Лица начальников

Выставка портретов генерал-губернаторов Иркутской губернии открылась в научной библиотеке ИГУ

Портреты губернаторов были написаны маслом иркутскими художниками. Работы выполнены по заказу областной администрации, но потом переданы в дар научной библиотеке ИГУ. На взгляд журналиста «Пятницы», заказ областной администрации выполнялся в спешке, что настоящему искусству не идет на пользу. Микеланджело потолок Сикстинской капеллы не за один год расписал. Тут, конечно, не святые и не пророки изображены, а всего лишь губернаторы, но хотелось бы достойного уровня живописи. Например, темно-синий пиджак на Юрии Абрамовиче Ножикове выглядит так, будто его вырезали из бумаги и наклеили на холст: ни теней тебе никаких, ни полутонов. Хорошо, хоть ордена нарисовали цветные, хоть как-то веселят костюмчик. Портрет Бориса Говорина вообще убрали на доработку: он оказался совершенно не готов к выставке. Да и многие другие портреты, мягко говоря, нуждаются в корректировке. У великого нашего губернатора Сперанского, к примеру, глаза не на одном уровне — один выше, другой ниже. Эта ошибка в рисунке повторяется еще у одного несчастного портретируемого...

Лучше уж быть Селивановым

Иркутские губернаторы в портретах представлены не в полном составе. Всего их было около двадцати человек. Некоторые оставили после себя весомый след в истории, как, например, Сперанский, разделивший Сибирь на Западную и Восточную, а другие не оставили ничего, кроме записи срока своего правления.

Например, о губернаторе Андрее Николаевиче Селиванове мы знаем только то, что прибыл он в Иркутск 26 июня 1906 года, был назначен командующим войсками вновь образованного Иркутского военного округа и членом Государственного совета, а уже 10 августа 1910 года он выехал из Иркутска насовсем. Четыре года правил, но ничем особенным в истории не отмечен. Хотя иногда это и хорошо: значит, при нем жизнь губернии текла спокойно и размеренно, ничего особенного не происходило, и слава Богу.

Наше непростое время, например, этим похвастаться не может. Так, в 90-х годах в нашей области смертность впервые превысила рождаемость. Остановились и были переоборудованы под торговые площадки все более-менее значительные производства, полностью рухнуло сельское хозяйство. Область впервые заняла второе место в России по распространению наркотиков и ВИЧ-инфекции. Уж лучше править так, как никому не известный Селиванов, чем обрастать такой жуткой славой. Как вы считаете? За годы перестройки область превратилась из развитого промышленного района в отсталый и дотационный край. И были же в это время у нас губернаторы? Конечно, были. А некоторые правили и по два срока. Но в истории каждому из них отведено свое место.

Сперанский вернул в казну миллионы

Личность Михаила Михайловича Сперанского — одна из самых грандиозных и значительных за всю историю сибирского генерал-губернаторства. Конечно, как и многие бывшие до него и после него губернаторы Сибири, Сперанский расценивал свое губернаторство как ссылку и немилость. Так оно и было. Завистники нашептали царю Александру I, что безродный Сперанский — вредитель и невежда. За что умнейший Михаил Михайлович впал в немилость и был сослан в Сибирь, но он и здесь не пропал. Он задал Сибири такой темп развития, издал столько разумных законов, что некоторыми из них мы пользуемся до сих пор.

В марте 1819-го ему поручили возглавить ревизию Сибири и назначили Сибирским генерал-губернатором. В короткий срок он объехал почти всю Сибирь, решительно боролся с произволом и казнокрадством местной администрации. К суду было привлечено 680 чиновников, с которых взыскано 2,8 миллиона рублей.

Он много сделал для развития и просвещения города. Небольшая команда Сперанского, в которую входил будущий декабрист Г.С.Батеньков, за короткий срок подготовила пакет реформ преобразования управления Сибирью. Среди них Устав о выправлении инородцев, Устав о ссыльных, административная и судебная реформы и т. д. Для рассмотрения сибирских дел в Петербурге был создан специальный орган — Сибирский комитет. В марте 1821-го Сперанский вернулся в столицу и был введен в состав Государственного совета.

Николай Николаевич Муравьев-Амурский

Муравьев-Амурский Николай Николаевич был одним из самых замечательных и прогрессивных деятелей не только в Иркутской губернии, но и во всей России. Замечательный портрет его находится в художественном музее Иркутска, бледная его копия — в библиотеке ИГУ.

Его огромная заслуга в том, что Амур стал русским, а не китайским и не английским. Он провел границу так, что мы стали законными обладателями сибирской территории. «Деятели» постперестроечного времени, наоборот, все чаще поговаривают о переселении в Сибирь китайцев, а многие никак не препятствуют этому.

Муравьев-Амурский в Иркутск прибыл в 1848 году. На высшей административной должности в Восточной Сибири пробыл 13 лет. Это время стало самым значительным и плодотворным в его биографии. Муравьев возглавил деятельность по исследованию и включению в состав государства Амурского и Уссурийского краев. Рядом договоров с Китаем был урегулирован пограничный вопрос, новое развитие получила торговля. Муравьев-Амурский лично контролировал и направлял процесс заселения и хозяйственного освоения новых территорий. В 1858 году, после заключения Айгунского договора с Китаем, он был возведен в графское достоинство с присоединением к фамилии почетного имени— Амурский.

Ему также было присвоено звание генерала от инфантерии. Деятельность Муравьева в Восточной Сибири была многогранной. С его именем связаны административные реформы в крае, создание Забайкальского и Амурского казачества, забота о положении и быте крестьянского населения и инородцев, ускорение экономического развития региона.

Юрий Ножиков: «Я не наживался!»

Интереснейшая личность — наш с вами современник, губернатор Юрий Абрамович Ножиков. Это один из немногих губернаторов Сибири, который оставил для потомков откровенные воспоминания. Его книга так и называется: «Я это видел, или Жизнь российского губернатора, рассказанная им самим». Время его правления было очень тяжелым. В стране и в области начались воровство, коррупция, бессовестный развал и грабеж нажитого государственного имущества. Он не мог остановить этот вал, поэтому ушел. Его ближайшее окружение сказочно обогатилось, а он остался человеком чести.

Вот некоторые свидетельства бывшего губернатора о временах «дикого капитализма»:

«Четверо чинов моей администрации получили от коммерческих фирм вознаграждение по 10 тысяч долларов. Я посмотрел на документы: действительно не возбраняется. Имели право, как члены совета директоров, предоставляющие госпакет акций. Но я пригласил их и предложил вернуть деньги. Они мнутся, так и сяк, все, мол, по закону, да мы их уже истратили... Я говорю: это ваши проблемы. Занимайте, собирайте у родственников, как хотите, но через три дня принесите. Не принесете — ставлю вопрос в Законодательном собрании... Принесли. А дальше мы решили так. Все вознаграждения — в администрацию. А там уже губернатор решит, кому и сколько положено.

Я не наживался. Дачу построил в непрестижном микрорайоне Зеленом. Спрашивали: а почему не по Байкальскому тракту, там все начальники? Отвечал: не хочу среди блатных. Там же, в принципе, нельзя, водоохранная зона. Декларацию о доходах представил за три года до распоряжения президента. Обратился к своим первый раз, чтобы сделали то же самое, никто не откликнулся. Во второй раз откликнулись уже процентов восемьдесят...

Богатства я не нажил. Это обременительно. Собственности, которая бы приносила доход, у меня нет. Я считаю и уже говорил, что губернатор не должен иметь собственности — чтобы она не повлияла на его решения. Но он должен быть, как государственный служащий, прилично обеспечен. Иначе ему костюм сошьют подешевле, продукты подвезут подешевле и так далее. И он попадет к кому-нибудь в лапы. Дадут на рубль, а потом затребуют миллион из государственной казны».

Лавинский Александр Степанович (1776—1844)

До назначения в Иркутск — виленский губернатор. Действительный статский советник. Восточно-сибирский генерал-губернатор с 1822 по 1833 год. Освобожден от должности с назначением в Государственный совет

Сулима Николай Семенович (1777—1840)

Генерал-лейтенант. Участвовал в наполеоновских войнах, а также в кампаниях турецкой (1828—1829) и польской. В 1833—1837 годах состоял генерал-губернатором Восточной Сибири, потом Западной и снискал расположение сибиряков. Умер в звании члена военного совета

Корсаков Михаил Семенович (1826—1871)

В 1845 году был выпущен из школы гвардейских подпрапорщиков в лейб-гвардии Семеновский полк. В 1848-м назначен по особым поручениям к H.H.Муравьеву, генерал-губернатору Восточной Сибири. Был командирован на Камчатку для перенесения охотского порта в Петропавловск. В 1854-м снарядил экспедицию на реке Амуре и сам в ней участвовал. В том же году он приехал в Санкт-Петербург для снаряжения второй амурской экспедиции, а в 1855-м был назначен командующим амурскими войсками. В 1860 году Корсаков был назначен председателем совета Главного управления Восточной Сибири, в 1862-м — генерал-губернатором. Его именем были названы пост Корсаковский и поселение Приморья Корсаковское

Метки:
baikalpress_id:  26 519