Неудобные вопросы

"Родителям самим нужно решить свои психологические проблемы, а не сетовать на ребенка, задающего "неудобные" вопросы", — уверен доцент факультета психологии Иркутского государственного университета, психолог Сергей Анатольевич Бышляго.

Это дети нас воспитывают

— Сергей Анатольевич, стоит ли родителям самим браться за просветительство детей в вопросах пола? Сами же ничего не знают и могут такого нагородить...

— Да, я думаю, что ни к чему хорошему такое просветительство не ведет. По-моему, еще Гоголь отмечал тот момент, что опыт у молодых людей в основном является нулевым, потому что они сами еще недавно были детьми. Ведь, по сути, первый ребенок — это экстраполяция либо воспоминание о собственном детстве, а самое интересное, что и второй, и третий ребенок появляется — а история повторяется, ведь некоторых родителей даже собственный негативный опыт воспитания ничему не учит. И я думаю, что процесс обучения и воспитания — это процесс перманентного наступания на грабли. Это, кажется, Оруэл сказал, что история учит тому, что ничему не учит. А в плане педагогического воздействия... Ну, вы знаете мое отношение к этому самому термину, я очень сомневаюсь во всем, что касается педагогики вообще, в ее легитимности, т.е. законности, я сомневаюсь; потому что это наши дети нас воспитывают, все происходит наоборот — взрослые дяди и тети играют в педагогику, а дети фактически ею владеют.

Не надо ничего бояться

Марина: "Сыну пять лет, и он постоянно спрашивает, откуда дети берутся. Я прошу мужа поговорить с ребенком на эту тему, а он — ты что, сын же совсем маленький".

— Ну, не такой уж он и маленький; просто дети в силу своих размеров, не отработанных форм поведения создают впечатление, что они очень маленькие и несмышленые. Да, у них другой способ мировосприятия, да, другая терминология по описанию наблюдаемой реальности, но у детей есть то преимущество, о котором, кстати, писал Милтон Эриксон, — наблюдательность. И если у пятилетнего ребенка возникают вопросы, в том числе и этот — откуда берутся дети, не нужно прятаться и убегать. В терминах, понятных вашему мальчику, на его понятном языке нужно постараться все ему объяснить. Потому что интерес к "запретным" темам возникает у детей именно в результате запрета, замалчивания либо ухода от интересующего ребенка вопроса. Но если вопрос возник — надо на него отвечать, в этом вы, Марина, абсолютно правы, и вашему мужу не надо ничего бояться.

Берите все в свои руки

Юлия: "Сыну скоро четырнадцать, он очень вырос физически за последний год, но умом еще ребенок. Меня беспокоит, чтобы он не натворил глупостей, прошу поговорить об "этом" мужа (он неродной отец), но разговора у них не получается. Сын взрослеет, и я за него боюсь".

— Да, Юлия, я вас понимаю, четырнадцать лет — это опасный период жизни ребенка, и очень жаль, что у вашего мужа не получается контакта. Ну и нечего тогда ждать милостей от природы, нечего ждать адекватной реакции вашего мужа, берите все в свои руки. Юля, ваша задача — восполнить дефицит отцовства у вашего ребенка, и вам уже самой нужно попытаться наладить очень доверительные отношения с сыном, потому что еще год, два, а то и больше очень неспокойной жизни вам гарантированы — при условии, конечно, если ваш сын не будет воспринимать вас как друга. Юля, все в ваших руках, если из вашего мужа не получилось друга для вашего сына. А искусственно создавать дружеские отношения, как я вижу вашу ситуацию, — это создавать в основном видимость доверительных отношений между ними, это бесполезно.

Не будьте занудой

Татьяна: "Дочке пятнадцать лет, но она смотрится уже как взрослая девушка, одевается и ведет себя очень вызывающе. Я говорю ей, что надо быть скромнее, а она мне — вот ты скромная, потому и живешь одна. Это правда, с мужем мы разошлись десять лет назад. Дочка очень красивая, потому мне и страшно за нее".

— А я вот, Таня, думаю, что бояться ничего не нужно, все проходили через периоды взросления, повзрослеет и ваша дочь. И в создании собственного имиджа она придет к своей норме. А насколько я разобрался в ситуации, ваша попытка навязать дочери свое понимание скромности пока ею не воспринимается? Поймите, Таня, вы обе вкладываете в это понятие совершенно разные смыслы; и обратите внимание — вы обиделись на дочкино замечание о том, что остались одна, потому что скромная. Татьяна, вы говорите со своей дочерью на разных языках, и ваша дочь в силу своей подростковой категоричности фактически ловит вас на слове, а вам и возразить нечем. Я предлагаю вам сделать акцент не на "скромности" дочери, а на ее красоте. Работайте не на порицание и навязывание собственных стандартов — как критик, а работайте через позитив. Ведь, согласитесь, когда вы скажете дочери о ее красоте, она не сможет уличить вас в вашей же собственной несостоявшейся личной жизни. В общении с дочкой подчеркивайте ее положительные качества, вкус ее, наоборот, хвалите, поощряйте выбор. Не будьте занудой! И все придет в норму, уверяю вас.

Охота на ведьм

Любовь: "Сыну шестнадцать, и он влюбился в дочку наших знакомых, которой уже двадцать три года, она была замужем, развелась, есть ребенок. Она пока не замечает влюбленности моего сына, но мне это очень неприятно — а вдруг она от скуки начнет его приманивать? Сын совсем потерял голову".

— И что, Люба, он свою голову потерял так необратимо? Разница в возрасте, конечно, впечатляет, и я думаю, что с шестнадцатилетним повесой в период его гона говорить вам вообще бессмысленно. Ваша задача — найти общий язык с предметом его обожания. Две, я надеюсь, опытные женщины, особенно если они обе заинтересованы в этом мальчике, могут прийти к консенсусу. Вам нужно очень осторожно как-то протестировать, проанализировать женщину, в которую влюблен ваш сын, понять, насколько обоснованны либо необоснованны ваши подозрения на ее счет. И возможно, окажется, что причин для страхов вовсе и нет, ведь вы, Люба, используете термины-клише, подозревая молодую женщину в желании "приманить" вашего ребенка. Мы все гипнотизируем друг друга, и вы, Люба, гипнотизируете сами себя. В юридической практике есть такой термин — презумпция невиновности, а вы, как мне кажется, используете другой термин — презумпция виновности и тем самым создаете невротическую ситуацию, как внутри себя, так и вокруг себя. Эта практика называется "охота на ведьм". Не изводите вы себя так, а просто решитесь на прямой и откровенный разговор с дочерью ваших знакомых, и он сразу снимет все ваши опасения.

Тогда объяснят во дворе

Ирина: "Насколько откровенными должны быть разговоры матери с двенадцатилетним ребенком? Я всегда, и с знакомыми тоже, избегаю тем про секс, мне это неприятно, но кто-то же должен все объяснить сыну. Я воспитываю его одна".

— Ира, вы очень точно охарактеризовали ваше отношение к тематике — неприятно. Скорее всего, это отношение сформировалось у вас на основании собственного, не вполне удачного опыта в этом вопросе. Поймите, своим порицанием, негативным отношением вы создаете нездоровый ажиотаж вокруг этой темы. Запретный плод сладок. И демонстрируя свое негативное отношение к вопросу, вы приходите к результатам совершенно обратным, т.е. внимание вашего двенадцатилетнего сына, его интерес только подогреваются. Поймите, Ира, если не вы ему все объясните, то ему объяснят во дворе, в Интернете, и причем в такой форме, что лучше бы все-таки сделать это вам. В психологии есть такое понятие, как катарсис, или отреагирование; вот и вам нужно собраться с мыслями, с чувствами, продумать, что вы будете говорить, и в доступных для вашего ребенка терминах просто рассказать ему о том, что его волнует. И сам факт вашего спокойного повествования снимет негативный осадок у вас, Ира, улучшит ваше самочувствие, т.е. этот разговор будет являться терапией еще и для вас.

Это вам неудобно

Римма: "В каком возрасте нужно объяснять ребенку, что он взрослый и у него могут быть дети, и про предохранение тоже? Я купила какие-то книжки, но там все мне и самой непонятно. А дочери скоро двенадцать лет, она начинает взрослеть и давно задает вопросы, которые мне кажутся неудобными".

— Вот и Римма попадает в ту же ситуацию, что и Ирина: т.е. в отношениях с дочерью она пытается решить собственные проблемы. Римма, поймите, это вам неудобно, это вы испытываете неловкость, это ваши комплексы! Дети-то здесь при чем? Если вам сложно разобраться в печатной продукции, постарайтесь говорить простым и доступным языком. Вы, я смею надеяться, ну хоть что-нибудь вообще понимаете? Уверен, что можно обойтись и без книжек. И снова повторю — если возникает вопрос, его нужно снимать, а не передавать по наследству свое негативное отношение к чему-либо. Поймите, что ваши комплексы не должны достаться вашим детям, не смешивайте, пожалуйста, этические вопросы с детской любознательностью.

Больше доверия

Галина: "Никак не могу объяснить дочери, ей шестнадцать, чтобы она не спешила начинать жить жизнью взрослой. Говорю ей, что главное в жизни — любовь, а она смотрит на меня пустыми глазами и отвечает, что любовь — это одно, а отношения — другое, и что все вместе совсем не обязательно. Я в шоке, ведь все чувства она может быстро растерять, так и не встретив главного. Но дочка демонстративно затыкает уши".

— Да, Галина, ваша дочка демонстрирует то, что дети гораздо умней, чем это может показаться со стороны. Вы что, Галя, все знаете о жизни? Вы хорошо помните себя в шестнадцать лет? Да разберется она во всем. Я думаю все-таки, что единственная рекомендация, которую можно дать Галине, — больше доверять своему ребенку, потому что если нет доверия к шестнадцатилетней дочери, то, извините, и в двадцать два проблемы будут возникать и возникать, а уж тридцатилетняя соплячка — она без вашего совета вообще не в состоянии будет выйти на улицу. Галина, дети намного умнее, чем кажутся, и где-то интуитивно они сами находят оптимальное решение в любом вопросе. Меньше критичности, меньше скепсиса, а больше доверия, Галя.

У родителей проблемы

— Сергей Анатольевич, неумение родителей участвовать в так называемом половом воспитании ребенка, — это трусость, ханжество или особая такая деликатность?

— Я думаю, все-таки это трусость. Потому что, по большому счету, о деликатности и речи не идет, как правило, речь идет о попытке убежать от щекотливых, "неудобных" вопросов, и, по большому счету, речь идет о психологической защите. У родителей проблемы, в том числе и в этих вопросах, а виноваты дети, потому что невпопад задают эти "неудобные", некомфортные вопросы. И родителям, я думаю, в первую очередь нужно разобраться во всем самим, решить именно свои психологические проблемы, а не сетовать на крошку сына или крошку дочь, для которых задавать вопросы — так же естественно, как видеть, что день переходит в ночь, а ночь в день.

Метки:
baikalpress_id:  4 945
Загрузка...