Подожгли, чтобы выселить?

Семья, занимавшая большую квартиру в центре города, после пожара вынуждена ютиться в неприспособленном для жизни помещении

В этой истории очень много загадочного. В центре города, на улице Богдана Хмельницкого, два года назад сгорел деревянный этаж, надстроенный над первым каменным. Две семьи из восьми человек остались без крова. Фирма, которая размещалась в этом же доме на первом этаже, не скрывает, что хочет выкупить второй этаж. Но в двух семьях погорельцев — четверо несовершеннолетних детей. В их школу поступил запрос: напишите отрицательную характеристику на детей. Учителя отказываются это делать. Они понимают, что характеристика нужна для того, чтобы лишить родительских прав погорельцев и спокойно приватизировать их жилплощадь. В ситуации разбирался корреспондент "Пятницы".

"Наш дом сожгли!"

В четыре часа утра 6 сентября 2004 года спящие жильцы второго этажа почувствовали запах дыма, пробивавшийся с лестницы в квартиру, и стали вышибать двери. Двери оказались намертво подпертыми снаружи. В горящей квартире Погудиных находилось четверо несовершеннолетних детей и четверо взрослых. Когда пламя охватило квартиру, дети первыми стали выпрыгивать из окон второго этажа.

— Сначала я выпрыгнул из окна, когда уже все в квартире горело, — вспоминает Костя Погудин, которому было тогда двенадцать лет. — Папа собирал документы и деньги, мама одевала шестилетнего Егорку. Я вызвал пожарных, они быстро приехали, поставили к окнам пожарную лестницу, и все смогли выбраться. Брата Егора я вынес на своей спине. У Кости сильно обгорела рука, врачи поставили ему диагноз — ожог третьей степени.

— Пожар начался на лестнице, когда мы спали, — рассказывает Ольга Погудина, мать Кости и Егора. — Дым поднимался снизу. Выгорела вся наша квартира. Нас две семьи, у меня и у сестры по двое детей. У нас была сухая, светлая квартира, с высокими потолками, площадью 160 квадратных метров. Я думаю, что наша жилплощадь кому-то очень понадобилась. Мы с ребятишками зиму после пожара потом по подвалам жили. Сейчас же нам дали не дом, а сарай.

Саму Ольгу Погудину мы застали в терапевтическом отделении Кировской больницы, где она проходит лечение по поводу хронического заболевания желудка. Двое сыновей Ольги Погудиной, первоклассник Егор и девятиклассник Костя, учатся в речевой школе на Дзержинского. Ольга работает в этой школе уборщицей. Узнав о том, что Ольга попала в больницу, профсоюз школы собрал деньги, чтобы купить ей лекарства. По их словам, помочь семье Погудиных больше некому. На работу Ольги здесь не жалуются. А дети — Егор и Костя у учителей на хорошем счету.

"Дайте отрицательную характеристику!"

После пожара прошло некоторое время, и в речевой школе раздался звонок. Какой-то человек попросил написать отрицательную характеристику на Егора Погудина.

— Как я могу дать отрицательную характеристику на мальчика, которого любят и учителя, и одноклассники? — разводит руками классный руководитель Кости Погудина. — У нас есть, конечно, дети, которые могут нахамить учителю, огрызнуться, что-то не сделать, о чем просишь. Только не Костя! Он совершенно безотказный. Если какая-то уборка в классе, он первый летит на помощь. От него грубого слова не услышишь. Конечно, Костя стесняется своей бедности. Но костюм школьный у него есть, портфель куплен, физкультурная форма новая, весь комплект учебников. Я не могу сказать, что его родители не занимаются воспитанием.

Для чего и кому понадобилась отрицательная характеристика на Егора Погудина? Учителя думают, для того чтобы лишить Ольгу Погудину родительских прав.

— Тогда без всякого труда можно будет сказать: мать — алкоголичка, бомжиха, живет с детьми по подвалам, воспитанием не занимается.

А кому именно срочно понадобилась характеристика (заметьте, не просто характеристика, а именно отрицательная!), об этом нам в школе сказать побоялись.

Они устроили в доме туалет!

Заместитель начальника жилищного отдела администрации Правобережного округа Елена Самуиловна Лилявина хорошо помнит эту историю. Хотя прошло уже два года после пожара, документы до сих пор хранятся в жилищном отделе. Здесь собраны жалобы и заявления от жильцов первого этажа, бывших соседей Погудиных с Богдана Хмельницкого. Акт о пожаре, сведения о составе семей Погудиных и Власовых.

— Семья неблагополучная, — говорит Елена Самуиловна. — Жильцы жаловались на то, что Погудины выплескивают помои прямо из окон. У них в то время не работала канализация, засорились трубы, и мы поехали с комиссией на обследование дома. Тогда нам открылась ужасная картина: туалет был устроен прямо в квартире, в дом можно было войти только в противогазе. Неудивительно, что такое соседство было неприятным как для фирмы, так и для соседей, живущих рядом с ними. На тот момент, когда в доме случился пожар, жильцы второго этажа задолжали 20 тысяч за квартиру. А чтобы восстановить сгоревший этаж, надо было где-то доставать 375 тысяч 322 рубля.

Елена Лилявина также рассказала, что сразу после пожара дважды назначался день встречи с погорельцами, дважды к ней приходила хозяйка фирмы с первого этажа, а пострадавшие так и не пришли. Поэтому заботу о новом жилье возложили на владелицу фирмы Ирину Поддубняк, коль скоро она обещала позаботиться о своих бывших соседях.

Дом восстанавливают

Кому достанется второй этаж дома на Богдана Хмельницкого? По закону он должен принадлежать тем, кто там прописан. По крайней мере, опекунский совет должен будет ответить на вопрос: где будут жить несовершеннолетние Егор и Костя Погудины?

Галина Георгиевна Каминская, главный специалист отдела опеки и попечительства администрации Правобережного округа, говорит:

— Мы два года назад собирали материалы на лишение родителей Погудиных и Власовых родительских прав. Но Кировский суд решение отклонил. Судьи посчитали, что родители смогут позаботиться о своих детях сами. Я была в их семьях — семьи, конечно, непутевые. Но дети школу не пропускают. Здесь надо разбираться, однозначно я ничего не могу сказать.

Пока еще существует возможность вернуть свое сгоревшее жилье. Если они обратятся в жилищный отдел с заявлением о материальной помощи, жилотдел Правобережного округа будет ходатайствовать перед мэром города о выделении необходимой суммы на ремонт сгоревшего жилья.

Никакого переселения не будет

Николай Хиценко, глава администрации Правобережного округа:

— Погудиным куплен дом на Бабушкина, 8, вот пусть прописываются и живут там! Ко мне пришла их соседка-предприниматель и сказала: "Я нахожусь в беспредельной ситуации, давайте, я куплю им квартиру и отселю их". Пусть прописываются там, где им куплена квартира. Почему мы должны бюджетные деньги тратить на алкоголиков? И ни о каком переселении их в дом на Богдана Хмельницкого не может быть и речи!

Метки:
baikalpress_id:  1 762
Загрузка...