Смерть по желанию

Совет Федерации готовит законопроект, разрешающий эвтаназию в России. По предлагаемой схеме заявление пациента на смерть будут рассматривать в течение двух месяцев консилиумы врачей, прокуратура, адвокаты, общественники. Если все службы дали добро на "легкую смерть" (эвтаназия с греч.), то больному вводится смертельная доза обезболивающего.

Я не сделаю этого никогда

О возможности введения эвтаназии в нашей стране мы разговаривали с одним из самых известных докторов России - профессором Евгением Григорьевым, директором ГУ Научного центра реконструктивной и восстановительной хирургии ВСНЦ СО РАМН, главным хирургом Сибирского федерального округа, членом-корреспондентом РАМН.

- Евгений Георгиевич, вас пациенты когда-нибудь просили облегчить их страдания самым кардинальным способом?

- Да, но это единичные случаи: за почти 35 лет стажа это лишь несколько раз - все хотят жить. Но было и другое: занимаясь тяжелыми формами заболеваний у крайне истощенных пациентов, я много раз видел, как казавшийся бесперспективным больной выздоравливал! Например, был пациент с воспалением брюшины. У него нехорошее кровообращение, нарушены функции дыхания, мочевыделения, поврежден желудочно-кишечный тракт, повреждение головного мозга за счет отравления собственными ядами. Мы говорили близким, что состояние больного крайне тяжелое, что вероятность неблагоприятного исхода очень высока. Пациент выздоровел! И так было неоднократно! Это бывает несколько раз в году.

- Это чудо?

- Это резервы человеческого организма. Главное - помочь организму правильно назначенным лечением. Врачу кажется, что пациент безнадежен, но мало ли что кажется! Надо лечить. Эмоции не должны преобладать над объективной оценкой ситуации. К тому же всегда существует человеческий фактор, а человек может ошибаться.

- Как вы считаете, возможно ли разрешение эвтаназии в России?

- В России сейчас этого делать категорически нельзя. Нужен очень серьезный законодательный акт, точный и ясный протокол, в котором будет до деталей определяться здоровье пациента с учетом его болезней, перспективы выздоровления и вероятности смерти. В условиях нашего общества это абсолютно не годится - у нас недостаточно лекарственных препаратов, оборудования для обследования и т. д.

- Евгений Георгиевич, есть стопроцентно неизлечимые пациенты?

- Есть, к сожалению, да.

- Вы бы смогли сделать таким людям смертельную инъекцию?

- У меня рука никогда не поднимется! Чувствовать себя, по сути дела, убийцей я не могу.

- Даже если эвтаназию введут, и все требования будут соблюдены, и человек умоляет?

- Никогда! Я давал клятву Гиппократа. Уверен, большинство врачей откажутся это сделать.

- Если представить, что эвтаназия будет введена, как думаете, могут появиться злоупотребления ею? Ради органов, ради наследства...

- И такое может случиться. Недобросовестных людей хватает везде.

- Пациенты с неизлечимыми болезнями, по сути, становятся наркоманами, ведь лучшее средство для обезболивания - морфий. Правильно?

- Правильно, но если человеку так легче, если он отвлекается от боли и это продлевает ему жизнь, то пусть он будет наркоманом в конце своей жизни. Лучше так, чем смерть.

- Вы бы могли попросить убить себя в случае тяжелой болезни?

- Нет.

- Что можно сказать людям, которые мучаются и думают, что лучше бы была эвтаназия?

- Живи сколько Богом дано. А людям, которые окружают погибающих, нужно пожелать терпения, а врачам - профессионализма и удачи.

Спорный вопрос

Сегодня мы спросили у студентов ИГМУ: "Кто должен будет сделать смертельный укол?"

Татьяна:

- Мы часто спорим на лекциях по поводу эвтаназии, взвешиваем все за и против. С одной стороны, это нужная мера, но кто это будет делать? Мы не имеем права распоряжаться чужой жизнью. Лично я никогда не смогла бы поставить такую инъекцию и даже дать задание кому-либо.

Наталья:

- Это должен сделать врач по решению родственников и пациента. Думаю, что, пока человек в здравом уме, он должен дать согласие на эвтаназию, если его болезнь станет неизлечимой. Я видела пациентов, которые годами лежат в постели, ходят под себя, мучаются сами и мучают родных, - некоторые из них хотели бы умереть, чем мучить близких.

Вадим:

- Конечно, это должен сделать врач. Но только с соблюдением всех правил. А еще лучше - заведующий отделением. Лично я бы не смог. Я учусь для того, чтобы лечить, а не убивать.

Булат:

- Врач, который вел пациента и знает его. Я думаю, что если закон будет введен, то я смог бы сделать такой укол.

Андрей:

- Думаю, если когда-нибудь в России введут эвтаназию, то такие процедуры будет делать врач-анестезиолог. Но таким специалистам необходимо будет проводить психразгрузку. Это очень тяжелая миссия. Я бы не смог.

Метки:
baikalpress_id:  25 610