Мой папка — дядя Миша

Так утверждали многие мальчишки послевоенного Иркутска, когда хотели запугать своего обидчика

Его знали все преступники области: на почту пачками приходили письма из тюрьмы без адреса, но с фамилией адресата - дяде Мише Фомину. И почтальоны знали, куда доставить корреспонденцию. За свою жизнь он раскрыл сотни запутанных уголовных дел, убийств, грабежей и разбоев, он был профессионалом своего дела. Находил и сажал воров и убийц. За что же они так уважали его? За то, что он был справедлив. За то, что, душой болея за каждого уголовника, устраивал их всех на работу после отсидки, находил им жилье и помогал с пропиской. Когда дядя Миша умер, на похоронах появился венок с загадочной надписью "Дяде Мише Фомину от крестников". Дочь прославленного иркутского опера Михаила Фомина рассказала корреспонденту "Пятницы" о своем отце.

Ни муки, ни брата

В милицию Михаил Фомин пришел в шестнадцатилетнем возрасте. Тогда он учился в частной гимназии Горцейт. Но после 7-го класса сбежал из школы на работу в угрозыск. Родители сначала воспротивились, но довольно скоро поняли, что ловить преступников - его призвание.

Вскоре Михаилу Фомину довелось участвовать в раскрытии убийства. И здесь впервые проявился его талант, природный дар настоящего сыщика.

Три брата-крестьянина торговали на иркутском рынке мукой. "Каменские мы, Ершовы - наша фамилия. Привезли, значит, мы вчера воз муки для продажи, заночевали в городе, а сегодня с утра торговать стали. Торговля бойко пошла, мука у нас знаменитая, так что Васька, старший брат, только деньги считал и за пазуху складывал, а мы, значит, с Мишкой с мукой управлялись. Потом подошли двое - и к Ваське: берем, мол, остальные мешки не вешая, только доставить пособи. Васька, дурень, и согласился", - рассказали крестьяне иркутским милиционерам.

Братья пребывали в недоумении. Ни муки, ни лошади, ни денег, да еще и брат исчез.

"А я еще раньше заметил, как эти двое возле нас крутились, - хмуро добавил один из братьев. - На Ваську они все зыркали, как он деньги считал да куда прятал. Должно быть, примечали. Боимся мы за Ваську, товарищи сыщики. Неладное случилось - шестой час его нету".

Михаил Фомин первым сделал предположение о том, как начать поиски пропавшего:

- Земля сырая после дождя, можно попытаться пройти по следу от колес телеги, да и меж людей поискать не мешает. Авось кто заприметил лошадь.

Однако, когда Фомин с братьями Ершовыми пришел на рынок и увидел десятка два колесных следов от крестьянских телег, он понял, что так дело не пойдет. Решили искать лошадь. Пошли в том направлении, куда уехал старший Ершов, спрашивали прохожих, обходили дворы и огороды. Наконец обнаружили на окраине города лошадь Ершовых. Но ни мешков с мукой, ни брата, живого или убитого, - вообще никаких следов.

Михаил Фомин решил пригнать лошадь обратно на базар, чтобы она, пока не стемнело, могла найти хозяина. Отпустив поводья, опер сидел на телеге, внимательно вглядываясь в дорогу. Лошадь свернула на Малую Ланинскую улицу (Депутатскую), где стоял дом родителей Михаила Фомина, и у того похолодела душа. Здесь он знал каждый дом. Около дома № 23 лошадь остановилась. В доме жил Николай Пресняков, это Михаил знал. Возле дома виднелся свежий след от колес телеги.

Вынув оружие, опера рывком открыли калитку и забежали на деревянное крыльцо. Когда толпа милиционеров ворвалась в дом, Пресняков остолбенел. Запираться было бесполезно. В пересохшем колодце нашли труп Василия Ершова, а в амбаре - мешки с мукой. Пресняков признался в содеянном и выдал своего сообщника Дубровина.

Где живешь, не воруй!

Дом Миши Фомина стоял в Кузнецком переулке (пер. 8-го Марта). Сюда опер переехал с Малой Ланинской, когда обзавелся семьей. В Кузнецком почему-то не воровали (хотя преступность в те годы цвела буйным цветом). "Это все потому, что у нас дядя Миша живет!" - с гордостью говорили кузнецовские.

- Да нет, это не из-за меня, соседа благодарите, - отшучивался опер.

Дело в том, что в усадьбе с Мишей Фоминым жил вор в законе, фамилию которого называть не будем, потому что в Иркутске до сих пор живут его родственники. Он великолепно рисовал и часто помогал Верочке, дочери Фомина, что-нибудь такое изобразить в альбоме. Но при случае он мог так красиво "срисовать" кошелек, или чемодан, или банковскую кассу, что потом искали долго.

Но у воров был негласный закон "Где живешь, не воруй!", и сосед следовал ему строго. Поэтому с Мишей они ладили. Маленький деревянный дом Михаила Фомина знали все в Иркутске. Толпы народа ходили к дяде Мише Фомину за защитой.

Жена Ольга очень быстро научилась отделять овец от волков. На стук в окно она спрашивала:

- Вы ответчики или потерпевшие?

Если говорили: "Ответчики", то она велела приходить на улицу Урицкого в милицию (там тогда находился кабинет Фомина), а если были "потерпевшие", она приглашала в дом.

"Мишенька, это к тебе пришли!" - говорила она. Дело в том, что потерпевшие могли еще какие-то подробности вспомнить, которые облегчили бы раскрытие уголовного дела.

Вера с детства наблюдала, как работает отец. Его иногда не было дома по два-три дня. Когда он появлялся, сразу ложился на диванчик и засыпал мертвым сном. "Тогда шуметь в доме и топать категорически запрещалось, - вспоминает Вера Михайловна. - Мы все берегли отца, мама за него очень переживала. Они очень любили друг друга. Несмотря на то что зарплата у отца была маленькая, рабочий день мог длиться несколько суток, да и убить могли на любом задании. Но старые люди были терпеливее, чем нынешние, поэтому пронесли любовь через всю жизнь".

Однажды Верочка пришла на кухню и увидела какого-то постороннего дядьку, который за обе щеки уплетал знаменитые мамины пельмени. А мама ему все подкладывала и подкладывала. Эта картина просто возмутила Верочку - как это так? Мама угощает чужого дядьку да еще и смотрит на него с обожанием. От тарелки поднимался густой пар. И вдруг у дядьки повис один ус, а потом отклеился и второй. Оказалось, что это... папа!

- Отца гримировали в Иркутском драмтеатре, - рассказывает Вера Михайловна. - И у него даже была специальная гримерка и личный гример. Он менял ему внешность, когда отец шел на опасное дело.

Убийство в Хужире

Как-то Михаила Фомина вызвал к себе начальник: "В поселке Хужире на Байкале сегодня ночью совершено дерзкое преступление. Убит сторож, ограблена касса рыбзавода, контора сожжена. Тушили пожар всем поселком, толпы народа побывали на месте убийства, поэтому следы преступления найти будет трудно. Выезжайте немедленно, билеты на самолет уже заказаны".

Следов преступления действительно не было никаких. На пепелище остались ящики с 2 миллионами рублей. Было много неясного: зачем преступники подожгли контору? Зачем убили сторожиху? Почему не взяли деньги?

Сначала было предположение, что кто-то пытался скрыть долговые расписки и сжег архив. Но расписки самых больших должников оказались целыми.

Разгадку нашел Фомин. Он увидел, что один замок ящика, в котором хранились деньги, закрыт, а другой - нет. Если взломщики имели ключи на руках (а это так и было - взлома не было), то они просто не смогли справиться с замками: когда закрывался один замок, открывался другой и наоборот. Это и вывело на след преступников. Ими оказались техник-нормировщик рыбзавода Стасюк и начальник планового отдела Микша. Их не было на тушении пожара: они сказали, что ездили на рыбалку.

Фомин заметил, что "рыболовы" переглядываются между собой, когда дают заученные показания. Решил по отдельности свозить их на озеро, чтобы они показали, где рыбачили. О месте они не договорились - показания разошлись. А при обыске были обнаружены штаны, заляпанные кровью. "Рыбой вымазал", - промямлил Стасюк. Так преступление было раскрыто, а преступники во всем сознались.

Знаешь, кто мой папка!

- Я была самой младшей в семье, поэтому отец любил меня больше других, - рассказывает Вера Михайловна. - Он звал меня Верочкой, маму - Олечкой, она его - Мишенькой, и вообще у нас в семье были очень теплые отношения. Детей было трое - Ольга, Надежда и я, Вера. Когда папа заходил в дом, он сразу вынимал обойму из пистолета, - вспоминает Вера Михайловна, - знал, что я очень любила брать пистолет в руки. И невозможно было уследить за мной. Любимой игрушкой у меня была деревянная кобура от маузера. Когда же я выходила во двор с этой пустой кобурой, вокруг меня собирались все местные мальчишки. А я еще щелкала ей, она с таким громким хлопком закрывалась! Я такая гордая была!

Но были в Верином детстве и другие памятные моменты. Например, если ей хотелось сбегать в чужой двор или убежать тайком на речку, ее обязательно ловили за руку совершенно посторонние, как ей казалось, люди и приводили плачущую и упирающуюся домой со словами: "Папа не велел!".

А хулиганистые иркутские пацаны, разодравшись, угрожали друг другу последним аргументом:

- Да ты знаешь, кто мой папка? Дядя Миша Фомин!

Причем пацаны были и с Подгорной, и с рынка, и с Декабрьских Событий. Вера, не раз слышавшая такие признания, как-то спросила отца: "Папочка, так сколько же у тебя детей на самом деле?" Он расхохотался.

- Отец для всех был дядей Мишей, всех выручал и всем помогал. Сначала родителям помогал, потом их детям. Мне уже 63, а я все еще "дяди-Мишина дочка". Как услышат "Вера Михайловна Фомина", так сразу спрашивают: "Это дяди-Мишина дочь, что ли?" А ведь в будущем году будет 100 лет со дня рождения отца. Вот какая память о нем крепкая осталась, - говорит Вера Михайловна. - Он вообще был очень добродушным и смешливым человеком, пока это не касалось работы.

Кстати, работать в милицию он свою дочку так и не пустил. Сказал как отрезал: "Женщинам там не место!" И Вера стала экономистом, но всю жизнь хранит память о любимом отце и считает своим долгом рассказывать людям о том, что он был легендой иркутской милиции.

Сыщик от Бога

Михаил Николаевич Фомин - известный иркутский сыщик середины прошлого века, родился 28 августа 1908 года в Иркутске. Не имея специального образования, 40 лет проработал в уголовном розыске. Коллеги и родственники в один голос утверждают, что талант расследовать самые запутанные дела достался ему свыше. Фомин принимал участие в ликвидации басмаческого движения в 1930-е годы на границе с Афганистаном, а также банд Кочкина и Перфильева на территории Иркутской области. Ушел в отставку в звании подполковника милиции, кавалер орденов Ленина, Боевого Красного Знамени. Умер в 1987 году.

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments
Загрузка...
Загрузка...