске газету с объявлениями, Павел открывает тот раздел, где говорится о продаже щенков. Ищет он свою любимую породу, но на букву Р попадаются только ротвейлеры. «Это не наши собаки! Конечно, я понимаю, что каждому охотнику соответствует какая-то порода. Мне, например, нравятся гончие, а кому-то — слюнявый боксер. У каждого свой вкус. Но все равно, мы должны знать ту породу, которую разводили наши деды и прадеды», — утверждает Павел.

— Псовая охота — благородная охота, — говорит Павел. — Гончая, нападая на след зверя, идет по нему, пока не поднимет зверя с лежки. И тут она начинает звонко подавать голос, что-то среднее между воем и лаем. Она так увлекается гоном, что забывает обо всем на свете. Тем-то и отличается охота с гончей от охоты с лайкой и другими собаками, что гончая ведет зверя с голосом, ее на весь лес слышно. И уже от опытности охотника зависит успех охоты. Зная повадки разных животных и по лаю гончей понимая, кого она взяла, он должен встать на пути у зверя. Дело в том, что всякий зверь ходит не абы как, а по проложенным дорожкам, по кругу. Он обязательно вернется на то место, с которого подняла его гончая. И тут зверя можно взять...

Гончая не разобьется о дерево

С гончими охотились все русские цари и великие князья, охота издревле была занятием знати. Собак породы русская пегая гончая держали сотнями, а при царском двор — так и тысячами. В Софийском соборе в Киеве есть роспись, где изображена охота с гончими, а этот собор был построен в ХII веке!

— В Иркутске русских пегих гончих не больше пятидесяти, — рассказывает Павел. — И это очень грустно, потому что культура охоты у нас находится на низком уровне. Охотник — это ведь не тот, кто надел камуфляж и взял в руки ружье. Зверя надо добывать умеючи... Это ведь целый пласт культуры, это русские традиции.

Чего только не приходилось слышать Павлу за двадцать лет об этой породе! Находились даже такие охотники, которые говорили, что в тайге с гончими нельзя охотиться, потому что она разобьется о дерево!

— Да никогда не разобьется гончая, — смеется Павел Алексейчик. — Она же по следу ведет зверя. Есть гончие поратые, то есть быстрые, которые не отстают от зверя ни на шаг. А есть и пешие, которые гонят его на расстоянии десяти-пятнадцати шагов. Вот борзая — та может разбиться, потому что она охотится на дичь на открытом пространстве и в гоне набирает большую скорость. Потому на царской охоте гончих держали для того, чтобы они брали след и гнали зверя из лесу, а борзые набрасывались на него в поле.

Пуля и Удалой

Павел Алексейчик многих заразил своим увлечением. Теперь русских пегих гончих держат охотники, которые понимают красоту псовой охоты.

— Представьте себе раннее утро, еще спящий лес, и вдруг твоя гончая подает голос — она подняла зверя... Это надо почувствовать, — рассказывает директор фирмы «Сибвуд», заядлый охотник Андрей Васильевич Челпанов. — А если гончих двое, это вообще не опишешь как здорово. Охота с гончими — азартное, красивое зрелище!

У Андрея Васильевича четверо пегих гончих. Две живут у него возле дома, и еще две — в деревне Горячий Ключ, где у Челпанова свой леспромхоз. Нам удалось прогуляться по лесу с Пулей и Удалым (кстати, по традиции гончих называют не суками и кобелями, а выжлецом и выжловкой, что звучит, согласитесь, гораздо благороднее). Выжлецу Удалому идет восьмая осень (и возраст русских пегих гончих по традиции считают по осеням), а Пуле — всего лишь третья. Живут они в деревянных будках, просторных, похожих на теремки, питаются в основном гречневой кашей и перловкой, для поддержания нормального уровня кальция им обязательно дают говяжьи кости и свежую рыбу, включают в рацион и гранулированный корм. В лесу Пуля и Удалой сразу набросились на зеленую траву: все же никакой «Педи гри» не может дать живых витаминов, как там его ни расхваливает реклама.

Собаки были рады прогулке, носились и играли, как дети. Русская гончая — действительно красивая порода. У Пули, например, своя особенная стать: у нее выразительные светло-карие глаза, висячие светло-коричневые уши, мощная грудная клетка и стройные ноги. Во всем облике русской гончей чувствуются природный ум, доброта и благородство, что редко встретишь в бойцовых, а тем более в комнатных собачках.

За зверем — как нитка за иголкой

Соседа Петра Израилевича Рубана Павел Алексейчик тоже заразил своим увлечением. Уже десять месяцев живет у Петра Израилевича русская пегая гончая Руда.

Она по возрасту еще щенок, но в ее стати и повадках уже проглядывает ловкая охотничья собака. По нескольку часов в день проводит с ней в лесу Петр Израилевич. Он относится к ней как к члену семьи, нежно и заботливо. Действительно, эти собаки вызывают у каждого, кто с ними сталкивается, если не горячую любовь, то искреннее расположение. Глядя на то, как преображается в лесу Руда, как вытягивается в струну, как ловит запахи, понимаешь, что эту породу много веков назад вывели именно для охоты.

— Когда идешь с Рудой по лесу, лес оживает, — рассказывает Петр Израилевич. — У гончей и слух лучше, и зрение острее. Человеку лес кажется необитаемым, а она чувствует по запаху, где притаился заяц, а где — лиса. И справляться с ней уже непросто — Руда становится с каждым днем все сильнее и стремительнее.

В Иркутской области зверя в тайге по-прежнему много. А зайцев в последние годы расплодилось столько, что даже сезонная охота не может привести в норму их численность. Поэтому так важно внедрять в наших краях псовую охоту.

— А то за державу обидно! — говорит Павел Алексейчик, романтик и подвижник русской псовой охоты. — Я так ждал, когда выйдут на экран «Особенности национальной охоты», а фильм этот меня сильно разочаровал. Нет там никакой охоты! Я мечтаю снять фильм о настоящей русской псовой охоте с гончими, вот там действительно есть что показать.

Охота — не варварство

Многие относятся к охоте как к варварскому занятию: мол, если нужен тебе кусок мяса, пойди в магазин и купи. Недостатка в мясопродуктах сейчас, слава Богу, нет. Но Павел Алексейчик, завзятый охотник, с этим категорически не согласен. Он говорит, что в природе должно быть равновесие. Если какого-нибудь зверя становится больше, чем нужно, то начинается эпидемия или голод, и часть зверей погибает. А охотники, если они охотятся в строго отведенные для этого сроки, имеют лицензию на добывание определенного вида диких животных, помогают поддерживать равновесие в природе.

— Охота — это состояние души, — говорит Павел Алексейчик. — И охотник в моем понимании — это человек, который любит и бережет природу, а вовсе не кровожадный дикарь.

Загрузка...