Дожить до 101 года

У человека, который отпраздновал 101 год, окружающие волей-неволей пытаются выведать секрет долголетия

Что же такое особенное надо есть, где жить и какие такие упражнения делать? Сергей Ильич Карнаухов, житель села Тангуй (Усть-Ордынский округ), вообще никак не входит в рамки традиционных представлений о "правильном" образе жизни. Он никогда не был богатым. С единственной женой прожил в браке 70 лет. Никогда не был и уже не будет на Канарах: с 39-го года живет в далекой, даже по сибирским меркам, дыре — в бурятском селе Тангуты.

Рецепт его долголетия

— А я ведь даже не знаю, когда отец вставал, — вспоминает его дочь Людмила. — Проснусь в шесть, а он уже печь растопил, воды наносил, мама уже все наварила на целый день. И не помню, когда они с мамой шли спать. Бывало, мы, дети, уже уснем, а они все работают.

В семье Карнауховых было шестеро дочерей: Галя, Валя, Рая, Люда, Тася и младшенькая Надя. Вместе с родителями — восемь душ... Пойди прокорми такую ораву! Мама работала в сельской школе уборщицей (сами знаете, какая у нее могла быть зарплата), и отец в той же школе был завхозом.

— Чтобы мы не голодали, родители держали большое хозяйство, — рассказывает Людмила. — У нас была своя корова, свиньи, кур и кроликов без счета, гусей много. Все это беспокойное хозяйство требовало рук.

Сергей Ильич, по словам дочери, был очень строгим отцом. У каждой девочки были свои обязанности: одна траву рвет для скота, другая в огороде полет, третья в стайке убирает, четвертая кроликов кормит, пятая дрова носит, шестая гусей пасет... Чтобы на столе каждый день было мясо, Сергей Ильич вырыл в доме очень глубокий подвал — ледник. В него зимой носили лед, и он под землей не таял. Мясо было разделено на небольшие порции, чтобы достал — и сразу что-то из него приготовил.

— Вот бывает, что в холодильнике что-то долго лежит и испортится, — говорит Людмила. — А в леднике круглый год мы хранили мясо, молоко, яйца, и ничего не портилось. Чтобы не заводился грибок, отец покупал мешок крупной соли и рассыпал ее по всем углам. И в леднике, и в подполье (оно было отдельно), и даже в стайке у коровы.

В подполье у Карнауховых хранились овощи со своего огорода тоже круглый год — "от нового урожая до нового". Чтобы они не завяли, не заплесневели, в подполье Сергей Ильич тоже наносил соли и несколько мешков песка. Морковка и даже огурцы в песке хранились долго и не теряли ни цвета, ни хрусткости.

"Зачем детей сеном поишь?"

В школе топились печи, поэтому завхоз заготавливал уголь и дрова. А старшие девочки ему помогали.

— Мне было четырнадцать лет, когда я устроилась в школу техничкой, — говорит Людмила. — На саночках возила дрова и уголь, растапливала в школе печи до уроков. А после уроков мыла полы. Да парты были деревянные, тяжелые, я еле-еле их переворачивала. Отец любил попариться. Сам сделал в доме баню. Леса тогда не давали, так он вырыл землянку, обмазал ее глиной, а "предбанник" отделал молодой осиной.

— Он осинку на волокушах из лесу возил, — вспоминает Людмила.— Она тоненькая, кора серебристая. А как в бане-то напаришься, от нее запах идет такой — мы на всю жизнь запомнили.

Рядом с Карнауховыми жила тетка их матери Агафья Герасимовна. Своих детей ей Бог не дал, так она чужую девочку Зину воспитала. Детей тетка Агафья любила, привечала, и карнауховские девчонки стали звать ее мамой.

— Она пекла булки для школьной столовой, — рассказывает Людмила. — Вот напечет, положит их на телегу в сено, укроет тулупом, мы, ребятишки, идем пешком за конем. А запах — на все село!

Сергей Ильич, когда был завхозом, заваривал ребятишкам чай из листьев смородины, земляники, малины, из ягод шиповника. И никто ни разу за всю зиму простудой не болел в тангутской школе.

— Это сейчас на курортах травяные чаи заваривают, а тогда мама наша на отца ругалась: "Ты зачем детей сеном поишь?!"

Сосны да акации

До сих пор очень любит Сергей Ильич цветы да деревья. Тогда, в сороковых-пятидесятых годах, в Тангуе не было ни одного деревца, голая земля. Он первым стал разводить цветники да клумбы. Первые семена цветов ему дала ссыльнопоселенка из Литвы соседка Стефания. Он вырастил их в школьном дворе, а на следующий год рассадил по клумбам. Потом он лет семь работал на молокозаводе лаборантом, проверял жирность молока. Приносил домой обрезки сыра, это разрешалось. Девчонки уписывали эти обрезки за обе щеки. А после Сергей Ильич работал лесничим в местном лесничестве.

— Весь Тангуй засадил деревцами акации, — рассказывает Людмила. — В школе целый парк посадил. Нас, школьников, всегда привлекал к посадкам. Мы сажали сосенки маленькой рассадой и семенами. Теперь на горе Хашхай целые леса сосновые поднялись! Везде пал пускают, жгут леса, а наши края стороной пожары обошли. Это ли не чудо? Наверное, это все-таки чудо, когда ты идешь по лесу, а там сосенки как по линейке растут. И знаешь: это твой отец посадил своими руками, а это — уже ты сама.

Бессменный почтальон

Почти тридцать лет прослужил Сергей Ильич сельским почтальоном. Сельский почтальон — личность на селе особенная, ему и уважение особое. Он первым узнает все новости, первым приносит в дом вести. После войны это уже не похоронки были, а письма о том, кто в какой институт поступил, кто куда работать устроился, кто квартиру получил, у кого кто родился.

— Отец мой и почтальоном со всей отдачей работал, — рассказывает Людмила. — Казалось бы, это хорошо, когда газет да писем мало — сумка легче становится. А он увидит, что семья ничего не выписала, агитировать начинает: "Как же вы без газет и журналов жить будете? Это так не годится!" У него даже девиз был: в каждый дом — по газете.

С самого утра колесил на велосипеде Сергей Ильич по родному селу, развозил письма да газеты. И когда пришел срок на пенсию идти, не бросил почтальонскую сумку. Ушел на покой, когда уже совсем немощен стал.

Дом от губернатора

— Когда моя дочка замуж в восьмидесятом году выходила, отцу неоткуда было денег взять, он и прислал в подарок 50-литровый бак меда, — рассказывает Людмила. — В таком раньше молоко на ферму возили. У меня жили сваты, которые на свадьбу приехали. Блины ели с медом, чай пили с медом, творог — и тот с медом. До сих пор отцовский подарок вспоминают.

Жена Мария Ивановна умерла, когда ей исполнилось девяносто. А дед свою Марью уже на одиннадцать лет пережил. Когда сто лет справляли, Сергею Ильичу сам губернатор Александр Тишанин дом новый подарил. Не побрезговал стариком, сам пришел к нему в старую замшелую избушку, сам с ним долго беседовал. Дед остался в восхищении от нового губернатора. "Это, говорит, впервые на моем веку было, чтобы руководитель области простым сельским человеком не побрезговал. Передайте ему великое спасибо за новый дом, за внимание к людям. И скажите, что он правильно начал свое губернаторство". Вот такой он, столетний дед Сергей Карнаухов.

Чужой опыт

Чем лечится человек, которому исполнился 101 год, когда недуги одолевают? На этот вопрос старик отвечает уклончиво, мол, кому надо, тот поймет. "Водой из своего родника", — говорит. В наше время это называется уринотерапией.

Родственники Сергея Карнаухова сердечно благодарят Иркутский областной почтамт за помощь в перевозке мебели в новый дом, подаренный губернатором.

Метки:
baikalpress_id:  43 980