Похоронили Ельцина

В среду, 25 апреля, на Новодевичьем кладбище в Москве состоялись похороны первого президента России Бориса Ельцина - человека сложной политической и житейской судьбы, определявшего всю нашу жизнь на протяжении последних полутора десятилетий.

Люди оценят через много лет

Жизнь распорядилась так, что судьба первого иркутского губернатора перекрестилась с судьбой первого президента России. Сегодня мы попросили рассказать о Борисе Ельцине Юрия Абрамовича Ножикова.

- Как Вы оцениваете Ельцина?

- Он был лидером, возглавившим реформы, которые давно назрели. Страна шла к пропасти. Нужно было выходить из тупика. И это понимали все. Горбачев, а потом Ельцин возглавили этот исторически необходимый процесс. Сам Борис Николаевич был человеком настырным, деятельным, дотошным до предела. Я был с ним достаточно близко знаком, видел в самых разных ситуациях, говорил ему много разных неприятных вещей, и он все это переносил. Когда Ельцин избирался на второй срок и спрашивал мнение Президентского совета, я ему откровенно сказал, что по рейтингу он сейчас на четвертом месте. "Да, - недовольно сказал Ельцин, - а кто у тебя на первом?" "Жириновский", - ответил я. "Так ты его привечаешь?" "Нет, - говорю, - таковы реалии. Вы сейчас стремительно двигаетесь в рейтинге, и это дает возможность идти на выборы, но я прошу, Борис Николаевич, обратить внимание на ваш внешний вид. Вот я сижу перед вами на расстоянии двух метров, а что я по телевизору вижу? На вас же смотрят миллионы людей. Второй вопрос - война в Чечне. И третий вопрос - зарплата учителям, и мне на все эти вопросы нужно ответить людям, перед тем как они пойдут голосовать". Вот такие неприятные вопросы я ставил перед ним открыто в присутствии членов Президентского совета. Но он же реагировал адекватно, нормально воспринимал, и это, я считаю, его несомненная заслуга.

- Вы лично за что могли бы сказать ему спасибо? Что бы записали в актив?

- Спасибо я бы ему не стал говорить никогда. Реформы шли очень болезненно. Никто не будет отрицать, что они принесли очень много бед народу. Другое дело, что источником бед являлся не сам Ельцин. Мы к ним шли, мы неумолимо двигались к этому, и чем дальше бы мы откладывали реформы, тем более ужасным было бы падение. Но именно с приходом Ельцина связана демократизация общества, свобода печати, свобода информации, которой, кстати говоря, после его ухода из власти стало значительно меньше.

- С Ельциным связаны и другие завоевания: многопартийность, политическая конкуренция, то, что сейчас уничтожается, к примеру, те же выборы губернаторов. Перед своим уходом Ельцин сказал Путину: "Берегите Россию". Наверное, под этим он подразумевал все, что я перечислила выше. Как, на Ваш взгляд, выполняется этот завет?

- То, что уничтожается, идет не на пользу России. Мне кажется, сегодня мы перебарщиваем, мы создаем в стране всесилие бюрократии. Откуда такая страшная коррупция развелась? Сегодня ни для кого не секрет, везде, куда ни пойди, требуют деньги. Не просят взятки, а требуют! Процессы, которые пошли в стране после Ельцина, не все позитивные. Конечно, мы можем признать позитивным управление государственностью, уход от анархии, стабильность экономики, но есть для этого и объективные причины. Ведь при Ельцине нефть стоила 8 долларов за баррель, а сегодня - 60-70! Поэтому нам нужно делать выводы из наследия Бориса Николаевича. Хотя общество по-разному относится к его времени, поскольку оно было связано с очень серьезным ухудшением жизни. Но при этом нужно смотреть дальше и глубже. Без соблюдения демократических принципов двигаться дальше будет труднее.

- Каждый наш властитель оставлял о себе память в сердцах простых людей. Сталин воспринимается как кровавый деспот, Хрущева все помнят в связи с кукурузной кампанией, Брежнева - как героя анекдотов. А Ельцин? Как о нем будут отзываться через много-много лет?

- Думаю, что через много лет люди смогут объективно оценить роль Ельцина в истории. И роль эта, несомненно, позитивная.

Отношения двух первых

- Юрий Абрамович, дело прошлое, но слов из песни не выкинешь, в 1993 году Борис Николаевич попытался отправить Вас в отставку... Это обстоятельство повлияло на Ваше отношение к его персоне?

- Дважды отправлял, - поправляет Юрий Абрамович, - первый раз это произошло в Чебоксарах на совещании глав администраций территорий. Меня там не было, я лежал с переломом позвоночника и смотрел телевизор. А там показывают, как Ельцин говорит, что я слишком много требую для области. И далее: "Тогда сниму его с работы". Это было сказано публично. Скажу правду, я был обижен. Очень... Я всю жизнь много работал, старался, и вдруг такие незаслуженные выпады. После этого мой первый зам отправился в Москву выяснять, в чем дело и как быть. Зампред премьер-министра ему говорит: "Пусть Ножиков не выходит из стройных рядов и пусть работает".

Второй раз это случилось в 1993 году. Я уже был готов уйти в отставку и готовился к этому. Набиралась критическая масса. Конфликт был связан с очень резкими шагами в области реформ. Я считал, что нужно принимать более взвешенные решения. Но с отставкой все оттягивал. И вдруг приезжает комиссия из администрации президента искать компромат. Я понял, что теперь мне нельзя так просто уходить. Комиссия поработала недели три и уехала. А через три недели появился тот самый указ президента о моей отставке. Я не расстроился, даже смешно стало. Пришел в областную администрацию - дело было позднее, но там полно депутатов областного совета, которые были возмущены этим указом. Стало ясно, что просто так уйти мне не удастся. Если депутаты против, то что же я скажу остальным людям? И я решил для себя, что так просто это не спущу... Тут меня в Москву вызывает Виктор Черномырдин. И на личном приеме сообщает, что весь этот компромат - полная мура и так любого человека можно подвести под монастырь. "Я разговаривал с президентом, - сказал Виктор Степанович, - Ельцин не снимает вас с работы. Все нормально. Работайте".

А вечером того же дня было собрание губернаторов. Вот там и произошло главное событие: губернаторы встали в жесткую оппозицию к указу о моей отставке, обрушились с критикой на администрацию президента. Слово взял Анатолий Тяжлов, губернатор Московской области, и говорит: "Если не отменят указ президента, я подаю в отставку!" За ним встает другой губернатор, а потом еще три. Настоящий бунт на корабле...

Тут в зал, где мы заседали, пришел сам Ельцин и говорит, что указ он не подписывал и что приносит мне извинения. Вроде бы инцидент был исчерпан. А на следующий день перед совещанием мы снова собирались у президента, и здесь Борис Николаевич лично подошел ко мне и говорит: "Юрий Абрамович, я приношу вам свои извинения".

- Это было искренне?

- Да. А через некоторое время меня снова приглашают в Москву к главе администрации президента Сергею Филатову, который предложил забрать весь этот компромат и расследовать, что там было на самом деле. Я: "Простите, давайте поставим все на свои места. Вы меня сняли с работы, как я возьму материалы?" Филатов: "Ну вам же президент принес извинения". Я: "Он снял меня с работы публично на всю Россию, так что пусть извинения будут опубликованы в печати. Чтобы об этом все знали". И он согласился. Дня через три извинения действительно были опубликованы в газете "Известия" в московском выпуске. И все... Я больше настаивать не стал. Просто этот выпуск перепечатали у нас в области.

- Так, Юрий Абрамович, получается, что Вы единственный человек, у которого Ельцин публично просил прощения?

- Да, но это еще не все. Через некоторое время меня вызывают к Алексею Ильюшенко, замглавы администрации президента (напомню, что это был один из самых главных "борцов с коррупцией" при Ельцине, который в 1995 году исполнял обязанности генпрокурора и который в 1996 году был арестован по обвинению в злоупотреблении служебным положением и получении взяток. - Авт.). Ильюшенко добивался, чтобы я выдал фамилии виновных в этом компромате. Я ответил: "Передайте дела в Генпрокуратуру, и пусть она все расследует. Я больше ничего говорить не буду". Через месяц приехала комиссия из Генпрокуратуры, она рассмотрела все дела и закрыла, не увидев никакого состава преступления.

- А вы думаете, эта неприязнь шла лично от Бориса Николаевича или это интриги его окружения?

- Это не Борис Николаевич, просто в его команде было очень много людей, которые реформы хотели делать большевистскими темпами. Всех разделили на белых и красных. Кто белые, те с нами. Кто за красных, тот против нас. Но, знаете, мы это проходили в 17-м году. Люди разные: один понимает так, другой так. Проведение реформ требовало тщательного подхода. Ошибок было очень много на этом пути. И я не виню в этом Ельцина, потому что невозможно провести такой колоссальный объем реформ, не совершив ошибок. Уже хорошо то, что реформы проходили без кровопролития, или, по крайней мере, без большого кровопролития. Это большая заслуга Ельцина. Я это в вину ему не ставил и тем более не ставлю сейчас. А то, что там было много прихлебателей... Что поделаешь: в период революционных преобразований всегда очень много несерьезных людей приходит к власти.

Говорят, что он дал свободу

Мы спросили у иркутян: "Будь у вас такая возможность, вы бы пошли проводить Бориса Николаевича в последний путь?"

Тамара Николаевна Садовская:

- Я очень сожалею, что он умер. Конечно, я пошла бы. Обязательно. Он очень много сделал для страны хорошего. И как человек, и как руководитель. Это прекрасно...

Паша:

- Я, честно говоря, плохо помню его время, у меня совсем другие интересы были... Но, конечно, жаль... Многие говорят, что он дал людям свободу.

Алексей Киселев:

- Скорее да, чем нет. Для меня Ельцин олицетворяет те самые демократические преобразования в России, свидетелем которых стало наше поколение. Я считаю, что это выдающаяся личность.

Дима:

- Наверное, да... Это же было семь лет назад, когда он руководил. Я тогда еще маленьким совсем был. Родители мои, я видел, расстроились...

Мужчина, не пожелавший представиться:

- Ушел человек. Ну и что, сердиться теперь на него? Конечно, пошел бы. Слов нет. Это просто человеческий долг. Почему же не проводить?

Загрузка...